Ритм сердца
Шрифт:
– Очнулся? – раздался глухой голос откуда-то из темноты.
Ещё секунда и неверный свет свечей осветил молодого мужчину лет 30-ти одетого в дорогой деловой костюм и при галстуке. Этот мужчина как-то странно не гармонировал с окружающей его обстановкой. Вдобавок в руках он держал старинную серебряную чашу инкрустированную камнями. В чаше что-то темнело. И от этого Наруи почему-то стало ещё хуже.
– Господин Орэми, – прохрипел парень и закашлял.
– Он самый, – вежливо улыбнулся тот. – Рад нашему знакомству, Наруи Юджа.
– Извините,
– Смелый мальчик, – усмехнулся Орэми. – Смелый, но глупый. Был бы умным, не начал бы писать статью.
Орэми со стуком поставил чашу на каменный постамент за спиной.
– Хорошая, кстати, статья получилась. Качественная. Иногда просто поражаюсь вашему брату. И где вы умудряетесь доставать информацию? Всё написано верно, пожалуй, кроме одного. В ней сказано, что глава «Кьюст» подозревается в косвенной связи с джастарханцами. Спешу поправить: связь не косвенная, а самая, что ни на есть прямая и непосредственная. Ведь предводителем секты является никто иной, как ваш покорный слуга, – Орэми улыбнулся и чуть наклонил голову.
– Демонопоклонники… – прошептал Наруи. – Невидимые руки, которых боится даже столичная мафия… А это, стало быть, зал ваших сборищ?
– Ты догадлив.
Орэми подошёл совсем близко и навис над Наруи.
– И очень мил, – прошептал он, прикасаясь пальцами к щеке парня. – Будет жаль убивать тебя.
Наруи судорожно сглотнул.
– Поначалу это не входило в мои планы, – продолжал шептать господин Орэми. – Запугать какого-то журналиста – не проблема. Но прошлой ночью мне приснился сон. И знаешь, что мне снилось?
Орэми улыбнулся и приподнял лицо Наруи за подбородок.
– Мне снилось это: зал жертвоприношений, свечи и ты, привязанный к столбу. И я понял – Джастархан требует жертву. Я не мог отказать Ему в этом.
– Жертво… приношение? – беззвучно произнёс Наруи.
– Жертвоприношение, – повторил господин Орэми и облизал губы. – Ты должен гордиться этим, Наруи Юджа. Ты будешь принесён в жертву Великому Джастархану. Песчаный Убийца возьмёт твою кровь и душу. Это честь – умереть вот так.
Наруи вжался в стену. Холодный камень обжигал кожу, но это было ничто по сравнению с безумным огнём фанатизма, что горел в глазах Шаха.
– Обряд уже почти завершён. Все нужные заклинания прочитаны, Чаша Подношений наполнена твоей кровью. Осталось лишь изнасиловать тебя и убить. И этим я решил заняться лично.
Сильные пальцы пробежались по смуглой шее и добрались до груди. Наруи отвернулся, но Орэми, взяв его лицо за подбородок, резко развернул к себе.
– Я хочу узнать, какой ты, – прошептал он ему на ухо. – Хочу узнать тебя, дерзкий мальчишка. А ещё я хочу услышать историю о том, как ты убил моих псов.
– Какой резон мне тебе об этом рассказывать, если ты всё равно убьёшь меня? – выкрикнул парень.
– Ты не прав, – улыбнулся Орэми. – Резон есть. Ведь именно я решаю, «как» и «как долго» ты будешь умирать. Но ты передумаешь, я уверен. Ведь у нас с тобой ещё так много времени.
Руки
– Кто здесь? – крикнул Орэми. – Я же велел никому не заходить!
– Как ты посмел?
Тихий, ледяной голос медленно разлился по залу, заполнил собой всё пространство и потопил его в себе. Крохотные огоньки свечей задрожали и начали гаснуть один за другим, уступая натиску сгущающейся тьмы. И в этой вязкой, почти осязаемой тьме материализовался демон. Это был именно демон, потому что только у демона могли быть такие глаза – бездонная адская пропасть, полыхающая чёрным огнём.
– Как ты посмел прикоснуться к нему? – произнёс демон, и Орэми дёрнулся от внезапно пронзившей его боли. – Он мой. Только мой! Ты, ничтожество! Ты умрёшь. Медленно. Очень медленно.
Каждое слово как удар. Короткий и беспощадный. Орэми согнулся пополам и рухнул на пол. Наруи с ужасом смотрел на то, как корчится в судорогах тело Шаха, как кривится в безмолвном крике рот, рождая на свет только хриплый стон смешанный с кровью, как неестественно выгибаются суставы.
– Прекрати! – услышал Наруи свой собственный голос. – Остановись… – и уже почти шёпотом, – Пожалуйста…
Взгляд демона обжёг его. Парень вздрогнул от почти физического его прикосновения. А в следующую секунду демон уже стоял возле Наруи.
– Ты заступаешься за него? – спросил белокурый демон. – Зачем? Ведь он хотел убить тебя.
Парень ничего не ответил. Он как завороженный смотрел на чашу в руках демона. О том, что именно было в ней налито, Наруи старался не думать. Демон проследил его взгляд и улыбнулся.
– Твоё здоровье, милый, – прошептал он и залпом осушил бокал.
Что-то изменилось. Наруи показалось, что воздух на секунду ожил, закричал, а потом умер, осыпавшись на пол мелким бисером. Дышать стало нечем. Смотреть тоже. И парень закрыл глаза. А когда открыл их, то понял, что всё вернулось на свои места: и воздух, и зрение, и боль в груди, и Орэми, и демон. Он стоял совсем рядом, пожирая Наруи глазами. И парень понял, что именно изменилось.
И как бы в подтверждении его мыслей демон коснулся ладонью его щеки, прошёлся пальцами по лицу, шее, плечам. Наруи вжался в камень когда тонкие пальцы демона принялись ласкать его грудь.
– Перестань… – прошептал Наруи. – Пожалуйста…
– Ты что-то сказал, милый? – язык демона коснулся шеи парня и прочертил влажную полоску. Руки его заскользили вниз.
– Нн… не надо… – тихо выдохнул Наруи.
Но демон лишь улыбнулся и, поцеловав ещё раз его шею, сорвал с Наруи единственное, что не нём было – мятую белую тряпку, опоясывающую бёдра.
– Совершенно лишнее, – усмехнулся демон, лаская взглядом тело юноши. – Так гораздо лучше.
Наруи застонал, когда демон обнял его и прижал к себе.
– Ты мой. Мой… – шептал демон, лаская его, целуя лицо и губы.
Наруи закрыл глаза не в силах сопротивляться властным и одновременно нежным ласкам демона. Тёплая бархатная тьма обволакивала сознание, погружая разум в сон. И ей он тоже не мог сопротивляться. Последнее, что он запомнил, это поцелуй демона, глубокий и до безумия нежный.