Рискни
Шрифт:
— Извините, но я не думаю, что это должно подождать, — сказала Мюриэл, ее взгляд переместился на пол, где сидела Элиза Коули, отвернувшись от остальной группы, затем снова глядя на преподобного Фарнли.
— О, ну что ж, тогда дай мне секунду, и мы увидимся в ризнице. — Он встал, затем поманил Венди, одну из других помощниц воскресной школы, подойти и сменить его. Он направился в ризницу.
— В чем дело, Мюриэл?
— Ну, как вы… знаете… — Мюриэл бросила на него понимающий взгляд, — …что-то не совсем в порядке с маленькой Элизой
— Понимаю. Что же тебя сейчас беспокоит?
— Это очень деликатный вопрос, которого мы касались раньше. Это не то, что можно еще игнорировать.
— Продолжай, Мюриэл. Однако мне понадобятся полные факты. — Он поднял брови.
— Она странный ребенок…
— Странных детей не бывает, Мюриэл. Только проблемные.
Мюриэл нетерпеливо покачала головой.
— Да, ну, тогда встревоженный. В любом случае, я следила за ее поведением: то, как она не взаимодействует или не может взаимодействовать с другими детьми своего возраста, то, что она говорит, то, с чем она играет… и это вызывает у меня наибольшее беспокойство, то, как она играет с вещами… это ненормально.
— Ты разговаривала с Элизой после нашего последнего разговора?
— Вы имеете в виду, задавала ли я прямые вопросы о ее домашней жизни?
— Я имею в виду, ты вообще спрашивала ее о чем-нибудь по этому поводу?
— Да, конечно.
Преподобный Фарнли переступил с ноги на ногу; его лицо стало серьезным.
— И?
— Думаю, что это жестокое обращение, преподобный, — прошептала она.
Преподобный Фарнли отступил на шаг, его лицо побледнело.
— Верно, я понимаю. Это обвинение не может быть выдвинуто легкомысленно, Мюриэл, и не без доказательств. Я думал, мы уже говорили об этом.
— Я думаю, что есть доказательства. Мне просто нужна ваша помощь, чтобы убедиться, что она в безопасности.
— Я не уверен, что понимаю.
— Все знают, что Билли Коули не получит награду «отец года», и ни одному ребенку никогда не разрешалось пойти и поиграть после школы с Элизой. Он держит ее при себе… я удивлена, что он позволяет ей ходить в воскресную школу, но потом я думаю, что это было благодаря вашей поддержке, не так ли?
— Да, я действительно немало потрудился, чтобы включить ее в список, — сказал он, проводя пальцами по краю своего гладкого подбородка.
— На этой девочке синяки…
— Все дети ее возраста получают синяки во время игр, Мюриэл. Само по себе это ничего не значит.
— Синяки на ее запястьях, как будто она была связана.
— Я беспокоюсь, что мы здесь делаем поспешные выводы.
— Я спросила ее ранее о том, почему она отрывает головы и конечности от своих кукол. И знаете, что она сказала?
— Продолжай.
— Она сказала, что ей становится легче, если куклы тоже страдают. Она не чувствует себя такой одинокой. Насколько это ужасно?
— Я согласен, что это очень тревожно. Нам следует повнимательнее
— Нет. Мы должны сделать больше, чем это. Мы должны убедиться, что он не сможет причинить ей вред.
— Как?
— Мы уже все спланировали, и я смогла кое-что привести в действие… но мне понадобится ваша помощь для следующего этапа, преподобный.
— Я не уверен, что это хорошая идея для меня — ввязываться в это, Мюриэл.
— О, я думаю наоборот, преподобный.
Мюриэл уставилась на его лицо, на беспокойство, запечатленное в его чертах.
— Садитесь, преподобный. Нам нужно обсудить это сейчас.
Глава 34
Анна
2019
Воскресенье, 14 июля
Три женщины сидели за обеденным столом, выпивая уже по второй чашке кофе.
— Что мы собираемся с этим делать? — спросила Тина.
— У нас нет доказательств, что это он. Не в данный момент. Может быть, нам нужно поймать его с поличным? — сказала Анна.
— Тебе не кажется, что это может быть слишком рискованно? — Внимание Мюриэл, казалось, было поглощено ее кружкой кофе.
— Мама, я знаю, ты хочешь, чтобы это просто прошло, но если тетя Тина права, Билли Коули жаждет мести. Не думаю, что он остановится на нескольких окровавленных кукольных частях. Это только начало. Он будет над чем-то работать. Мы должны сообщить в полицию. В худшем случае, мы правы… но тогда они снова посадят его.
— А если мы ошибаемся?
— Тогда мы можем попытаться найти маленьких засранцев, которые это делали.
— Если мы ошибаемся, Анна, он рассердится на нас за то, что мы его впутали, и это действительно может заставить его сделать что-то против нас.
— Вы все еще проводите ежемесячные собрания в Мейплдоне? — спросила Анна.
Мюриэл и Тина обменялись странными взглядами.
— Они были… ну, так сказать, расформированы.
— Может быть, сейчас самое время собрать группу заново. Это затрагивает всех, не так ли? Все должны собраться вместе.
— Я не уверена, — сказала Тина, опуская взгляд. — Это снова будет похоже на охоту на человека.
— Как ты относишься к тому, что человек, убивший твою дочь, на свободе, Тина? Свободен снова терроризировать это сообщество.
Тина вскинула голову, ее сердитый взгляд остановился на Анне.
— Это несправедливо. Ты не знала обо всем, что происходило… ты была слишком молода. Потом, когда ты стала достаточно взрослой, чтобы понять, ты свалила и больше не возвращалась. Ну, до двух дней назад. Не начинай сейчас бросаться всем своим весом. К тебе это не имеет никакого отношения.
— Не тогда, когда он угрожает моей матери!