Рейз
Шрифт:
Талия отпустила мои руки, подошла к шкафу и взяла длинную кружевную вуаль, которая была накинута поверх дверцы. После этого она закрепила ее на моей голове, отступила, и ее нижняя губа начала дрожать, пока Талия смотрела на меня.
— Лука будет сражен, когда ты подойдешь к нему. Ты невероятно красивая.
Волна восторга пробежала сквозь меня.
— Ты так думаешь? Думаешь, ему понравится, как я выгляжу?
Мой вопрос рассмешил Талию, она закатила глаза и подняла букет.
— Я знаю, что так и будет. Ты могла бы одеть
Я смотрела вслед своей лучшей подруге, которая выглядела такой ошеломляющей в этом идеально подогнанном по фигуре платье. Она была такой красивой и готовой для любви.
Талия почувствовала на себе мой взгляд, обернулась и, нахмурившись, спросила:
— Что?
— Я хочу, чтобы у тебя было тоиже, что и у меня с Лукой. — Я подняла голову и добавила: — Не хочу, чтобы ты была одинокой. Хочу, чтобы ты была счастлива, как и я.
Показалось, что по лицу Талии пробежала вспышка боли, она замахала рукой.
— Я в порядке, подруга. Кроме того, для начала мне надо выйти из-под железного кулака Братвы. Тебе повезло, у тебя есть мой брат прямо с момента твоего рождения, он всегда был огромной частью твоей жизни. А где я? Как, черт возьми, пойти на свидание в этом городе, когда твой папа и брат — двое самых грозных людей в государстве и среди Быков, которые следуют за тобой повсюду?
— Он где-то есть, ты знаешь это, — сказала я, веря в каждое слово. — Твоя истинная любовь, твоя половинка, он где-то есть и ждет встречи с тобой. Бог просто ждет подходящего момента, чтобы подтолкнуть его на нужный путь.
Карие глаза Талии блеснули в ответ на мои слова, ее горло сжалось, она с трудом скрывала реакцию. Подняв букет из лаванды, роз и лилий оттенка слоновой кости, Талия подошла ко мне и протянула его.
— Пора идти, Киса. Пришло время воплотить мечту в реальность
Я не могла произнести ни слова, только покачала головой и последовала за своей лучшей подругой, будущей сестрой, к автомобилю, который ожидал снаружи. Был ясный день, холодный воздух ласкал мое разгоряченное лицо.
Это был самый прекрасный день из всех.
Свадьба Луки и Кисы. Бонус 2.
Лука
Я закрыл глаза, делая вдох, чтобы справиться с чертовым беспокойством, пронизывающим мое тело. Эта церковь была слишком большой. Слишком много шума и эхо, которое разносилось по всему старому каменному зданию. Все было таким странным, когда Кисы-Анны не было со мной рядом. Она стала моим якорем спасения. Заставила меня почувствовать, что мне есть за кого зацепиться в этом странном внешнем мире. В мире, который я все еще не понимал… мире, в котором я не был уверен, что
Этим утром, когда я проснулся и обнаружил, что она уже ушла, я не мог встать с кровати. Вчера вечером, перед сном, она сказала мне, что встанет и уйдет раньше, ей надо подготовиться. Я же, проснувшись в одиночестве, застыл в страхе… это вернуло воспоминания о бесконечно холодных утрах в ГУЛАГе, об испорченных днях моего детства, когда не знаешь: будет этот день последним или нет.
Киса дарила мне спокойствие, когда спала в моих объятиях или пробегала пальцами по моим волосам, целовала мою шею. Она сдерживала демонов ГУЛАГа в моей голове. Я нуждался в ней… Я нуждался в ней как в следующем вздохе, чтобы жить… чтобы, твою мать, быть Лукой, а не 818… не безжалостным убийцей… не Рейзом, а Лукой Толстым, наследником Братвы Волкова и половинкой души Кисы.
Мои родители пытались отвлечь меня от хождения по комнате туда и обратно, чтобы я не нервничал, покрываясь холодным потом… пытались меня усадить, но они не могли помочь.
Мне нужна была Киса. Я чертовски нуждался в том, чтобы она была рядом.
Неожиданно я почувствовал, как на мое плечо опустилась рука. Вздрогнув от прикосновения, я поднял кулаки вверх, резко открыл глаза, готовый к драке. Позади меня стояла мама, выражение ее лица оставалось спокойным, а во взгляде промелькнуло понимание:
— Это всего лишь я, сынок, — сказала она мягко. Втянув воздух и сделав глубокий вдох, я расслабился, и напряжение покинуло мои плечи.
Она не угроза… она твоя мама… я говорил себе это снова и снова. Я окинул взглядом маленькую комнатушку, расположенную в задней части церкви, где мы были одни.
Моя мама шагнула вперед, держа ладони перед грудью:
— Пора, Лука, — произнесла она, ее губы вздрагивали от робкой улыбки. — Твоя Киса скоро приедет. Ты сможешь быть рядом с ней уже через несколько минут.
Как только ее слова проникли в мой разум, мое сердце стало успокаиваться и меня стало покидать чувство беспокойства.
Она скоро приедет… будет рядом… успокоит демонов…
— Нам надо ждать ее у алтаря. Отец Хрущев ждет.
Повернувшись, я встретился с взглядом мамы и кивнул. Я почти подошел к двери, когда мама резко остановилась передо мной, преграждая мне путь. Нахмурившись, я посмотрел вниз на ее уже немолодое лицо, и заметил, что глаза блестят от слез.
Я понятия не имел, почему она плачет.
Подойдя ближе, мама поправила бабочку и расправила лацканы моего смокинга.
— Вот так лучше, — сказала она слегка напряженным голосом. — Ты никогда не беспокоился о том, как выглядишь. Мне всегда приходилось поправлять твои вылезшие рубашки, чистить обувь или, — мама подняла голову и немного улыбнулась, разглаживая мои волосы, — приглаживать твои непослушные волосы.
Заметив, как по ее щеке скатилась слеза, я наклонил голову в сторону, поднял руку и обнял ее, прижимая к себе.