Роголом
Шрифт:
Дин выглядел безумцем, сжимая своими "роголомами" Трону член. Он с легкостью вырвал бы его с корнем... было б весело. Но даже Плохой Дин сохранял толику здравого смысла. Все, что говорил Аякс, было правильно. И все, что говорил сейчас Трон, тоже.
Дин разжал "роголомы" и убрал их. Толстый причиндал Трона остался целым и невредимым. Затем Дин повернулся к Дафне.
- Дин! Дорогой!
– пробормотала она.
– Я люблю тебя. Он лжет! Он-он-он... изнасиловал
Дин ухмыльнулся. И двинулся ей на встречу.
- Нет, дорогой! Пожалуйста! Пожалуйста, не убивай меня!
– Взмолилась она.
Дин продолжал приближаться.
- О, милая, я никогда не сделал бы ничего подобного. Я не собираюсь убивать тебя, я просто... немного потаскаю тебя вокруг...
– Он схватил ее не за волосы, а за лицо, и жестко ударил об стену. Полетела гипсовая пыль. Затем он врезал ей в лицо, двинул ей в живот. И так бесчисленное количество раз. В лицо, в живот, в лицо, в живот. Это продолжалось добрых десять минут. За это время Дафна успела опорожниться и обмочиться. При последнем ударе в челюсть изо рта у нее вылетело несколько зубов. При последнем ударе в живот ее стошнило.
Дафна валялась в углу, ее лицо представляло из себя сплошной синяк. Она не переставая молила о пощаде, но изо рта вырывались лишь кровавые пузыри.
- Я трахнул бы тебя напоследок, но... ты не стоишь энергии, которой нужно, чтобы бросить палку, - сказал он.
– Черт, я бы лучше трахнул ящик лягушек.
Ее мольбы вызвали лишь больше кровавых пузырей. Еще несколько зубов выпало на пол, словно большие белые таблетки.
- Позаботься о себе, сладкая, - сказал он и направился к выходу. Но потом вдруг резко остановился.
– О, я забыл кое-что.
Дафна, едва находившаяся в сознании, вопрошающе подняла глаза.
- Это, - сказал он, и с силой пнул ее напоследок в живот. Желчь и рвота брызнули на стену. Затем он нанес ей дополнительный пинок прямо промеж ног. Как он решил, для разнообразия.
- В добрый путь, - заявил он.
Светясь от облегчения, Дин направился к выходу.
- Пока, - сказал он лысому, голому мужику, который остался лежать на кровати и читать комикс.
– Она вся твоя.
- Спасибо, - ответил Трон.
– Всего хорошего, дружище. И не расстраивайся, у нее уже появился целлюлит, если хочешь знать правду. И растяжки.
Дин радостно выскочил из дома, зачерпывая щепотку жевательного табака и рассеянно сплевывая в кусты. Забравшись в машину, он двинул обратно в аэропорт. Назад к своей жизни, и назад к своей настоящей любви.
Назад, к своему истинному "я".
13
Долгая и счастливая
За день он сжевывал по банке табака.
Аякс с благодарностью принял должность смотрителя усадьбы, в то время как его новая жена, Ширли, продолжала вести хозяйство и с готовностью предлагала себя в качестве живого спермохранилища для неугасающих потребностей Аякса. Ее огромные сиськи раскачивались... повсюду.
Но у Дина тоже была новая жена, Арианна. По их меркам это была чудесная жизнь. Дин получал секс или отсос, когда бы не попросил. Арианна же обрела своего мужчину. И этого ей было вполне достаточно. Теперь, когда Дин был снова с ней, она с легкостью дала своей наркозависимости под зад. Но пагубное пристрастие Арианны - не единственное, что получило под зад.
Арианна тоже крепко получала по заднице. Некоторым женщинам нравится грубое обращение, и эта тощая бродяжка была воплощением этого определения. Конечно, это был женский секрет. Любовь мужчины не была доказана, пока он не продемонстрирует готовность вышибать сопли из женщины, которую любит.
- Где мое пиво, сука?
– Потребовал Дин одним ленивым летним днем, когда солнце стояло высоко, а луга его доходного ранчо переливались под северным ветерком глубоким зеленым цветом. Он смотрел по телевизору игру "Янкиз".
- Твое пиво в гребаном холодильнике, засранец, - ответила она.
– Я тебе кто? Гребаная служанка?
Дин встал и жестко засадил ей в челюсть. Влажный шлепок эхом разнесся по особняку.
Очухавшись, Арианна принесла Дину пиво. Даже открыла его для мужа, затем прижалась к его теплому сильному телу и улыбнулась окровавленными губами.
- Я люблю тебя, детка, - прошептала она и поцеловала его в щеку. Поцелуй оставил кровавый отпечаток.
- Да, да, - ответил он и отхлебнул пива.
– Дай посмотреть игру. Клеменс подает.
Она крепко обняла его и, удобно прислонившись к его мускулистому плечу, задремала.
Нет, жизнь не могла быть более идеальной.
А в захламленной темноте стенного шкафа ржавели старые "роголомы".
Они уже никогда никому не понадобятся.
КОНЕЦ