Резервация

Калугин Алексей Александрович

Старший комендант лениво протянул руку с короткими, толстыми пальцами.

– Давай удостоверение, – голос у него был высоким и писклявым.

Порывшись для видимости в карманах, Стинов достал удостоверение и, сделав два шага вперед, положил пластиковую карточку на стол.

Комендант взял удостоверение и небрежным жестом указал Стинову на металлический стул с неудобной низкой спинкой, стоявший посреди комнаты. Стинов аккуратно присел на самый краешек стула и задрал голову к потолку.

– Игорь Стинов, –

прочитал на удостоверении комендант и провел карточкой по щели контрольного идентификатора.

Оставшись доволен проверкой, он положил удостоверение на стол и перевел взгляд на Стинова.

– Перестань пялиться в потолок! – визгливо крикнул он. – Смотри на меня!

Демонстративно вздрогнув, Стинов перевел взгляд на багровую физиономию старшего коменданта.

Приподняв голову, старший комендант покосился на того, кто стоял позади него.

– Это он?

Человек в темных очках неопределенно пожал плечами.

Комендант достал из стола два фотоснимка и бросил их через стол Стинову.

– Узнаешь?

Стинов взял фотографии. На них были лица Марти и Карелы, снятые крупным планом. Мертвые, с закрытыми глазами.

– Это мои соседи, – сказал Стинов, возвращая фотографии. – Марти Турин и Карела, его подруга.

– Как они тебе нравятся в таком виде? – похлопав сложенными вместе фотографиями по столу, спросил комендант.

– При жизни они выглядели лучше, – ответил Стинов.

Он глядел на старшего коменданта, но все время чувствовал на себе тяжелый, изучающий взгляд из-под темных очков.

– И ты не хочешь узнать, что с ними случилось? – спросил старший комендант.

Прежде чем ответить, Стинов выдержал паузу в несколько секунд, изображая тупое раздумье.

– Отчего же, конечно, интересно, – произнес он ничего не выражающим голосом.

Подавшись вперед, старший комендант навалился грудью на стол и сообщил доверительным тоном:

– Нажрались нелегального эфимера и решили покататься на крыше лифта. Их нашли раздавленными на дне шахты. И кажется мне, что тебя ожидает та же судьба.

– Я езжу только в кабине лифта, – ответил Стинов. – И употребляю только разрешенный эфимер.

– Глядя на тебя, этого не скажешь, – усмехнулся комендант. – Сколько пастилок ты сжевал перед сном?

– Три, – не очень уверенно ответил Стинов.

– А если хорошенько подумать? Ты же не можешь даже взгляд сфокусировать в одну точку.

– Пять.

– Вот это уже похоже на правду.

Комендант расслабился и снова откинулся на спинку кресла.

– У тебя дома нашли упаковку нелегального эфимера, – как бы между прочим сообщил он.

– Это не мое, – покачал головой Стинов.

– А кто это может подтвердить? Может быть, кто-то дал тебе его на хранение? Назови имя.

– Я не знаю, откуда в моей комнате появился нелегальный эфимер, – скучающим голосом ответил Стинов.

Он

никак не мог взять в толк, с какой целью ведется этот пустой разговор. Теперь, когда перед ним стоял инструктор в темных очках, не оставалось никаких сомнений в том, что его арест связан с происшествием в выгоревшем секторе. Чего же они тянут? Почему не переходят к интересующей их теме? Ждут, что он сам обо всем расскажет?

Постучавшись, в дверь вошел комендант – один из тех, что остались в комнате Стинова. В руках он держал черный пластиковый пакет.

– Есть что-нибудь?

Вопрос задал не старший комендант, а тот, кто стоял за его спиной.

Комендант протянул пакет.

Инструктор заглянул в пакет, и губы его изогнулись в злорадной усмешке. Он обогнул стол и медленной, неторопливой походкой уверенного в себе человека подошел к Стинову. Остановившись, он широко расставил ноги, заложил руки за спину и сверху вниз посмотрел на Стинова.

– Не хочешь рассказать нам, зачем ты со своими приятелями забрался вчера в сектор Ломоносова? – насмешливым тоном поинтересовался он.

– В сектор Ломоносова? – вполне натурально изобразил удивление Стинов. – Я никогда там не был.

– Не старайся выглядеть тупее, чем ты есть на самом деле, – развернувшись на каблуках, инструктор вернулся на свое место за спинкой кресла старшего коменданта. – Мне нужно знать, кому ты рассказывал о своей прогулке.

– Я не был в секторе Ломоносова, – повторил Стинов. – А Марти в последний раз я видел вчера утром в ванной.

Инструктор будто и не услышал его слов.

– Судя по тому, что мы нашли, вы решили поразвлечься, устроив обед в экзотическом месте, – сказал он. – Ты, Стинов, убил двух человек, которые могли бы опознать тебя. Но был еще третий, который, правда, видел тебя только со спины. Но это он запомнил.

Очкастый достал из пакета куртку спортивного костюма Стинова и, встряхнув, расправил ее так, чтобы была видна надпись на спине: «Сфера стабильности – навсегда».

– Кстати, она до сих пор воняет гарью. Нужно было сразу выстирать.

Стинов понял, что отпираться дальше не имело смысла. Возможно, ему и удастся убедить инструктора в том, что он никому не рассказывал о том, что видел, да только в его судьбе это уже ничего не меняло. Завтра, послезавтра, а может быть, через неделю, его тело найдут в шахте лифта.

Стинов медленно поднялся на ноги и сделал шаг к столу.

– Можно мне забрать удостоверение? – спросил он у старшего коменданта.

– Да ради бога, – усмехнувшись, развел руками тот.

Стинов взял удостоверение и сунул его в карман. Повернувшись, чтобы снова сесть на стул, он вдруг оступился и, потеряв равновесие, зацепил плечом коменданта, который принес пакет с костюмом. Чтобы удержаться на ногах, он обхватил коменданта за пояс.