Резонанс бытия
Шрифт:
— Это ты мнеговоришь?… Ну, ладно. Что было дальше, я более или менее представляю. Но, полагаю, ты хочешь закончить свой рассказ.
— Собственно, об этом периоде уже почти нечего рассказывать. Мирддин погрузил раненного Артура в воды Источника, и тот исцелился, но не вынырнул обратно. По каким-то своим соображениям Источник унёс его вдоль потока Формирующих в бесконечность. Именно так Мирддин узнал о существовании миров Экватора. Вивьена беспрепятственно выпустила его из Безвременья, и он поведал людям известную сказку о том, что Артур спит глубоким сном, похожим на смерть, в тайной пещере. Гилломан
— Этого пока достаточно, — отозвалась Хозяйка. — А я, прежде чем раскрыть вам одну тайну, о которой никто из живущих, кроме меня, не знает, специально для Тори добавлю, что Вивьена в конце концов полностью сошла с ума и покончила с собой, не потрудившись подыскать преемницу. Однако Источник не мог долго оставаться без Хозяйки — хоть какой-нибудь, настоящей или нет, — поэтому перехватил душу одной умирающей ведьмы, наделил её призрачным телом и сделал своей Хозяйкой. Долго она не продержалась, так что вскоре Источнику пришлось искать себе новую. Чехарда с призрачными эрзац-Хозяйками длилась без малого четыреста лет Основного Потока, пока последнюю из них, Диану, не сменила Бронвен… — (При этих словах я не сдержалась и пренебрежительно фыркнула.) -…которая, к счастью, задержалась ненадолго. Потом была ты, Дейдра, и о тебе я ничего плохого ни сказать, ни даже подумать не могу. Для девочки-подростка, да ещё не наделённой необходимыми для Хозяйки качествами, ты справилась просто отлично.
— Спасибо на добром слове, — сказала я. — Но если ты пытаешься задобрить меня, чтобы вернуться к мифическому Мордреду…
— Он не мифический. Он действительно существовал. Только повремени с протестами, пока я не закончу. Мордред не был сыном Моргаузы — теперь успокоилась? Но в определённом смысле он всё-таки был сыном Артура.
— И в каком это «определённом смысле»?
— В таком же, в каком малышка Морвен является дочерью Феба.
Мы с Тори изумлённо переглянулись. Такого поворота я совсем не ожидала. Тори — тем более.
— Значит, Мордред был зачат от Источника? — произнесла я. — А кто его мать? Одна из двух ведьм-адептов Морганы?
Хозяйка сделала выразительную паузу вроде той, какую порой делают посреди песни наши мальчики-рокеры, чтобы потом с новой силой врезать по своим инструментам и на пару секунд совсем оглушить слушателей.
— Нет, — наконец сказала она. — Матерью Мордреда была Вивьена.
Чуть выше я говорила, что мы с Тори были изумлены. Теперь же я просто не в силах подобрать слова, которые в полной мере отразили бы всю глубину нашего потрясения. Сказать, что мы онемели, будет слишком мягко.
С едва заметной улыбкой на губах Хозяйка ожидала, когда мы заговорим. Наверное, не хотела ставить нас в неравное положение: ведь мои вопросы она могла прочесть у меня в мыслях, а у Тори — нет. А может, ей просто было интересно, кто из нас первой опомнится.
Первой оказалась я. И вопрос мой был до крайности банальным:
— Вивьена? Но
— От Источника могла. Только от Источника и больше ни от кого, кроме Источника. Таким образом у Мордреда, подобно Морвен, было два отца. Первый, отец по духу — сам Источник. И второй, отец по крови — тот, с чьим фантомом Вивьена зачала сына. То есть, Артур.
— А почему не Мирддин? — К Тори наконец вернулся дар речи.
— Я располагаю фактами, а не мотивами, — ответила Хозяйка. — Знаю лишь, что зачатие произошло по инициативе Вивьены, а не Источника. Я не раз вызывала её фантомы, но те, которые знали о Мордреде, наотрез отказывалась обсуждать этот вопрос, а более ранние реагировали одинаково — заливались истерическим смехом и говорили: «А это я здорово придумала!»
— М-да, странно, — произнесла Тори. — В том отрывке воспоминаний отчётливо чувствуется, что при всей их вражде Вивьена продолжала любить Мирддина, а он — её. Тем не менее, она выбрала Артура, который, насколько я поняла, не испытывал по отношению к ней подобной раздвоенности. Для него она однозначно была врагом. А фантомы адептов способны только на те поступки, на которые согласились бы их прообразы. Или Вивьена силой принудила Артура?
— Нет. Просто она выбрала ранний отпечаток его личности, когда он ещё симпатизировал ей, даже немного был влюблён в неё — пока не повстречал Гвеневер.
— Ага, понятно, — кивнула Тори, — юный Артур. Ещё зелёный адепт Источника, восхищённый Хозяйкой. Надо признать, что Вивьена была удивительно красивой женщиной.
«Уж ты бы точно не отказалась от неё», — подумала я, чем вызвала у моей тёзки улыбку.
— А когда родился Мордред? — спросила я.
— Пятьсот девятнадцать лет назад по отсчёту Основного Потока.
— Гм-м. Небось, в то время Вивьена была уже порядком свихнувшейся.
— Совершенно верно, — кивнула Хозяйка. — Однако ей хватило изобретательности назвать мальчика Мордредом. Дескать, раз появляются резонансные двойники несуществующего сына Артура, то почему бы не исправить ситуацию, сделав Мордреда реальным.
— Он не был адептом?
— Нет. Но, как его дитя, был в достаточной мере связан с Источником. Поэтому я и предположила, что недавно появившаяся суть принадлежит ему.
— Да, в самом деле, такое возможно, — признала я. — А что с ним случилось дальше?
— Первые несколько месяцев он провёл в Безвременье. Не знаю, какие были первоначальные намерения Вивьены — возможно она собиралась сама его вырастить, но потом ей хватило благоразумия сообразить, что здесь неподходящее место для полноценного развития личности ребёнка. Поэтому Вивьена поступила так, как в своё время с Ланселотом, — отдала Мордреда на воспитание в мир простых смертных. Часто навещала его, а когда он подрос, стала обучать магии Формирующих.
— Он жил в Экваторе или в Срединных мирах?
— В Экваторе. Вивьена строго придерживалась своего давнего решения, что колдунам Срединных миров дозволено владеть только силами низшего порядка. В Безвременье мать приводила его лишь однажды, в двенадцатилетнем возрасте, он мельком видел Источник, но не понял, что это такое. Вернее, понял не совсем правильно — воспринял всё в трактовке артуровских легенд, распространённых в его мире. Источник он счёл волшебным озером, а свою мать — Озёрной Леди. В тех легендах, которые знал Мордред, Вивьена была положительным персонажем, и он недоумевал, почему мать назвала его таким плохим именем.