Шрифт:
========== Пролог ==========
— Джеймс, прошу тебя, уедем отсюда, — молодая рыжеволосая женщина сложила руки в умоляющем жесте, обращаясь к мужу.
— Хватит, Лили, мы все это обсуждали много раз, — темноволосый мужчина отложил в сторону газету и посмотрел на жену поверх очков. – Мы остаемся здесь.
— Но речь идет о жизни нашего сына, да и о наших жизнях, если на то пошло, — в голосе женщины прозвучали нотки отчаяния.
— Лили, неужели ты думаешь, что если мы уедем, то что-то изменится, и этот монстр прекратит нас искать?
— Возможно,
— Сомневаюсь, что моральный аспект его остановит. В Пророчестве же ясно сказано, что ребенок должен родиться у тех, кто трижды бросал ему вызов…
— Прекрати, — Лили поморщилась. – Ты сам себя слышишь? Да с его самомнением, любой, кто бросит на него косой взгляд, автоматически записывается во враги. А если еще и трижды. Чего мы добились, устраивая эти нелепые вылазки? Смерти братьев Прюэтт? Нашего заточения? Чего? Когда уже до Ордена дойдет, что он слишком силен для нас? Эту проблему может и должен решать Альбус, по крайней мере, он может противостоять Волдеморту на равных, если не превосходит его.
— Как же мне надоело здесь сидеть целыми днями, и ничего не делать, — Джеймс взъерошил волосы, жест, который раньше ей так нравился, а в последние два месяца не вызывал ничего, кроме глухого раздражения. – Это просто невыносимо.
— Это ты невыносим, — прошептала Лили, почувствовав, как на глаза наворачиваются слезы. – Правду говорят, чтобы понять, как сильно ты ненавидишь человека, дай запереть себя с ним в одном помещении на пару недель.
— Что ты сказала? – Джеймс неприязненно посмотрел на жену, которую всего несколько месяцев назад буквально боготворил, а сейчас она его только раздражала своими постоянными претензиями и этими бесконечными просьбами о переезде.
— Ничего, тебе послышалось, — Лили решительно встала и направилась наверх.
После того, как их практически заперли в доме, брак Поттеров дал трещину. И с каждым днем она становилась все больше. Лили не могла понять, почему это происходило, но когда она неделю назад предложила раздельные спальни, и Джеймс ответил согласием, она поняла, что все – это конец.
Заглянув в спальню Гарри и убедившись, что ее сын спокойно спит в своей кроватке, Лили прошла в свою спальню и заперлась в ванной комнате.
— Что с нами не так? – она наклонилась к зеркалу и принялась рассматривать свое отражение. – Казалось, что Джеймса легко любить, а как выяснилось со временем, это легко делать исключительно на расстоянии.
Постояв с минуту в нерешительности, Лили, наконец, приняла решение. Наклонившись, она вытащила из-под раковины старый потрепанный фолиант, который нашла уже давно в лавке в Лютном переулке, куда однажды заглянула, повинуясь любопытству.
Ритуал,
— Я сделала все, что могла, — прошептала молодая женщина. – И если для того, чтобы спасти моего сына, мне потребуется пожертвовать душой, то я готова пойти на это.
Положив фолиант обратно в ящик под раковиной, она вытащила маленький пузырек, наполненный цыплячьей кровью. Поставив его перед зеркалом Лили принялась раздеваться. Когда она осталась абсолютно обнаженной, Лили повернула зеркало таким образом, чтобы в нем отразилась вся ее обнаженная фигурка. Обмакнув палец в кровь, она принялась выводить руны на груди и животе, одновременно с этим произнося слова заклятья.
Это был очень старый ритуал, и даже составитель книги уже не помнил, что же должно было произойти, но Лили находилась на той границе отчаянья, что решила воспользоваться этим единственным на ее взгляд шансом, понадеявшись на одно-единственное слово «Защитник».
*
Волдеморт вошел в дом Поттеров в день, когда остальные маги праздновали Хэллоуин. А вот Поттеры ничего не праздновали, отметил про себя темный Лорд.
Бросившегося на него мужчину, в руках которого не было даже палочки, он убил сразу. Затем перешагнув через мертвое тело, Волдеморт поднялся наверх.
— Только не Гарри, умоляю вас, только не Гарри! – Темный маг поморщился.
Он обещал сохранить жизнь этой куклы своему верному слуге, но она стояла на пути к его цели. Ничего, он загладит свою вину перед Северусом. На этом свете много рыжеволосых женщин, и он подарит любую из них ему, полностью покорную и выполняющую любую прихоть своего господина. Но не эту. Эту необходимо убрать, чтобы она прекратила отвлекать его своими воплями.
— Авада Кедавра, — равнодушно посмотрев, как падает к его ногам тело молодой красивой женщины, Волдеморт уже хотел перешагнуть через неподвижно лежащее тело, когда его грудь пронзила острая боль.
Едва выровняв дыхание, Темный Лорд оглянулся. В комнате, кроме него самого, тела Лили Поттер и хныкающего в кроватке Гарри, никого не было.
Боль же тем временем стала из груди перемещаться вверх, пока не застыла в районе левого виска, став ноющей и тупой. Потерев висок пальцами, Темный маг решил не обращать пока на нее внимание. Ему необходимо было закончить то, зачем он сюда пришел. Шагнув к кроватке, Волдеморт поднял палочку и указал ею на ребенка.
— Авада…
— Не смей трогать моего сына, подонок! – висок обожгло такой острой болью, что перед глазами Волдеморта заплясали разноцветные круги. Громкий женский голос, раздающийся прямо в голове, усиливал неприятные ощущения.