Ривер Уайлд
Шрифт:
«— Я... я больше н-не хочу играть в эту игру, — прошептал я. — Н-не думаю, что она м-мне нравится.
— Ты знаешь, что случается с маленькими мальчиками, которые нарушают свои обещания, Ривер?
Я отрицательно покачал головой.
— Они попадают в тюрьму и никогда больше не видят своих мам.
— Я не хочу в тюрьму!
— Не посажу, пока ты будешь делать то, что я тебе говорю. Ты сделаешь в точности так, как скажет тебе папочка, Ривер?
Я уставился в пол. Волосы упали мне на глаза. Они промокли от моих слез.
— Да, сэр, — прошептал я».
— Что случится, Ривер?
Заставляю себя посмотреть ему в глаза.
— Я сяду в тюрьму. И никогда больше не увижу маму. Она останется с тобой, и тогда ты причинишь ей боль.
Он улыбается. От этого я ненавижу его еще сильнее.
— Ты этого хочешь? Хочешь, чтобы я причинил боль твоей маме, Ривер?
Делаю глубокий вдох.
— Нет, сэр.
— Я так и думал.
Он проводит пальцами по моей щеке. Я стискиваю зубы.
— А теперь я пойду и сяду за стол. Ты принесешь мне из холодильника пиво. Когда я закончу пить, мы начнем играть. Понял?
— Да.
Я поворачиваюсь и иду к холодильнику. Трясущейся рукой открываю дверцу. Я сжимаю ее, чтобы остановить дрожь. Затем лезу внутрь и достаю с верхней полки пиво. Открутив крышку, бросаю ее в мусорное ведро, пытаясь продлить неизбежное.
Когда я оборачиваюсь, то снова вижу его пистолет.
Он лежит там, на столе.
Я смотрю на него. Он сидит за столом на моем стуле.
Моем стуле.
Он выдвинул его из-под стола и развернул лицом ко мне.
А еще он снял штаны. На нем только рубашка.
Мои внутренности сжимаются.
Бутылка в руке дрожит.
Я снова перевожу взгляд на пистолет на столе.
— Чего ты ждешь, парень? — рявкает он. — Иди сюда.
«— Ривер, иди сюда. — Он похлопал рукой по кровати, на которой сидел.
Маминой кровати.
Он никогда раньше не приводил меня сюда играть в свои игры.
Это всегда происходило в моей комнате.
Я не хотел этого делать. Только не здесь.
У меня задрожали руки. Теперь это часто случалось. Особенно по воскресеньям.
Я вжал пальцы в ладони, пока ногти до боли не впились в кожу.
— Сейчас же, Ривер.
Я
Он улыбнулся.
Я еще глубже вонзил ногти в кожу».
— Ривер, больше я повторять не стану! Тащи свою сюда задницу! Сейчас же!
— Нет! — кричу я.
В комнату будто ударила молния.
Никогда раньше я не отказывал ему. Все тело содрогается от страха.
Он встает.
— Нет?
— Я... я...
— Ты смеешь говорить мне «нет», мальчишка?
Я открываю рот, но не могу произнести ни слова. Сердце так быстро бьется. Мне очень страшно. Я впиваюсь ногтями в ладонь свободной руки, пока не чувствую, как рвется кожа.
Мой взгляд устремляется к пистолету на кухонной стойке.
«— Ривер, пора играть, папочка приготовил для нас сегодня совершенно новую игру».
— Я, бл*дь, так не думаю. А теперь тащи сюда свою задницу, парень!
Я сжимаю рукой пивную бутылку. Перевожу взгляд на него.
— Нет, — повторяю я.
Его лицо каменеет. Он склоняет голову набок.
— Правила изменились, Ривер. Еще хоть раз скажешь мне «нет», и я убью твою маму, как только она переступит порог. И вместо того, чтобы отправить тебя в тюрьму… я оставлю тебя здесь, со мной. Здесь, в этом доме, мы будем только вдвоем. И я буду делать с тобой все, что захочу и когда захочу. Только подумай… Я бы мог вставлять в тебя свою дубинку каждый гребаный день, если бы захотел. — Он проводит пальцем по губам, улыбаясь. — Вообще-то, эта идея мне нравится больше... Так что, наверное, я все равно убью твою маму…
— Нет! — кричу я.
Потом пиво оказывается на полу, а его пистолет у меня в руках.
И я направляю его на него.
Его глаза на мгновение расширяются. Потом он смеется.
От этого звука у меня болят уши.
— И что ты собираешься с ним делать, а?
Руки у меня трясутся, как при землетрясении. Пистолет очень тяжелый.
— Я-я...
— Я-я, — передразнивает он. — Что, пацан? Говори. — Он прикладывает ладонь к уху, издеваясь надо мной.
— Я-я... х-хочу, чтобы ты у-ушел! — кричу, поднимая пистолет выше. Руки болят.
Он склоняет голову набок.
— Ушел? Я не уйду, Ривер. Я никогда тебя не покину. Ты мой особенный мальчик. А папочка очень любит своего особенного мальчика.
«— Ты такой хороший, Ривер. Такой особенный. Пора играть в новую игру».
— Прекрати! Перестань! — кричу я. У меня так болит голова. Всё болит. Я просто хочу перестать страдать. — Я просто хочу, чтобы ты перестал! Оставь меня в покое!