Риверстейн
Шрифт:
К тому же я так увлекалась этими выдуманными картинами, что совершенно забывала сосредотачиваться на необходимых ощущениях, и никакой восходящей Силы не чувствовала. А через час такого бестолкового стояния начинала мерзнуть, поджимать руки и ноги, что делать было категорически нельзя и даже чуть приплясывать от холода. Лорд ругался (слов я не понимала, но суть- вполне), заставлял меня бегать по полю, чтобы согреться, укрывал тепловой волной, но когда я согревалась, меня неудержимо начинало клонить в сон.
В общем, толку от этих занятий было мало. Тем более что занимались мы обычно на рассвете, чтобы не привлекать лишнего внимания к моему отсутствию, так что особой радости мне это не доставляло.
А сегодня я и вовсе так отчаянно зевала, что лорд посматривал на меня с сомнением, решая то ли отпустить спать, то ли прибить разом, чтоб уже не мучиться со мной. Я уже была согласна на оба варианта, однако, учитель мне достался настойчивый и, нахмурившись, лорд приступил к уроку.
— Ветряна, соберись! Сосредоточься! Представь себе цветущий луг… тьфу… ну что-нибудь другое! То, что тебе нравится!
Я с удовольствием представила мягкую постель в своей синей комнате, старенькое одеяло и подушку. И как сладко там спиться…
— Не спать! — возмутился лорд. Я широко распахнула глаза и уныло подумало, что ненавижу утро. И почему все норовят лишить меня утреннего сна?
— Еще раз! Сосредоточься! И учти, я от тебя не отстану, пока ты не научишься… хоть чему — нибудь! Поэтому, лучше бы тебе сделать это поскорее, пока мы тут не озверели окончательно! Давай, Ветряна, будь умницей, постарайся!
Я-то старалась, старалась…без толку!
— Ну нет у меня этой самой Силы! — безнадежно простонала я, начиная мерзнуть! — ну, нет ее!
— Будь внимательнее, попробуй представить…
А дальше произошло то, что моментально выдернула меня из дремы, в которую я все норовила соскользнуть.
Ближе к краю «нашей» полянки рос дуб. Величавый, мощный, саженей двадцать пять в высоту, с широко раскинутыми кряжистыми ветвями и темно-серой растрескавшейся корой. Внизу у самых корней его в глубокой тени лежали желуди и опавшие листья, почти не припорошенные снегом, а лишь скованные ледком.
И вот из-под этого самого дуба, из темного сгустка тени, пофыркивая и отряхиваясь, вылез… дракон!
Пресветлая Матерь, да ни в одной книжке с картинками, которую мы читали в детстве, не было изображения, которое хоть чуть-чуть передавало бы потрясающую красоту и мощь этого создания. Длинное гибкое тело покрыто малахитово- зеленной чешуей, только кончик хвоста и грудина отливают рубиновыми бликами и сверкают на зимнем солнце, как драгоценности. По всему телу шипастые наросты, гребнем оканчивающиеся на вытянутой голове. Четыре сильные четырехпалые лапы с когтями и желтые кожистые крылья довершали картину.
Дракон кубарем выкатился
Что-то всколыхнулось во мне и сокрушительно вырвалось вслед за моей ладонью, ударив в грудь лорда Даррелла. Меч, описав в воздухе полукруг, улетел в кусты. Дракон выглядел на редкость удивленным. Выпустив пар, он опустился на землю, обернув хвостом задние лапы. Я же смущенно, кинулась к лорду, поднимающемуся с земли.
— Что за… — высказался он, отряхиваясь, — Ветряна! ты промазала!
— По-моему, она попала, куда целилась, — улыбаясь сказал Арх'аррион, подходя к нам.
— В меня? — изумился Шайдер, — она целилась в меня? но почему?
Я виновато улыбнулась и развела руками.
— Извините… просто, вы маг и с оружием, а дракон… он такой красивый!
— И еще, Ветряна не забыла как ты гонял ее ночью по кладбищу и пугал нежитью, — невинно улыбаясь, сдал меня Арх'аррион.
— Так я же был уверен, что она темная! Я же для дела ее пугал, чтобы она сущность проявила!! — виновато сказал Шойдер.
А я восторженно уставилась на зверя. Дракон мотнул головой и, как собака, почесал голову задней лапой. Я аж запрыгала от восхищения.
— Но если бы этот красивый нас сожрал? — лорд пребывал все еще в шоке от моего предательства, — я тебя защищал, между прочим!
— Нет, не сожрал бы, — уверенно сказала я.
— Это еще почему?
— Ну… во — первых, мне показалось, что есть нас он не собирается, кажется, он вообще… растерян. А во-вторых, судя по тому, что дракона переместил сюда Арх'аррион, он не опасен. Хотя, — я застенчиво опустила глаза, — если честно, мне его просто жалко стало… извините.
Мужчины и дракон во все глаза на меня уставились. Лорд — обиженно, Арх'аррион, серьезно, а дракон скептически.
— Ну знаешь ли, Ветряна! — сказал Шайдер и полез в кусты за своим мечом.
Я пристыжено подняла глаза, боясь смотреть на демона.
— Извините, — на всякий случай снова сказала я и вскинулась, первый раз увидев, как он смеется. Желтый ободок вокруг его зрачка разлился, словно лава, сделав глаза почти золотыми, и смеялся он так заразительно, что я не удержалась и разулыбалась в ответ. Оскорбленный лорд Даррелл попыхтел, пристраивая меч в ножны, но не удержался и тоже ухмыльнулся.