Рок
Шрифт:
– Понятно, и Дар у каждого свой, – подхватил Барри, а потом грустно добавил. – А у меня хоть какой-нибудь есть?
ГЛАВА 38 в которой Председатель ведет коллег к Кристаллу, а Харман узнает о похищении Алисы.
Они не поднимались на лифте, просто шли по коридору, который чуть забирал вверх. Кайзер тяжело дышал, видимо, устал, но молчал. Через пару километров коридор закончился обыкновенной двухстворчатой дверью, которую Председатель самым банальным образом открыл, нажав на ручку.
Впереди
– Пауль, проходите! – зашипел на него сзади Харман, и Советник машинально сделал несколько шагов вперед, продолжая смотреть в полутьму перед собой.
– А я и не знал, Пауль, что вы видите в темноте. Редкое качество.
Высоко наверху глухо треснуло, и тут же появилось светлое пятно; набирая яркость, оно медленно расширялось, разгоняя под собой полумрак. Теперь рядом с Советником застыл и Директор. Раскрыв от изумления рот, он смотрел, как наполняется светом необъятный зал с высоченным потолком. По его боковым сводам тремя рядами друг над другом тянулись широкие пандусы, на которые выходило множество дверей. Почти одновременно они стали открываться, и из них медленно и бесшумно появлялись люди. Они подходили к перилам и неподвижно застывали.
Сооружение было невероятным по своим масштабам. В центре, на расстоянии двухсот метров, в небольшом углублении лежал громадный черный шар, не меньше чем в три-четыре человеческих роста. По мере того, как света становилось все больше, шар становился все чернее; только приглядевшись, можно было заметить мелкие грани на его поверхности. Шар казался средоточием прозрачной и в тоже время непроглядной тьмы.
– Что это? – прошептал Харман пересохшими губами. Внутри у него все похолодело, захотелось отвернуться от этого шара, но тот словно приковал к себе его взгляд.
– Вот мы и пришли.
С трудом отведя глаза, Харман увидел рядом ухмыляющееся лицо Кайзера. Он едва узнал его, наверное, здешний свет придал ему такое выражение, а особенно изменил глаза. Теперь они смотрели колюче, пронизывающе, всепонимающе.
– Что это? – машинально опять спросил Харман.
– Это камень преткновения, – ядовито ухмыляясь, ответил Председатель.
– Не понимаю.
– Ну, вы-то ладно! – пренебрежительно махнул рукой Кайзер. – А вот вы, Пауль, что молчите?!
– Мне страшно, господин Председатель.
– О! Такое откровенное заявление делает вам честь, а также свидетельствует о вашей проницательности, Блендер. И что же вас здесь пугает?
– Здесь пахнет чертовщиной!
– Послушайте, господин Председатель! – возмущенно воскликнул Харман. – Если вы решили от нас избавиться, то делайте это поскорее.
– Зачем же так торопиться, неужели вас с жизнью ничего не связывает?
– Вот как, речь идет о жизни?! – взволнованно воскликнул Блендер. – Вы что же, Йорген, собираетесь нас здесь без суда и следствия казнить?!
– А почему бы и нет?
– Но за что?! – выкрикнул Харман.
– За то, – глаза Кайзера внезапно
Харман и Блендер растерянно переглянулись.
– Что глазами моргаете, думаете, как свое внеслужебное любопытство не сумели спрятать? Ну, признайтесь! – Председатель выжидательно умолк и стал прохаживаться перед пленниками, в ином качестве они себя уже не представляли. – Так я вам объясню! Вы, господа, научились идеально прятать свои бумажки и файлы, только они нам не нужны, нам достаточно ваших мыслей.
– Йорген, вы хотите сказать, что читаете наши мысли?! – с удивительным даже для самого себя спокойствием спросил Харман.
– Именно! – Кайзер остановился перед ними и, смотря снизу вверх то на одного, то на другого, ехидно заметил: – Если бы вы только знали, какой мусор у вас в головах! Вы, господа, считали меня полным кретином, думаете, это приятно? Молчите! – Председатель поднял вверх указательный палец. – Я долго ждал, но вы, Пауль, все-таки клюнули на наживку! Приятно было наблюдать ваше прозрение о том, что жизнь гораздо сложнее и загадочнее ваших представлений о ней. А признайтесь, вы удивитесь еще раз, если узнаете, что я уже третий раз избираюсь на пост Председателя?
– Вы, Йорген, тоже бессмертны?
– Да, Пауль, тоже!
– Но как такое возможно?! Я до сих пор поверить не могу, что все вот это, – Харман обвел взглядом огромную пещеру, – существовало много тысячелетий параллельно с Новой Цивилизацией.
– Нет, Рональд, вы неправильно расставляете акценты: это внешний мир существует параллельно нашему. Только благодаря нам его спокойствие и стабильность длятся уже тысячи лет. Вы никогда не задавали себе вопрос, что такое деструкция?
– А зачем? – пожал плечами Харман. – Есть техника, есть специалисты… – он иронично улыбнулся, – с которыми мы, видимо, скоро познакомимся.
– Нет, дорогой мой, вам обоим предоставлена честь сыграть с судьбою напрямую, без посредников. Вы просто подойдете к этому священному для нас камню и дотронетесь до него.
– И что будет? – хмуро спросил Блендер.
– А вот этого никто не знает! Варианта два. Первый – вы превратитесь в дохов; второй – вы приобретете бессмертие и полноправно присоединитесь к нам.
– А каковы шансы?
– На то, чтобы стать бессмертным? Шансов мало, Рональд.
– А если я не хочу играть в эту рулетку, если я хочу вернуться к своей прежней жизни?
– Ну, Пауль, слышать от вас такое странно.
– Значит, назад хода нет?
– Нет, – Кайзер перевел взгляд на Хармана. – Ну, а вы, Рональд, что скажете?
– Дочь жалко, одна останется.
– Думаю, не останется.
Харман недоуменно посмотрел на Председателя.
– Не понимаете? Вы когда последний раз навещали свою дочь?
– Дня два или три назад.
– Так вот, позавчера она пропала.
– Как пропала?
– А так! К ней явились два субъекта, они опознаны; один из них ваш звездный зять.