Риф
Шрифт:
– Почему? Это ведь так просто?
– Отчасти из-за отношения корпов к тебе. Отчасти из-за того, что во всей группе не нашлось достаточно адекватных людей. ВМ свои решения нам не объясняет. Старый Боран вышел и ляпнул: "Не вижу достойных". И тему закрыли. На Северном Ключе скандал знатный получился. Решили, что на тебе баг сработал. И ВМ это заметил. Готовят специальный слой, но как и когда это все будет, никто себе не представляет.
– А почему вы это всё для меня делаете?
– А почему ты просто не ушел сразу? Когда узнал про нападение?
–
– Вот тебе и ответ. Я ведь родился в Лепестках. И последние пятнадцать лет жизни там, провел в рабстве. И когда один хороший человек выкупил нас с Эли и помог устроиться в Цин, то я лично принял это как Знак. И отворачиваться от плохих вещей я тоже не хочу. Здесь не слишком хорошо жить. Но гораздо лучше, чем в местах, где человека считают вещью. Возвращайся с Уармы и мы продолжим обучение.
– А что вы будете делать в коллонии, доктор?
Эли картинно закатила глаза.
– Ну что я могу делать? Капитан Элинор Лоу, медицина. Лечить буду. Но лучше тебе в мои руки не попадать, солдатик.
– Я только за.
Троица сидела за столиком на улице практически до закрытия кафе. Потом перебрались в дешевую гостинницу. Рифу, то есть Догу, доктор слегка подправила лицо, а капитан - документы. После манипуляций с лицом, Риф наконец понял, что не так с доктором. Она тоже была адептом. Но - зеленым. Только зеленые могли вот так, двумя движениями, изменить лицо человека. Навсегда.
Затем свежеиспеченный контрактник получил на руки документы и отвалил ночным поездом в Вонцу.
.
***
Отдел приема рекрутов в Вонце совершенно не впечатлял. Обычная ободранная казарма со скучающим персоналом. Прибывшее мясо быстро-быстро прогнали через все необходимые процедуры, шлепнули в дело штампик "годен без ограничений" и отправили на склад. На складе такой же скучный кладовщик выдал комплект ношеной, но чистой формы, кучу всякой мелочи, и буквально выпинал новобранца дальше. В маленьком кабинете Дога опросили подробнее. Затем с пометкой "штурмовая группа" отправили в спортзал. Поскольку рабочий день подошел к концу, инструктор перенес тестирование на следующий день.
Еще через два дня, курсант-рядовой Дог Вайли на утреннюю зарядку уже бежал в строю. А вечером, набив морду лица своему сержанту, устроился в карцере. Собственно, весь первый месяц прошел в постоянных перемещениях из карцера в казарму и - обратно. Сержант успокоился, зато начались терки внутри призыва. В конце-концов кто-то из начальства, после стрельб, оценил подготовку нового солдата и ему навесили лычки. Теперь Дог бил морды, имея на это полное право. Путешествия в карцер стали совсем редкими и концу второго месяца, прекратились совсем. Зато Дог нашел толкового наставника и гонял свой десяток, как проклятых. Репутацию "зверя" он заработал честно, так что сборный кагал подчиненных пищал, но делал всё, что требовалось. К выпуску, отделение Дога держало все первые места среди своего
– Ты, конечно, молодец, Дог. Вот только целых полтора месяца еще. Здесь ведь - всяко лучше, чем там.
– Дурень. Там мы будем первыми. И подготовку получим фактически - индивидуальную. Ставлю свой нож против медяка, что вместе со всем мясом нас на убой не пошлют. К прибытию основной массы мы уже ветеранами будем. А грохнуть тебя, дурака, могут прямо здесь, на теплом очке домашнего туалета.
– Очень хочется тебе верить.
– А у вас что, есть выбор? К тому же оплата там, в четыре раза выше. Плюс - премиальные, плюс - трофеи. Оружие надо бы нормальное. С теми железками, что нам выдали, нормально воевать невозможно.
– Всё понятно. Вот только откуда у тебя всё это?
– Старший брат служит. Много рассказал.
– И как ремни перешивать, и где обычно противопехотки ставят? И караульного снимать камнем?
– Ага. А еще он рассказал, как морду бить слишком любопытным.
– Не. Это не интересно.
– Разве? Вот что еще я забыл. Деньги. Надо сброситься в котел. По пять сотен с носа. Будем нормальное снаряжение брать. Аптечки наверняка - покупать прийдется. И клинки.
У тертых жизнью людей даже челюсти поотпадали.
– Дог, ты совсем двинулся? Нахрена нам сабли? И... на пять сотен мы неделю бухать сможем.
– Потом сами спасибо скажете. А пока - потому, что я так захотел. И до первого боя - никакой выпивки. Возражения?
Десяток уныло разглядывал пол транспортного отсека. Шаттл приближался к военному кораблю, отправлявшемуся с очередным конвоем.
.
– Терпи, Бират, это всё - мелочи. К тому же шрамы, только украшают мужчину. Что с тебя сняли?
– Часы и нож отобрали. Деньги у тебя все.
– Сейчас зашью бровь, полежишь сутки. Голова кружится?
– Они там здоровые, как бионы. С одним я еще потягался бы, но трое... ноль шансов. Главарю нос разбил. Только что и успел.
– Ладно, успокойся. Разрулим.
– Один не ходи, Дог.
– Так не получится. Групповая драка на корабле? Своим простят, а нам такая запись в дело ни к чему. Да ничего там страшного не будет.
.
– Слышишь, капитан?! Шесть человек в медблоке. Твой урод весь кубрик на запчасти разобрал.
– Да? А у меня вот запись с импланта. Да. У сержанта имплант стоит. Думаешь почему его группу выпхнули из учебки? Он там половине кладовщиков морды разбил. За отвратительное качество снаряжения. Вот так и сказал. Прикинь? А ты - кубрик. Твои орлы в коридоре солдата поймали и избили, отобрали личные вещи. Знаешь? Сержант пошел поговорить, ему сразу попытались дать в табло. Молча. Да-да я даже прослезился, когда запись смотрел. Показать? Или сразу к капитану твоему сходим?
– Да хрен с тобой, сапог. Давай смотреть. Но пистон своим вставь. Бля, там же ничего целого не осталось, откуда вы таких уродов берете?