Рикошет
Шрифт:
— Я не знала, что сегодня вечером есть дресс-код, — опровергаю я.
Он скрещивает руки на груди и склоняет голову набок.
— Не смотри на меня так, — огрызаюсь я, протискиваясь в дверь, так как он еще не пригласил меня войти.
Справа от нас находится гостиная со сводчатым потолком и хрустальной люстрой, отбрасывающей много света на кожу мебели и дорогие ковры из шкур животных. Я стараюсь не думать о том, на каких животных я могу наступить, когда буду в его доме.
Он запирает дверь, и я бросаю
— Что? — говорю я.
— На тебе тапочки с динозаврами и кальсоны, — говорит он так, словно я сошла с ума.
Я бросаю взгляд на свой ночной гардероб. Мои мешковатые кальсоны провисают в промежности, а зеленые тапочки с динозаврами делают мои ноги огромными. Также на мне одна из футболок Ло с длинным рукавом, которую он оставил у меня дома на днях — логотип Philadelphia 76ers, напечатанный спереди. Я пожимаю плечами.
— Я ношу это все время, когда провожу здесь ночь.
— Это было раньше, — говорит он мне.
Я слышу его невысказанные слова: это было раньше, когда мы не встречались и не были в фальшивых отношениях. Две недели назад Ло отстранили от учебы, и его отец сошел с ума, пригрозив отправить Ло в военную академию, на самом деле показав ему бланки. Я провела весь день, беспокойно расхаживая по своей комнате, пока мы пытались найти решение, как успокоить его отца.
И это было оно. Заставить его отца поверить, что Ло изменился, встречаясь с девушкой, которую, как он думал, никогда не будет достоин. Меня. Кэллоуэй. Хотя на самом деле я такая же хреновая, как и его сын. Кто бы мог подумать.
Когда мы объявили о нашем новом статусе отношений, его отец на самом деле не поверил в это. Вот почему сегодня вечером я нахожусь в гостиной Ло, а не в его спальне, где мы обычно читаем комиксы, и я смотрю, как он напивается, чтобы заснуть. Сегодня вечером мы должны доказать, что влюблены друг в друга.
И тогда все снова будет хорошо. Ло останется здесь. Он станет «другим человеком», и мы оба будем продолжать жить как обычно. За исключением фальшивых отношений.
Я беспокойно переминаюсь с ноги на ногу.
— Извини, — бормочу я, внезапно смутившись.
Он хорошо оделся для меня, и вот я здесь, в мешковатых кальсонах и его огромной футболке. Тапочки все еще крутые.
— Ты права, — говорит он, его янтарные глаза скользят по моему телу. — Это не имеет значения.
Он расстегивает три верхние пуговицы рубашки.
У меня перехватывает дыхание.
— Ты выглядишь мило, — говорит он. Улыбка играет на его губах, и он снова смеется над моими кальсонами. — Это мои?
Я все еще застыла на «Ты выглядишь мило». Я не могу сказать, было ли это все шоу или
— Да, — с трудом выговариваю я. — Я украла их после похода в октябре.
Почти целый год назад. Тогда он этого не заметил, так что я удивлена, что он заметил это сейчас. Или, может быть, он просто никогда не упоминал об этом раньше.
— И футболка моя тоже, — говорит он, расстегивая последнюю пуговицу. Мой взгляд скользит по его мускулам, и я понимаю, что получу разрешение прикоснуться к ним впервые с тех пор, как мы занимались сексом. И это было очень, очень давно. Ну, почти три года, если быть точным.
— А ты внимательный, — шепчу я, когда он приближается ко мне.
Обычно я полностью контролирую себя во время секса. Я знаю, чем это закончится и как начнется, но с Ло и этим новым соглашением я совершенно не понимаю, к чему это приведет.
Я делаю несколько шагов назад, спускаюсь по лестнице в гостиную. Он следует за мной, как будто он охотник, а я маленькая лань, которую он хочет поймать в ловушку. Мое дыхание становится глубже, я не привыкла к тому, как он смотрит на меня. Как будто я принадлежу ему, а он — мне.
Это должно быть притворство, верно? Конечно, это так, напоминаю я себе. Уговор, никогда не забывай. Все это притворство. Но это не значит, что мне не позволено наслаждаться этим.
Тыльная сторона моих коленей ударяется о кожаный диван.
— На тебе моя одежда, — говорит он хриплым и глубоким голосом.
Я с трудом сглатываю. Я хочу обнять его за шею и запустить руки в его волосы, притягивая его ближе. Это неправильно. Но это кажется правильным. И то, как он смотрит…
Его пальцы скользят за пояс моих кальсон, притягивая меня к своей груди. Его лоб почти упирается в мой, его теплое дыхание проникает в мои приоткрытые губы.
— Ло…
Он закручивает резинку вниз, открывая мои тазовые кости, и его тело напрягается рядом с моим. Моя рука быстро сжимает его руку, мои глаза внезапно вылезают из орбит.
— На мне нет… — я замолкаю, нервничая с парнем больше, чем когда-либо.
Мои слова только заставляют его грудь опускаться все тяжелее.
— Ты забыла свои трусики или просто забыла украсть пару моих боксеров?
Мой взгляд падает на его губы. Я хочу целовать их так сильно, что они набухнут и покраснеют так, что он будет чувствовать меня на себе в течение нескольких дней.
— Ты не носишь боксеров, — говорю я, задыхаясь.
— Нет? — его губы касаются моего уха. — Тогда что на мне надето, любовь моя?