Резчик
Шрифт:
Захотелось спросить, а под каким флагом мы обычно выступаем? Вслух говорить не стал, но вопрос запомнил. Надо будет расспросить ее на досуге.
— Асверов привлекать будем? — уточнил я, продолжив одеваться.
— Это с ними еще не обсуждали, — Грэсия покосилась на Илину.
К замку мы подъехали, когда небо на востоке начало постепенно светлеть. Маги оцепили его по периметру забора, подсвечивая оный какой-то магией, чтобы ничего не просочилось наружу. Горожане, встававшие засветло, или жившие в непосредственной близости от замка, недоумевали, тыча в огни пальцем. Может им казалось,
Магов, кстати, было много. Присутствовали даже представители гильдии артефакторов и зачарователей. Ходили с важным видом вдоль забора в золотых мантиях, сжимая в руках какие-то предметы. Прислушивались, даже принюхивались и шли дальше. Одним словом, изображали бурную деятельность. В магическом же плане чувствовался такой хаос, что голова шла кругом.
Естественно, руководил всем процессом лично Император. Его окружали высокопоставленные маги из Совета, что-то объясняя, показывая в сторону замка. Мы, слава богам, к ним не пошли. У главных ворот замка нас ждала еще одна группа магов, рангом поменьше. Среди них я выделил главу огненного факультета и ректора, магистра Кнуда. Отдельно стоит сказать, что кроме пары, охраняющей Императора и Илины, других асверов я не наблюдал.
Время на разговоры тратить не стали. Магистр Кнуд провел коротенький инструктаж, предупредив всех, чтобы не геройствовали и были максимально осмотрительны. Помимо нас в замок шли два огненных мага и один водный. Огненные ощущались солидными практиками, и наверняка выглядели очень неприятно под масками. Мое предложение взять с собой Илину поддержали единодушно. Сталкиваться с темным магом, даже с таким численным перевесом, никто не горел желанием.
— А почему входим через парадные двери, а не через какой-нибудь потайной проход? — спросил я, когда мы выдвинулись в сторону замка. Первым шел магистр Ян Сметс, следом мы с Грэсией и Илиной, замыкали колонну огненные маги.
— Потому, что там проходы слишком узкие, — пояснила она. — Любое заклинание, даже удачно отраженное, может сжечь весь воздух или обрушить свод. Будь внимательней. Подручные Яна должны были вывести из строя все магические предметы в замке. Так что улавливай любой магический след.
— Хорошо. Только в темноте плохо видно. Нам бы пару ламп.
— Свет, — повысила она голос, обращаясь к огненным магам.
Если у целителей посохи были короткими, не больше локтя в длину, то у боевых магов они были в рост человека. Набалдашники в виде хрустальных сфер одновременно вспыхнули ярким светом. Маги закинули посохи на плечо, чтобы свет оказался над головами, за спинами и не слепил глаза.
Когда мы вошли, магистр Сметс остановился, осмотрел пустое темное помещение. В глаза бросились тела двух стражников, лежащих прямо посреди холла. Оба в скрюченных позах.
— Лично я ничего не вижу, — сказал я. — Ни темной, ни какой другой магии.
— Плохо, — сказал он. — Значит, куда-то переползли. Пойдем по центральному коридору. Обращаем внимание на стены, потолки, оконные проемы и колонны.
— А с этих тел про… темную магию не могли убрать ваши люди, кто заходил в замок до нас?
— Они заходили
По тихому, словно брошенному замку, мы шли медленно, останавливаясь у каждого перекрестка или не доходя до какой-нибудь отрытой двери. Страшно было, не то слово. До дрожи в коленках. Потому, что проклятия не просто размножились, они заполонили замок сверху донизу. В одном месте они перегородили коридор, образуя нечто наподобие рыболовной сети. Убитые проклятием стражники и прислуга попадались на каждом шагу. И везде одна и та же картина. Обезображенные болью лица, скрюченные тела. Какой-то стражник умудрился проткнуть себе живот длинным кинжалом, залив узорчатый паркет кровью.
— Там, на подоконнике — я показал на разбитое окно, покрытое толстым слоем инея. Эта часть коридора успела основательно промерзнуть, лишившись отопительных заклинаний. При каждом выдохе изо рта вырывалось плотное облачко пара.
Магистр Ян поднял руку, и проем окна покрылся сеточкой красных трещин. Запахло паленым деревом. Точно таким же заклинанием пользовался Матео. В отличие от очищающего заклинания, которому научила меня Грэсия, это поглощало не только темную магию, но и любые предметы, попавшие в поле его действия. К примеру, тела превращало в кучку пепла, вместе с одеждой и оружием.
Маг воды, шедший позади меня, неожиданно завопил так, что я подпрыгнул на метр вверх и на пару метров вперед.
— Аааа! — орал он не переставая, схватившись руками за голову, на которой висела знакомая черная клякса с щупальцами.
Грэсия среагировала первой, накрыв его очищающим заклинанием. Не помогло. Илина уже стояла между нами, обнажив один из узких клинков. Ближе стоящий огненный маг что-то сделал и водный бревном рухнул на пол, перестав кричать и, кажется, дышать. Глаза у несчастного налились кровью, которая хлынула через нос и рот. Магистр Ян спокойно поднял руку, и маг превратился в кучку пепла.
— Откуда!? — спросила Грэсия, отступая от окна.
— Понятия не имею, — я оглядел коридор. Ни единого намека на проклятие или что-нибудь похожее. — Только если сквозь стекло прыгнуло. Но как?
С минуту мы стояли не двигаясь. Илина сделала шаг назад, толкнув меня спиной. Затем еще один, отделяя меня от остальных. Второй меч без шума покинул ножны. Я не видел лица, но мог с уверенностью сказать, что взгляд ее был, как всегда, прищурен. И если приглядеться, можно было разглядеть в ее глазах смерть. Огненные маги все поняли первыми. Немного опустили посохи, намереваясь в случае проблем ослепить ее.
— Дальше мы не пойдем, — сказала Илина. — Слишком опасно.
— Спокойней, уважаемая асвер, — сказал магистр Сметс. Голос спокойный, поза уверенная, расслабленная. — Мы почти пришли. Нужно лишь подняться по лестнице в конце коридора, и мы у покоев ее Величества.
— Магистр прав, — вставил я, — не надо горячиться. Давайте уже дойдем до конца, заберем ее и вернемся тем же путем….
Я не договорил, так как очередной душераздирающий крик прозвучал как раз со стороны указанной лестницы. Все напряглись, слушая крики несчастной. Это был женский голос, но он принадлежал не императрице.