Ритер

Шидловский Дмитрий

– Но зачем?

– Видимо, ему нужна была рабыня. – Симе смотрела теперь в сторону. – Он нанял нас с бабушкой обучать ее танцам. Наверное, хочет продать на торгах на Велесовых празднествах. Ладно, отдыхай, ученик массажиста. Приятного тебе пребывания в нашем доме. А мне пора.

Она резко поднялась и направилась к дому.

– Симе, – окликнул ее Антон. – Куда ты?

Но девушка, не останавливаясь, покинула двор.

В этот день все происходило очень медленно. Сид, как назло, очень долго не выходил из покоев Аине. Путь в порт показался Антону страшно длинным, а

лодочник словно нарочно греб, как будто засыпал. И вот сейчас, сидя за столом в каморке Сида, катая в пальцах распроклятые камешки и ожидая, пока на чертовски медленном огне не вскипит осточертевшая похлебка, Антон думал, что если бы он не оставил здесь меч, то наверное и не вернулся бы сюда сегодня. После ухода Симе он расспросил слуг и узнал, где находится дом купца Леодра. Теперь оставалось только наняться к нему в дружину, разыскать Таню, похитить ее и добраться до лагеря Рыбникова. Случай совершенно внезапно указал Антону, где находится похищенная девушка, но, вместе с тем, задал и непростую задачу.

То, как говорила с Антоном Симе, то, как она вела себя, наводило на мысль, что Антон девушке очень понравился. Да и Антону – уж что греха таить – образ Симе глубоко запал в сердце и будоражил самые смелые фантазии и надежды. Какой-то чертик на периферии сознания шептал ему: «Да брось ты эту Таньку. Что она тебе? Сколько лет тебя за нос водила. Таня не любит тебя, это же ясно. Займись Симе. Ведь она тебе безумно понравилась. Ты влюбился в нее, признайся. Иди к ней и увидишь, как быстро падет эта крепость». Усилием воли Антон отгонял гадкого советчика, но тот тут же появлялся снова и продолжал твердить свое.

В конце концов, Антон мысленно прикрикнул на провокатора: «Знаю и без тебя. Но Таня в беде, и я должен спасти ее. При чем здесь мои предпочтения?! Прежде всего, я должен выполнить свой долг, а потом уже думать о любви».

Чертик развел руками и исчез, но тут же Антон вздрогнул от голоса Сида:

– И что у тебя за долг?

Антон мысленно выругал себя за то, что, забывшись, прошептал последнюю фразу. Ведь у Сида был чрезвычайно острый слух, в чем парень неоднократно убеждался.

– Это я так, про себя, – пробурчал он.

– Это ты все про девицу, которую ты пришел спасать? – огорошил его Сид.

Антон чуть не подпрыгнул от изумления.

– Как вы узнали?

– Мудрено понять, – хихикнул Сид. – Что я, мастер великой тайны, людей не знаю? Ты совсем не такой, чтобы сбегать от ритера ради золотой гривны в месяц. Ты живешь высокими идеалами. Когда ты сказал, что был учеником благородного Никиты, и я вспомнил, что у Никиты похитили ученицу, то сразу понял, зачем ты сюда явился.

Антон поджал губы и ничего не ответил.

– Ну что пыхтишь, как бык на подъеме? – окликнул его Сид. – Трещотка-то небось тебе уже все растрепала?

– Какая трещотка? – не понял Антон.

– Какая? – ерничал Сид. – Та самая. Симе. Сказала ведь, где Татьяна?

Антон затаил дыхание.

– Да, сказала.

– И ты решил переть напролом? О девушке бы подумал.

– Я ее спасать и собираюсь.

– Я о Симе, дурак. Состоятельная наследница благородной госпожи забирает поднос у служанки, чтобы самой подать фрукты и вино поводырю какого-то массажиста. Тебе это ни о чем не говорит?

– О чем мне это должно говорить? – недовольно

проворчал Антон.

– А мне это говорит, – хихикнул своим противным смешком Сид, – что достойный Антон приглянулся достойной Симе. А еще то, что такой случай у достойного Антона в жизни может больше не повториться. И после того, как такая красавица и, поверь старику, умница снизошла до глупого Антона, дурак Антон хочет пойти и покончить жизнь самоубийством. Хорошо ли это? Если Антону на себя плевать, зачем он хочет огорчить достойную Симе?

– Какое самоубийство? – Антон был совершенно выбит из седла.

– Я, конечно, понимаю, ты думаешь, что спасти Таню – это твой долг. Но ведь если ты погибнешь и ее не спасешь, пользы от этого не будет ни Тане, ни тебе, ни Симе.

– Да с чего ты взял, что я погибну?! – взвился Антон.

Неожиданно маленький камушек пулей вылетел из пальцев Сида и ударил прямо в лоб Антону. Парень вскрикнул и схватился за то место, где вскоре должна была вырасти шишка.

– Ну что, в лоб? – хихикнул Сид.

– Да. Зачем ты это сделал?!

– Чтобы ты понял кое-что. Как ты думаешь, почему я попал?

– Ты ориентировался по голосу.

– Тогда я мог попасть и в глаз. А мне этого не хотелось. Полуслепой поводырь – это даже не смешно. Время и направление мне подсказала великая тайна. Ты этого не понимаешь, но поверь, мы, мастера, в таких вещах не ошибаемся. Я, конечно, понимаю, что ты не будешь врываться в дом Леодра с обнаженным мечом. Я знаю, что ты попробуешь наняться к нему в охрану. Но великая тайна подсказывает мне, что ты не сможешь ее спасти. Может, тебе и сопутствовал бы успех, но есть одно препятствие: ты не ритер.

– Они тоже не ритеры, – буркнул Антон.

– Верно. Но охранников в доме Леодра много, и у них острые мечи.

– Но я же не могу ничего не делать! – вскричал Антон.

– Почему? Завтра пойдешь к Симе, подаришь ей цветы, сходите на представление циркачей.

– Я не брошу Татьяну, – решительно заявил Антон.

– Она не твоя женщина, – покачал головой Сид. – Когда-то ты был неудачником. Для таких людей свойственно выбирать себе недостижимый объект обожания и страдать, глядя на него. Когда есть одна большая неудача, не столь позорная, легче переносятся неудачи мелкие и досадные. Ты всегда знал, что Татьяна тебе не достанется. Но пока ты страдал от недоступности Татьяны, тебе было легче не замечать, что у тебя не клеится жизнь. Что тебя не привечают вышестоящие. Что на тебя не обращают внимания другие женщины, потому что ты не богат и не знатен. Что твои принципы не позволяют тебе жить богато, а богато жить хочется. Что ничтожества добиваются значительно большего, чем ты. Все это было не так обидно на фоне неразделенной любви к прекрасной даме. Можешь даже не отвечать. Я знаю, что это так.

– Это не так! – вскрикнул Антон.

– Сейчас да, – неожиданно согласился Сид. – Что-то произошло с тобой, и совсем недавно. Что-то, что заставило тебя начать изменяться. Может быть, ты выиграл бой, который заставил тебя поверить в собственные силы. Может, еще что. Но я чувствую, как ты меняешься. Но я чувствую и то, что ты тащишь за собой все камни из прошлого. И выдуманную любовь к Татьяне в том числе. На самом деле ты ее придумал. Признайся себе в этом.

Антон отчаянно замотал головой.