Резервация
Шрифт:
– Чрезвычайное сообщение службы безопасности, – начал он, беря в руки тонкий лист с распечаткой. – Особое положение на плантации пока не вводится, но с настоящего момента все мы считаемся мобилизованными. Если у кого-то из вас имеются причины, по которым он не может исполнять связанные с этим обязанности, он должен сказать об этом сейчас.
– Что за обязанности? – шепотом спросил Стинов у Джана.
– А, ерунда, – махнул кончиками пальцев тот. – Пустая формальность.
Возражений не последовало, и после короткой паузы Эриксон продолжал:
– Служба безопасности отдела располагает информацией о том, что сегодня во второй половине дня иксайты планируют
– А если кто-нибудь из иксайтов наглотается газов и не сможет даже до выхода доползти? – спросил кто-то из агротехников.
– Это уже не наша проблема, – Эриксон плавно провел рукой над столом. – Очисткой воздуховодов после завершения операции займется служба безопасности.
На расположенный у него за спиной стереоэкран Эриксон вывел схематическое изображение плантации. Указывая выходы вентиляции, за которыми предстояло вести наблюдение, управляющий называл имена тех, за кем закреплялось данное место. Стинову, как новичку, достался самый простой участок, расположенный в закутке между стеной сектора и корпусами подсобных строений, – в этом месте проходил тупиковый отвод трубы воздуховода, в который иксайты если и сунутся, то только вовсе одурев от газов.
Распределив посты, Эриксон открыл дверцу узкого металлического шкафа и выдал каждому электрошокер, предварительно переписав их номера.
– Тоска, – недовольно проворчал Джана, выходя вместе со Стиновым из кабинета управляющего. – Торчать целый день на одном месте и все время пялиться на решетку вентиляции. Надеюсь, что этих кретинов скоро поймают. Не хотелось бы еще и на ночь здесь оставаться.
Он сел в оставленный у входа в здание электромобиль и указал Стинову на заднее сиденье.
– Садись. Подброшу тебя до твоего поста и поеду дальше. Мое место возле 87-й полосы. Черт, даже словом не с кем будет перемолвиться! – в сердцах воскликнул Джана. – Провести целый день в компании клонов! Вот подарочек-то!
– Не расстраивайся, – успокаивающе похлопал его по плечу Стинов. – Сам же говорил, что это скорее всего ненадолго.
– Если кто-нибудь из иксайтов вылезет на моем участке, ох, и приложу же я его шокером! – злорадно пообещал Джана. – Мало не покажется! Будет знать, как портить людям настроение!
– Ну, для них день тоже будет нерадостным, – рассмеялся Стинов.
Остановив машину возле поста, который предстояло занять Стинову, Джана обернулся и протянул Игорю лазерный мини-диск, входящий в дисковод записной книжки.
– Держи. Я и о тебе успел позаботиться, –
Поблагодарив напарника, Стинов спрятал мини-диск в карман и вылез из электромобиля. Махнув на прощание рукой, Джана развернул машину и унесся вдаль по проложенной между грядками дорожке.
Первым делом Стинов осмотрелся на месте. Слева – капитальная, многослойная стена, отгораживающая сектор Мичурина от соседнего, справа – тонкая металлопластиковая переборка корпуса, за которой находятся раздевалка и комната отдыха. От одной стены до другой – около трех метров. В два раза больше расстояние от фасадного угла корпуса до стены, к которой он прилегает. Забранное проволочной сеткой квадратное вентиляционное отверстие расположено в глубине закутка, примерно на двухметровой высоте. Отверстие не очень большое, но человек не слишком плотного телосложения без труда мог бы в него пролезть.
Стинов подошел к стене, вытянул руку вверх и, ухватив пальцами закрывающую вентиляционное отверстие сетку, несильно дернул ее. Сетка была закреплена винтами по углам, но выбить ее при необходимости можно было одним ударом.
Стинов прошелся от стены к стене, стукнул рукояткой шокера по желтому металлопластику и, приложив ухо к стене, прислушался. Гул удара быстро затих, а кроме него, больше не было слышно ни звука.
Тихо насвистывая какой-то привязчивый рекламный мотивчик, Стинов вышел из закутка, заложил руки за спину и окинул взглядом поле. Клоны трудились как ни в чем не бывало, сноровисто и быстро, так, что только их блестящие лысые головы мелькали среди бушующей зелени. Тишь да гладь, да божья благодать. Пастораль. Пейзане на уборке урожая. Показать бы иксайтам этакую идиллическую картинку, кто знает, может быть, и пропала бы у них охота взрывать что ни попадя.
Прохаживаясь вдоль кромки поля, Стинов то и дело поглядывал в закуток, на решетку воздуховода. Но там ничего не происходило. И если ничего не произойдет, решил он, так это даже к лучшему. Не хватало ему только снова связаться с ведомством Стояновича.
Через полчаса, устав ходить из стороны в сторону, Стинов присел на дорожное покрытие, прислонившись спиной к стене сектора. Вставив в дисковод записной книжки мини-диск, что дал ему Джана, он стал бегло просматривать утренние новости. Ничего интересного там, как водится, не было. По большей части только отчеты отделов о выполнении плановых работ. К тому же Стинов теперь почти не сомневался в том, что большинство приводимых в отчете цифр не соответствовали действительности. Каждый отдел, так же как и Информационный, скрывал и подтасовывал реальные показатели своей деятельности, чтобы иметь неучтенный резерв, который всегда мог пригодиться как взятка при заключении важной сделки либо как веский аргумент при переговорах как с союзниками, так и с противниками.
Стинов не успел просмотреть всю сводку, когда бегущая строка на табло записной книжки погасла и включился зуммер срочного вызова. Главный управляющий сообщал, что в систему воздуховодов пущен газ, и призывал подчиненных удвоить бдительность. Подтвердив получение сообщения, Стинов сунул записную книжку в карман и быстро поднялся на ноги.
Подбежав к вентиляционному выходу, он замер. По-прежнему все было тихо. Но теперь тишина эта казалась напряженной, готовой в любую секунду лопнуть. Где-то там, в толще стен, по темному лабиринту воздуховодов ползли, скользя мокрыми от пота ладонями по гладкой поверхности труб, захлебывающиеся удушающими клубами дыма иксайты.