Ритуал

Тессье Шантель

— Хорошо, — он прочищает горло. — Ты уверена, что все в порядке?

— Да, — отвечаю я.

— Я могу дать его тебе к завтрашнему вечеру.

Это не сработает.

— Может, сегодня вечером? — он молчит. — Просто мы уже собрались, и я бы хотела первым делом с утра оказаться на пляже…

— Конечно, милая. Я распоряжусь, чтобы его заправили и отправили в твою сторону.

Я расслабляю плечи и выдыхаю.

— Спасибо, папа, — я вешаю трубку и даже не пытаюсь искать камеры. Вместо этого полностью игнорирую Раята. Я знаю, что он наблюдает за мной, но он меня

не слышит. У него нет аудио, насколько я знаю. А даже если бы и было, это не скажет ему о том, куда я направляюсь.

ГЛАВА 32

РАЯТ

Я сижу в своей машине и наблюдаю за ней через лобовое стекло. Как в старые добрые времена. Когда я следил за ней все эти две недели. До того, как я хотел, чтобы она знала, что она будет моей.

Блейкли выходит из машины, одетая в белый сарафан с короткими рукавами, темно-фиолетовые туфли на каблуках и черный зонтик, защищающий ее от непрекращающегося дождя, пока мужчина достает из багажника три ее сумки.

Интересно.

Блейкли думает, что я не найду ее. Я мог бы сэкономить ей время и проблемы с упаковкой, потому что она не наденет ни одной чертовой вещи, пока мы будем в отъезде. Ну, кроме наручников и, возможно, повязки на глаза.

Она поднимается по трапу, чтобы сесть в частный самолет своего отца, а я беру сумку с пассажирского сиденья, прежде чем выйти из машины. Перекинув ее через плечо, прохожу в самолет, стряхивая с себя дождь, который накрыл меня, и осматриваюсь. У ее отца есть частный двухэтажный самолет, в котором могут разместиться до пятидесяти человек. В нем белый ковер, белые кожаные сиденья, коричневое дерево и золотая отделка — он выглядит на все миллионы долларов, в которые он ему обошелся.

— О, здравствуйте, сэр, — белокурая стюардесса, которая не может быть старше двадцати одного года, приветствует меня с улыбкой. Ее карие глаза оглядывают меня с ног до головы. — Я не знала, что у нас есть еще один гость. Не хотите ли полотенце, чтобы обсохнуть?

— Где она? — спрашиваю я, игнорируя ее и переходя к делу.

— В задней комнате, сэр, — отвечает она, ее взгляд падает на мой вялый член в джинсах.

— Спроси ее, не хочет ли она шампанского, — приказываю я.

Она кивает и идет в заднюю часть самолета, открывая дверь. Я слышу, как блондинка спрашивает:

— Не хотите ли выпить перед полетом, мэм? У нас есть немного шампанского.

— Да, пожалуйста, — я слышу приятный голос Блейк. Почти как в песне. Она очень гордится собой. Не могу дождаться, когда увижу выражение ее лица, когда она увидит меня.

— Конечно, — она закрывает дверь и возвращается ко мне.

Я открываю бутылку шампанского и наливаю его в фужер. Затем достаю из кармана прозрачный пузырек и выливаю все содержимое в напиток. Взяв нож, перемешиваю его, а затем вытираю о свои уже мокрые джинсы. Подняв фужер, протягиваю его блондинке.

Она смотрит на меня широко раскрытыми глазами. Ее взгляд опускается к фужеру, и она нервно глотает, проводя руками по своей обтягивающей черной юбке-карандаш.

— Проблемы? — спрашиваю я.

— Нет, — она качает головой. — Нет, сэр. — Протянув руку, она берет его из моей руки

и возвращается в спальню. Оставляя дверь открытой, я слышу их обмен. — Вот, пожалуйста, мисс Андерсон.

— Спасибо.

— Всегда рада, — она закрывает дверь и возвращается ко мне, нервно заправляя воображаемый клок волос за ухо.

— Ты уволена, — говорю я ей.

— Что? — ее широко раскрытые глаза встречаются с моими. — Но…

— Забирай свои вещи и убирайся с этого самолета, — я наклоняюсь к ней и слышу, как она резко вдыхает. — Или я выброшу тебя на высоте пятидесяти тысяч футов.

Отстранившись, она хватает сумочку и выбегает из самолета до того, как закрывается дверь.

Я достаю свой мобильный из заднего кармана и отправляю сообщение Филу.

Я: Я только что уволил твою стюардессу. Я найму кого-нибудь другого, кто лучше справится со своей работой. И кстати, вот новые координаты, которые нужно передать твоему пилоту. Мы с Ганнером срываем поездку девочек.

Затем выключаю его, прежде чем снова убрать в карман. Эта блондинистая шалава понятия не имеет, кто я такой, но она видела, как я подсыпал в напиток Блейк наркотик, а затем подал его ей. Все, что она поняла, это то, что я везу ее в другую страну и продаю в сексуальное рабство за один гребаный доллар или миллион долларов.

Это был тест, и она его провалила.

Одна из вещей, которые я усвоил как Лорд: если дать кому-то достаточно веревки, он всегда повесится сам.

Я добираюсь до задней части комнаты. Повернув ручку, медленно открываю дверь, чтобы убедиться, что она не заметит меня сразу.

Блейкли стоит у края кровати, придвинутой к правой стене. Слева — письменный стол, а рядом с ним — дверь в ванную комнату. Она стоит спиной ко мне, роясь в черно-белой сумке Диор. Я бросаю взгляд на пустой фужер из-под шампанского на столе.

— Нам нужно поговорить о том, что ты берешь напитки у незнакомцев.

Блейк подпрыгивает, крутится вокруг себя, и от этого действия ее платье взлетает вверх, демонстрируя мне в процессе свой зад. Положив руку на грудь, она задыхается.

— Господи, Раят! Какого хрена ты здесь делаешь? — ее голубые глаза сканируют большое пространство, как будто я пришел не один. — Как ты меня нашел?

Войдя в комнату, я закрываю за собой дверь и прислоняюсь к ней, блокируя ее единственный выход. Даже если она будет без сознания через несколько минут.

— Знаешь, мне обидно, как мало ты мне доверяешь.

Она фыркает.

— Пожалуйста… — шагнув вперед, она спотыкается, но восстанавливает равновесие. Ее взгляд устремлен на меня.

— Чувствуешь себя хорошо? — спрашиваю я, не проявляя ни малейшего беспокойства.

Ее рука тянется к голове, и мой взгляд падает на ее голые ноги.

— Я полагаю, что ты надела это платье для меня. Поскольку я никогда бы не позволил тебе выйти в нем из дома, — оно низко опускается спереди, показывая мне ее круглые идеальные сиськи. Я просто хочу стянуть его и пососать их. Пометить их отпечатками своих рук. Она любит, когда я их шлепаю. Блейкли становится такой мокрой. Еще одна причина, по которой его нужно сжечь.