Rise

Natty_M

— Так это же здорово! — воскликнул он. — Когда это будет? Тебе для этого нужно покинуть Хогвартс или что?

— Нет, не нужно будет. Но дело не в этом, — сказал я с раздражением.

— А чего ты тогда так дергаешься. Подожди… Ты что, отказался? — удивился Алекс.

— Вроде того. Понимаешь, это не точно. Не ясно, можно ли воссоздать рецепт зелья, получится ли его приготовить и вообще поможет ли оно мне.

— Но это же шанс! — произнес взволнованно он. — Смотри, ты говорил, что не видишь возможности получить лечение, что Министерство

откажет в помощи, да и денег таких нет. А тут у тебя появился другой вариант. Или человек, который тебе предложил это, ненадежен?

— Нет, она, конечно, очень умна, но…

— Она? — переспросил Алекс. Он, кажется, начал догадываться, я видел по выражению лица. Не получалось у меня от него скрыть хоть что-то. — Не может быть, чтобы это была… Да? — он округлил глаза и ухмыльнулся

— По твоей глупой улыбке я знаю, кого ты имеешь в виду. Да, это профессор Грейнджер, если ты и правда о ней. Только никому не говори, пожалуйста.

Алекс фыркнул.

— Будто я с кем-то еще общаюсь.

— А как же Дэвидсон? — спросил я.

— Она не в счет. И я не скажу ей, — отмахнулся он. — Важно другое: почему ты отказался?

— Не знаю, — сказал я, — я разозлился ужасно и, уходя, хлопнул дверью. Она все продумала, видите ли. Помочь она мне хочет…

— А зачем ей это, она не сказала?

— Она в Академию зельеваров в Стокгольме собралась. Туда без особых заслуг не возьмут. Вот и… — я махнул рукой.

— Раз ей это нужно, она будет стараться. Да и к тому же, она тебе уже помогла, ты можешь отплатить ей тем же, причем еще и выиграть от этого по-крупному. Представь, что будет, если она справится. А профессор Грейнджер может, это ведь “невероятно одаренная и талантливая ведьма”, или как там ее пресса называла, — сказал Алекс.

— А ты зачем меня уговариваешь? — удивился я.

— Потому что ты сомневаешься и боишься. А я твой друг и хочу тебе добра. А это что, не видно без слов?

— Заткнись, Алекс, — беззлобно огрызнулся я. — В смысле, я хотел сказать — извини.

Алекс засмеялся.

— Да ладно. Но, правда, Драко, думаю, ты зря так быстро отказался. Может, еще подумаешь?

— Может быть, — тихо сказал я. — Сменим тему. Ты нашел нам с Дэвидсон остаток нужной информации для эссе?

— Амелия сказала, что сама найдет, а мне нужно сегодня дочитать одолженную у нее книгу по арифмантике и кое-что выписать из нее.

— Тогда иди, а я подумаю над тем, что мне сказать Гре… профессору Грейнджер.

— Если согласишься, я могу помогать с поиском нужной информации. Точного рецепта ведь пока нет? — спросил Алекс.

— Есть только часть. Но я еще не согласился! — сказал я.

— Да-да, я знаю, — он поднялся и пошел к двери. — Подумай еще и о том, что больше времени сможешь проводить с ней, — сказал он и быстро скрылся за дверью.

Я возмущенно открыл рот, но спорить уже было не с кем. Следующие два часа я провел в размышлениях и попытках написать записку для Грейнджер. В конечном итоге, я написал следующее:

Грейнджер!

Я

еще раз обдумал все, что ты сказала. И очень сомневаюсь, что эта затея может оправдать себя. Но ладно. Ты меня уговорила, я буду твоим подопытным кроликом.

Но только если ты позволишь мне участвовать во всем, что касается разработки зелья.

Драко Малфой

P.S. Извини, что кричал вчера.

Уже поздно вечером, когда я собирался ложиться спать, Тинки принес мне ответ от Грейнджер. Я слегка трясущимися руками открыл конверт и прочитал:

Малфой!

Извинения принимаются.

Разумеется, ты будешь знать обо всем, что я делаю, и сможешь поучаствовать во всем лично. Я договорюсь с директором, чтобы тебе позволили иногда приходить в лабораторию даже после отбоя, если будет такая необходимость.

Как только у меня появятся какие-нибудь новости или идеи, я напишу тебе записку, и мы сможем встретиться в кабинете трансфигурации или в лаборатории, которую профессор Слизнорт подготовит для меня завтра.

До скорого.

Г. Г.

Что ж… Теперь, кажется, у меня была надежда на чудо, и ее имя — Гермиона Грейнджер.

========== Глава 8: Встреча ==========

Я проснулся, я снова открыл глаза.

И вдруг понял, что боль не настолько плохо

Ощущать. Только ранит твоя слеза

Мое сердце. И так не хватает вдоха…

…Замолчать.

Утро следующего дня я встретил в удивительно хорошем расположении духа. Особых трудностей и проблем сегодня не предвиделось, а все самое важное я уже решил для себя вчера, так что особо переживать было уже не о чем. Все, что меня тревожило сейчас, это боль в спине из-за интенсивных нагрузок в предыдущие дни и недоделанное эссе по ЗоТИ. Но со спиной должно было справиться обезболивающее зелье, которое я выпил, а эссе вместе с Дэвидсон мы собирались дописать уже днем в библиотеке.

По дороге в Большой Зал, куда я направлялся специально, чтобы рассказать Алексу о своем решении, я встретил, а точнее, мне попросту снова загородила путь все та же четверка, которая настоятельно просила меня убраться из Хогвартса в первый день учебы. Два брата из Гриффиндора стояли в центре, а еще двое — один гриффиндорец и худой студент Пуффендуя — по краям, скрестив руки на груди. Старший из братьев заговорил первым:

— Почему ты до сих пор здесь? Мерзкий Пожиратель Смерти, мы же сказали тебе убраться отсюда.

— Кто вы такие, чтобы я вас слушался? — хорошего настроения как ни бывало.

— Мы — победители, — гордо заявил самый мелкий.

Я только фыркнул.

— Ты еще и смеешься? — возмутился третий парень со светлыми волосами, промолчавший в наш прошлый “разговор”. — Высокомерный гад.

— Давайте уже накажем его, как задумали, и пойдем отсюда, вдруг кто увидит, — сказал пуффендуец.

Они направили на меня палочки, и я понял, что с четырьмя я точно не справлюсь, пусть я и был значительно старше них, но сила явно была на их стороне.