Ритм

Погуляй Юрий Александрович

Армия идет к Кранине...

– Левой! Левой! Раз! Два! Три!

Мимо проплывают чудеса. Остаются за спиной яркие краски. Сейчас они не нужны. Ничего не нужно! Над головами смыкаются своды Чудесного

Леса...

– Левой! Левой! Ле...

Сержант изумленно замолкает, и тут же весь отряд сбивается.

– Твою мать!

– Что за бред?

– Это Чудесный лес?!

Сержант смотрит на соседние отряды, но и там офицеры растерянно озираются по сторонам.

– Мужики, а ведь красиво-то как!
– неожиданно раздается чей-то голос. И именно он погружает мир в тишину. Солдаты с восхищением оглядывают явившуюся им красу. Ритм захлебывается в пении птиц.

– Знаете, что я слышал?
– говорит кто-то.
– В Чудесный Лес попадают только те, кому нет места среди живых. Те, кто своим уходом радуют весь мир. Вроде проклятых...

Ему не отвечают, хотя каждый слышал эту легенду. Здесь находят приют сказки, как плохие, так и хорошие. Но ему не отвечают, потому что боятся нарушить царящую вокруг гармонию.

– Видать, король от нас избавиться решил, сволочь! Мира захотел? Ничего, когда соседние

королевства на него позарятся - пожалеет. Но как же нас Хозяева Леса пропустили? Неужели он и с ними договорился?
– продолжает неизвестный знаток. Его затыкают шиканьем и сдержанной бранью.

– Нас предали, браты!
– не унимается тот. Слышны глухие удары, и человеческий голос более не оскверняет симфонию Чудесного Леса.

– Мужики! Слышите?
– раздается тревожный вопрос одного из солдат. Мужики слышат. Это чужой ритм рвет красу мира. Льдом пустоты взрезает картину чуда. И вдруг навсегда смолкает, окончательно побежденный тишиной.

– Братцы, - шепчет один из фланговых бойцов. Взгляд его прикован к перелеску. Там стоят воины, закованные в рыжую броню Огненного Королевства... А неподалеку от них в изумлении замерли латники со знаменами Тихих Земель...

– Что это значит?
– спрашивает кто-то из солдат.

Все знают ответ на этот вопрос, но никто не хочет его озвучить. Неприятно осознать, что мир в тебе больше не нуждается. Неприятно...

– Но как же тут красиво, мужики...
– продолжает восхищаться кто-то из воинов.