Резчик
Шрифт:
— Кое-что для доклада, — я перелистнул страницу и показал ей иллюстрацию.
— Какая гадость, — она поежилась. — Что это?
— Плотоядные черви. Живут и размножаются в брюшной полости. Можно заразиться, если выпить грязную воду или употреблять в пищу падаль.
— Не продолжай, — она закрыла уши. — Хотя бы не перед ужином.
Я улыбнулся, закрывая книгу.
— Ты уже несколько дней почти не выходишь из комнаты, — укоризненно сказала она. — Забыл, что у нас завтра?
— А что завтра?
— Зимний бал! Как можно о таком забыть?
— Вылетело из головы. И идти не хочется…
— Ты
Я проводил ее взглядом. За последние несколько дней наши отношения вновь стали налаживаться, но некая неловкость в общении все еще оставалась. И что ужасно раздражало, что все вокруг всё прекрасно понимали, но делали вид, как будто ничего не замечают. Кроме Грэсии. Ее это откровенно забавляло. Что касается герцога Блэс, то когда я видел его в поместье, он не ходил, парил над землей.
Убрав книгу о паразитах, положил на ее место пособие по житию с оборотнями. Другими словами описать данное произведение господина Рема, я не мог. Если исходить из написанного, оборотни должны были съесть меня живьем раз десять. «Здесь нельзя», «там не скажи», «сюда не смотри». Мне кажется, что когда Рэм жил с оборотнями, они над ним специально издевались и подшучивали, чтобы не смел совать свой любопытный нос в их дела.
Первым делом я прочитал главы, посвященные смешенным бракам. Как оказалось, такая традиция довольно распространена, но толковой информации по этой теме не было. Семейные дела оборотней касались только их, и любому постороннему они быстро и доходчиво объясняли, что любопытство губительно.
Буквально на днях я узнал, что из людей в поместье Блэс жили только я и госпожа Диас. И это, честно, повергло меня в легкий шок. Потому, что людей вокруг было много. Одних только горничных шестеро, не говоря о тех, кто помогал на кухне. Странно то, что за все время, что жил в поместье, никого в облике волка я не увидел. Даже среди военных. Объяснение этому в книге я не нашел. Наоборот, Рэм писал, что оборотню необходимо время от времени находиться в звериной форме, сбрасывая нервное напряжение. Чего делать в своем доме, они никогда не стеснялись.
— Вот ты где, — в комнату вошла Бристл. Подошла, обняла сзади, положив подбородок на макушку. — Что читаем?
— Нонио Рема. Человека, ничего не понимающего в оборотнях.
— А, занятная книга, — хихикнула она.
— Слушай, а вы правда человеческую кровь пьете?
— Бывает, иногда, — отозвалась она. — Когда на варваров в наших лесах охотимся. Но это не больше чем обычай или ритуал. Плоть их мы не едим, брезгуем, а крови испить можно. С обычной охотой не сравнить. Это азарт, когда кровь бурлит, все чувства обостряются. Ощущаешь себя единым с лесом, с природой вокруг. Смотри, как вспоминаю, аж мурашки по коже.
Я погладил ее по руке.
— Пойдем, Алекс звала на ужин, — сказал я.
— Берси, — она придержала меня, не дав встать, — а что если мы завтра заявим о нашей помолвке?
— Где заявим?
— Во время бала. Стоит рассказать парочке престарелых герцогинь, и к вечеру об этом будет знать вся Витория.
Бристл затаила дыхание.
— Я не против, хоть не горю желанием, чтобы весь город нас обсуждал.
— Знаю пару графинь, которые находят в этом особое удовольствие, — она поцеловала меня в щеку.
Стараниями магов воды и воздуха, императорский дворец было видно из любой точки города. Иллюзия делала его больше и величественней, подсвечивая разноцветными огнями. Ярко осветили и центральный проспект, украсив вымпелами и стягами. Кареты приглашенных растянулись по нему, неспешно двигаясь к замку.
Карета семейства Блэс может и не была так обильно украшена позолотой и изящной резьбой, но на ее фоне остальные смотрелись просто карликовыми. Шестерка крупных лошадей черной масти. Внимания к себе мы привлекали, однозначно.
Со стороны, наше шествие наверняка смотрелось завораживающе, а вот изнутри все было несколько по-другому. По понятным причинам походную печку устанавливать не стали, а так как ехали мы медленно, то я успел замерзнуть. Девушки кутались в меховые накидки. Герцог Блэс даже отдал свой плащ Грэсии.
Все мероприятие проводили на втором этаже замка, в Золотом зале. Из того, что мне рассказали, сначала гости согреются, выпьют и только потом будут танцы. После этого желающие могли расходиться по домам, чего обычно не происходило. Все ждали финал праздника, а именно возможность поговорить с императором. Точней не то, чтобы именно поговорить, а чтобы другие это заметили. Видели, что ты интересен императору, что он улыбается тебе.
С герцогом и госпожой Диас мы разделились, едва попали в зал. Я бы с удовольствием перехватил бокал вина, но сестры крепко держали меня под руки, опасаясь, как бы я не напился или не сбежал. Стоило пройти шагов тридцать, и к нам присоединилась графиня Элиана Фартариа.
— Бристл, Александра, — она слегка обняла их. — Берси.
— Рад видеть вас Элиана, — она еще с прошлой нашей встречи в поместье Блэс едва ли потребовала называть ее исключительно по имени. — А где ваш супруг?
— Бросил меня на растерзание семейству Пирс и сбежал. Наверняка решил перепробовать все вино из дворцовых погребов, — она подошла ближе, дотронулась до руки. — Я слышала о трагедии с твоей семьей. Соболезную. Если мы с Бруно сможем что-нибудь сделать для тебя, не стесняйся, обращайся в любое время.
— Спасибо.
— Так, давайте отойдем вон к той колонне, — сказала она.
По залу прошел легкий звук перебора струн арфы, и гости поспешили освободить центр. Среди гостей я совсем не видел молодежи. Можно сказать, что мы были едва ли не единственные, моложе тридцати.
— Надо было определенно остаться дома, — тихо вздохнул я.
— Это надо хотя бы один раз увидеть собственными глазами, — наклонилась ко мне Бристл, зашептав на ухо. — Ходи, присматривайся, лови взгляды. Здесь нет ни одного человека, кто бы пришел ради праздника или развлечения. К тому же это едва ли не единственный способ собрать вместе герцогов из провинций. А ближе к полуночи Император соберет их в малом зале, чтобы получить отчет, высказать пару слов одобрения. Или публично выпотрошить тех, кем он не доволен.