Режим бога - 2
Шрифт:
***
...То общение с главврачом и первая прозвучавшая "МОЯ" песня по радио имели далекоидущие последствия.
Оказывается в санатории был свой ВИА. Ну, как "свой"?.. Администрация санатория нанимала на летний период временных сотрудников, для организации "культурно-массового отдыха, проходящего санаторное лечение, контингента". Во, как!
Музыканты были из Москвы и работали в санатории уже не первое лето. Это я узнал от главного врача. Вот он то и предложил ввести в репертуар санаторского
Мне, поначалу, не захотелось "заморачиваться", а потом я сообразил, что это отличный шанс "прокатать" готовые вещи и потихоньку "сочинить" новые. Завадский напишет ноты, а там мы еще и записи новых песен постараемся организовать, на халяву-то!
Поэтому уже на следующий день, после такого решения, я начал вызванивать Завадского. Коля откликнулся сразу и пообещал приехать завтра, после обеда.
Утро я, естественно, начал со стадиона. Но из знакомых там встретился только гиревик Олег. "Роковая незнакомка в капюшоне" исчезла... Ну, и слава богу. Не знаю, как теперь вести себя с ней.
Воодушевленный тем, на сколько уже вырос за весну-лето, я теперь основное внимание уделял наращиванию мышечной массы. Здесь тоже были успехи, даже мама это отметила, но если в росте я прибавил пять сантиметров, то в объеме бицепсов подобных успехов, разумеется, не было.
Конечно, на взгляд в зеркало, я стал весьма крепким парнишкой, явно здоровее большинства своих сверстников. Появились отчетливые намеки на мышцы, более того, если их напрячь и встать в "позу качка", то можно даже полюбоваться собой. Но в расслабленном состоянии пока были только "намеки", не более... Увы.
День мой проходил, как обычно: пляж и процедуры, ну, а после обеда приехал Николай с семьей. Сначала все весело обменивались новостями, все-таки несколько дней не виделись! Затем Светлана с дочкой остались с моей мамой, а мы с Колей пошли к главврачу.
Кстати, как я заметил, Саша Завадская уже почти перестала меня дичиться. Может потому, что сам я обращаю на нее минимум внимания.
Ну, что поделать, если и в этой жизни, мне нравились молоденькие девушки... только теперь они должны были быть значительно старше меня! Мдя!
– Витя, ты Алексея с Дмитрием когда последний раз видел?
– поинтересовался Николай, пока мы шли знакомиться к главврачу.
– Да, уж неделю назад... когда вы не пошли на аттракционы, и мы отправились туда втроем. Но Леха позавчера звонил. А что?
– Как-то пропали ребята... Непривычно, - Завадский улыбнулся и пожал плечами.
– У них тут сослуживец живет, с которым в прошлый раз Леха накуролесил, да и вообще...
– я, сощурившись, посмотрел в чистое голубое небо, - солнце, море, девушки и деньги... следовало ожидать. Фигня, деньги закончатся - придут!
– и я рассмеялся.
Завадский странно на меня посмотрел.
– Что?!
– Ты рассуждаешь, как абсолютно взрослый человек - становится не по себе...
– Коля! А что я сказал не правильно?!
– я состроил дурашливую гримасу.
– Да, может все и правильно, только не привычно слышать такие речи от ребят твоего возраста.
–
– я засмеялся, внутренне внимательно отслеживая реакции Николая, - да, к тому же я просто шибко умный! Этот... как его... Ну, ты же еще сам говорил... А! Вспомнил... ГЕНИЙ!
Завадский улыбнулся:
– Ну, ладно, спишем на твою "гениальность"!
Знакомство с музыкантами "санаторского ВИА", носившим "космическое" название "Аэлита", прошло гораздо лучше, чем можно было ожидать.
Блажь главного врача они, конечно, выполнили бы и так, но лишние "напряги" не нравятся никому.
Однако, как выяснилось в первую же минуту, Завадский хорошо знал одного из музыкантов - бас-гитариста Алика, коренного ленинградца, с которым они были знакомы еще по ресторанной "халтуре". Потом Алик переехал в Москву к жене, а теперь вот играл в "Аэлите", в которой его жена - Валентина работала солисткой! Таким образом, наше представление сразу прервалось на радостные восклицания и обнимания.
Мы с главным врачом постояли, некоторое время чужие на этом "празднике жизни", а потом, Михаил Афанасьевич, снова завладел вниманием творческой аудитории и, все-таки, официально представил нас с Колей, а так же рассказал слушателям о своей "гениальной задумке"...
...Короче, никаких проблем с адаптацией в коллективе у нас не возникло! В "Аэлите" было двое гитаристов, клавишник, саксофонист и двое солистов. Сам коллектив ВИА жил на частном секторе, репетировал в актовом зале санатория, а, по вечерам, пять раз в неделю, выступал на открытой летней сцене танцплощадки.
Если Коля был для "аэлитовцев" свой и понятный, то я являл собой, не больше не меньше, как настоящее "малолетнее чудо в перьях", песни которого, оказывается, поют признанные звезды советской эстрады.
Разумеется Николай честно рассказал коллегам, что пока записана и исполнялась по радио только одна моя песня, но фамилии Сенчиной, Пьехи и Боярского, взявших мои песни, произвели сильное впечатление.
Сами музыканты были готовы с радостью обновить свой репертуар, но хотели иметь представление, что за песни пишет "сопливая одаренность". Да и главный врач был человеком осторожным, поэтому поставил непременным условием личное утверждение "продукта" моего творчества.
Законное любопытство присутствующих взялся удовлетворять Завадский. Ему тут же организовали место за клавишными и приспособили микрофон.
– Витя, тоже возьми микрофон, будешь подсказывать, если слова забуду, а припев давай вместе...
Мимоходом высказанное указание Николая вогнало меня дрожь. Реально. В дрожь...
Я никогда раньше не пел на публике, даже если её, этой публики, меньше десяти человек. Да, я пел при Бивисе и Сенчиной, когда представлял "Маленькую страну". Но это было сидя в зале, я не пел, а "напевал", а самое главное - я был "на взводе", от перепалки с Бивисом. И то что, более менее, безболезненно можно сделать в запале, не то же самое, что стоят на сцене и петь в микрофон!