Рогоносец

Шопперт Андрей Готлибович

– Ладно, мне с Эльвирой в деревню съездить нужно. Вернусь через пару часов. А ты, Гро, собирайся, нужно срочно к шахте ехать. Я еле живой, Вой, вон, ранен, Фарлей, нужно туда – сюда за три дня обернуться. А остальные пусть собираются в Соламн, через неделю смотр, - Бин с трудом поднялся с лавки.

– Куда ты с таким плечом, - шикнул на него Гро, - Давай я с Эльвирой съезжу.

– Я, что, тихо сказал! – проявил твёрдость по понятным причинам будущий граф, - Через три часа вернусь.

Эльвира обнаружилась у Марты в пристройке, две молодые девушки (хм, «молодые, хм, «девушки»)

оживлённо обсуждали современную моду, понятно по чьей инициативе, у Марты её васильковые глаза прямо светились.

– Радость моя, - решительно остановил это рогоносец, - у тебя пять минут на сборы, едем в деревню за обновками.

Эльвира сначала не поняла, что Бин обращается к ней, она поперхнулась рассказом о рюшках и выпучила глаза на Марту.

– Ах, ты, змея, - у неё задёргался правый глаз, явный признак будущего приступа бешенства, - Я …

– Эльвира, собирайся, поедем в деревню к кузнецу, - Бин улыбнулся, покачал головой и вышел на воздух, чуть не столкнувшись с Бруно.

– Стоп, - Сам себе сказал Биновер и поймал широкоплечего молодца за маловатую тому куртёжку, - Ты ведь чаще остальных в нашей деревне бываешь. Есть там такие же ветераны как вы, ну, может похуже, - Исправился Бин, видя, как скривился бывший телохранитель Вилинга старшего.

– Три, - Бруно сверху вниз глянул подозрительно на Бина, - А воды-то хватит.

– Хорошие бойцы? – проигнорировал жадность будущий граф.

– Один без ноги, один слепой, Ксан только более менее цел, но ему уже сто лет, наверное, только о Хуме может говорить.

– Что на всю деревню только три бывших солдата? – не поверил Биновер.

– Ты спросил о бойцах, пехота есть, но я один с ротой таких справлюсь, зачем воду тратить.

– Поехали с нами в деревню, мне в кузницу надо, а ты стариков приведёшь, телегу большую тройкой запряги.

– С Ксаном вместе ехать не из лёгких испытание, он своим Хумой любого в могилу загонит, - предупредил обрадованный Бруно. Лошадьми править – это не мёртвых обирать.

Добрались быстро, тройка прирученных чёрных коней, мчала, будто огромной телеги с тремя людьми и не была к ним оглоблями прицеплена.

– Я в таверну, - сообщил еле живому Бину, бывший телохранитель.

– В таверну?
– не понял раненый.

– Не боись паря, не пить, обещали мы ведь, - оскалил новенькие белые зубы Бруно, - За старичками я, там их легче всего найти, заодно новости послушаю.

– Не задерживайся, мы на одну минуту сюда, - предупредил будущий граф.

В кузнице грохот и звон стоял оглушительный. Темно, жарко, душно, а Бина так растрясло, что его даже покачивало от боли в руке.

– Отправь остальных проветриться, - ухватил кузнеца за фартук рогоносец, - и указал на жавшуюся у дверей жену.

– Перекур, - гаркнул чёрный от сажи и красный от работы кузнец.

Эльвиру к наковальне прилаживали несколько раз, то закованная в железо задница мешает к замочку подобраться, то кузнецу с левой руки бить несподручно. Бин уходил из кузницы краснее самого кузнеца и чернее, от злости на жену и стыда. Тем не менее, новый замок с новым ключом взять не забыл. Он сунул кузнецу целый золотой и показал сначала палец у рта, а потом кулак.

Красно-чёрный молча кивнул, но Бину показалось, что там, внизу кивка, тот успел ухмыльнуться.

Бруно у телеги не было. Зато была толпа мальчишек и старушек. Кони чёрные могли бы и большую толпу собрать, если бы в деревне было больше мальчишек и старушек. Красный Бин у местных любопытства не вызвал, зато наряд Эльвиры сразу оторвал старушек от лошадей. Будущий граф проследил, куда указывают скрюченные пальцы высохших бывших прелестниц, и ему совсем плохо стало. Весь подол белого платья проклятой распутницы был в саже. Ещё бы, сколько её там кузнец ворочал туда-сюда. Бин подсадил Эльвиру в телегу и прикрыл кошмой, благо снежок вперемежку с дождём с неба решил напомнить о зиме. Когда же Бруно привёл трёх ветеранов, безногого, безглазого и безумного, у местного населения появилась тема для сплетен на целую неделю. Они даже про Эльвиру забыли. Кони, замёрзнув, дёрнули и понесли телегу со скоростью пикирующего в атаку дракона. Одним словом – отметились.

В замке работа продвинулась. Дон младший разделывал туши двух лошадей, из тех, что ноги переломали в балочке, за Бином погнавшись. Остальные копали огромный котлован, сорок два трупа нужно было срочно захоронить, пока они не начали разлагаться и вонять. Бин определил убогих к Марте и с Бруно включился в земляные работы. Вот измазались, так измазались. С неба слякоть не прекращалась ни на минуту, зато, когда последнюю лопату на могильный холмик, нет холм, бросили, снег с дождём как отрезало, даже солнышко проглянуло в прореху между тяжёлыми чёрными тучами. Бин думал отдохнуть, но неугомонный Гро не слушая общее брюзжание, заставил всех до единого, включая Эльвиру и Марту, вытирать доспехи, сваленные грудой во дворе и таскать их в замок. В оружейной двое смазывали их маслом и старались разложить комплектами, скоро оружейную заняли всю и перешли в гостиную, потом заняли и её, перешли к Бину в комнату и её завалили до потолка.

Обедали молча, все так устали, что сил осталось только на работу рук и челюстей. Мясной бульон из чёрных коней вместо сил вернул воспоминание, что все люди должны спать, так все в кухне и захрапели прямо на лавках. Бина разбудила эльфийка.

– Если вы закончили здесь все дела, то не пора ли нам выезжать к шахте, - трясла она пальчиками рыцаря за плечо.

– Конечно, Ваше Высочество, сейчас соберёмся, - Биновер посмотрел, как она плывёт своим бесшумным кошачьим шагом прочь, и толкнул Гро.

– Сейчас как дам в рог, - спросонья дёрнул рукой ветеран и попал Бин по раненой руке. На этом всеобщий сон закончился. Раненый орал, Гро пытался его утешить:

– Да, замолчи ты, нытик!

Остальные схватились за оружие и ломанулись во двор, в дверном проёме устроив свалку и покалечили последнюю табуретку. Зато через полчаса телега выезжала из замка. Бин лежал в ней, баюкая разболевшуюся руку, Вой, сидел на передке, держась за живот, Фарлей сидел рядом, правил тройкой, как самый лёгкораненый. Гро с принцессой верхами замыкали караван. В замке остались четверо помолодевших старичков, не известно ведь, что чёрным опять в голову взбредёт, на караван маленький напасть или снова на замок.