Риана. Путь воина

Пульс стучал в висках, отчего боль в голове только усиливалась. Я попыталась открыть глаза, но что-то мешало – повязка? Мягкая ткань закрывала обзор, но снять её мне не удалось, из-за того, что я не могла дотянуться до лица рукой. Обе руки были привязаны!

– Перестань! – услышала раздражённый голос, его я слышала впервые, немного резкий и хриплый.

Такой был у одного знакомого моего отца, который очень редко приезжал к нам, так как в нашем доме не было приняло курить. Еще при рождении Лолируда мистер Шонт от кого-то узнал, что дым от табачной травы плохо сказывается

на организме детей. И так как он сам не курил, то и друзей попросил не дымить у него дома. Так вот, у того мужчины был очень хриплый голос, как он сам говорил «прокуренный» и от него за версту несло неприятным запахом саженой травы.

Но сейчас я этого запаха не чувствовала, хотя думаю, распознала бы его, хоть и давно не ощущала. Этот запах напрочно засел в воспоминаниях, настолько он был резким и неприятным для меня.

Я вновь дернула рукой и стала думать, как мне выбраться отсюда. Вот только мешало сосредоточиться на мыслях очень странное чувство запертого пространства, а это значит… попробовала ощутить ничего ли на моих руках не надето и разочарованно выдохнула воздух. Браслеты! Те, что были со мной на корабле. Именно они не давали моей душе выйти в мир души. И сейчас они надежно блокировали все мои попытки вырваться на свободу.

– Я попросил тебя перестать сопротивляться! – с меня сняли что-то наподобие маски для сна, которые использовали модницы в Королевстве.

На меня смотрел мужчина, на вид ему было лет пятьдесят пять, лицо уже избороздили морщины, его карие глаза смотрели на меня оценивающе и пренебрежительно. По его выражению лица было понятно, что ему я не просто не нравлюсь, а он брезгует прикасаться ко мне. И это было для меня настолько неприятное ощущение, что захотелось прикрыться или вообще оказаться от него подальше. Оказалось, я лежала на кровати с красным балдахином, и с достаточно мягким и удобным матрасом. К чему были привязаны руки, я не видела, а вот ноги были закреплены прочными с виду ремешками из кожи, а цепочка от них уходила вниз. Хоть я и была прикрыта одеялом, но это было настолько небрежно сделано, что стопы уже порядком замерзли, а вот рукам было наоборот жарко, отчего ладони неприятно вспотели.

– Где я? – пытаясь не показать свой страх, спросила у мужчины.

– В комнате своего жениха, где же еще? – чуть не плюнул он мне в лицо, – Даже смотреть противно… Не понимаю, как он будет с тобой спать. Меня бы вырвало.

«Меня бы вырвало наверняка» – подумала я, когда боль в голове немного отступила, я все же почувствовала этот горький и противный запах табачных сигар. Или это вонь меня так отрезвила? Стараясь вдыхать ртом, я попыталась рассмотреть комнату, но кроме самой кровати, похоже, в помещении ничего не было. Разве, что есть ковер, который мне было бы проблематично увидеть из-за ограниченного угла обзора. Хотя нет, возле окон, что были справа от меня, одиноко стоял стул, и на нем покоилась раскрытая книга.

– У меня нет жениха, – сказала мужчине, на что он только усмехнулся.

– Радоваться должна, что тебя хоть кто-нибудь не побрезгует взять! А то вырядилась, надушилась, и думаешь, сойдешь за нормальную? Ты внутри гнилая и испорченная, фу, гадость!

После этих слов он отвернулся от меня и пошел к своему стулу, чему я была несказанно рада. Его провонявшаяся табаком серая одежда висела на нем словно мешок. На фоне красно-белых штор, он смотрелся, как

грязное пятно, что так сложно вывести без достаточно большого куска хорошего мыла.

– Кто тут проснулся? – в приоткрытую дверь вошел высокий черноволосый мужчина, на нем были черные штаны и голубая рубаха навыпуск, движения его были слишком наигранными, словно он очень плохой актер, что играет роль, – Моя невеста проснулась! И это чудесно! С днем рождения, милая! Сегодняшний день ты запомнишь на всю свою никчемную жизнь. Ведь сегодня день нашей свадьбы! Сделаем все, как предрекали нам предки, никаких пышных празднеств, только ты и я.

Он сел на кровать и по неосторожности заодно и на мою руку. Я ойкнула от боли, но он только удивленно воззрился на меня карими глазами. Но когда до него дошло, что он сделал, то дальнейшие его действия просто не поддавались объяснению.

– Больно, да? – он приподнялся и вновь опустил свою пятую точку на мою руку, – Потерпи. Так, о чем я? А ну, да! Ты и я! Не чудесно ли?

– Нет. Кто вы? – поморщилась я, пытаясь вытащить руку.

– Я же сказал, твой жених? Ты что, глупенькая?

– Вы не мой жених! – зверея от бессилия, крикнула я, на что в ответ получила несильную пощечину.

А потом длинные цепкие пальцы схватили мой подбородок и повернули к мужчине. В его глазах горел странный огонь, что жаждет увидеть боль, а потом опалить, сжечь мою душу. От накатившего страха зажмурила глаза и услышала в ответ тихий издевательский смех.

– Ты все правильно поняла. Еще раз попытаешься мне перечить, будешь очень долго страдать. Ты усвоила урок?

Моя щека еще хранила боль от пощечины, а в тех местах, где он прикасался пальцами, казалось, останутся синяки. Но я продолжила молчать, за что получила еще одну пощечину. Теперь горели обе щеки.

– Я спросил, ты поняла?

– Да, – выдохнула я и отвела взгляд, если раньше было страшно, то сейчас от ужаса я не могла даже пошевелиться.

– Отлично. Я твой господин, жених и будущий муж. Так что отныне обращайся ко мне только господин, или же хозяин. Ясно?

– Да, – кивнула я и вновь получила пощечину, только на этот раз она была сильнее двух предыдущих.

– Да, что? – грозно навис он надо мной.

– Да, хозяин, – исправилась я и сжалась, ожидая нового удара.

– Умничка. Хорошая девочка, – погладил он меня по волосам, – Мне придется покинуть тебя до вечера. Все кинулись на твои поиски, и мне придется поддержать их инициативу. Но вечером я буду весь твой. Безраздельно.

На его губах появилась мерзкая усмешка, и он наконец-таки поднялся с моей руки. Причем сделал это медленно, наблюдая за моей реакцией. И, похоже, увиденное ему очень понравилось, так как он откинул край одеяла и провел пальцем по пострадавшей руке, зацепив браслет из сиреневых камней и ногтем, пройдя по кожаному ремешку.

– До вечера, милая. Можешь пока поспать, набраться сил. Тебе их ночью много понадобится, – он одним движением отцепил мою руку и добавил, – Не пытайся сбежать или кричать, тебя все равно никто не услышит. А вот покалечиться ты можешь легко, – и быстрый взгляд на моего надзирателя, – Если хоть раз попробуешь нарушить правило, то тебя привяжут, и больше ты свободу не получишь. Ты поняла?

– Да,.. господин.

– Отлично. Даже удивительно, что ты так быстро учишься. А будешь хорошей девочкой, вечером я тебе подарю ужин.