Рок

Седов Б. К.

– Что вы говорите?
– вежливо удивился Боярин.
– И о чем же вы хотите мне поведать?

– Это касается вашего бизнеса, и это совершенно не телефонный разговор.

– И что вы предлагаете?

– Нам необходимо встретиться. Скажите, где и когда вам удобно.

– Ну раз это так срочно… - Боярин помолчал секунду.
– Раз это так срочно, мне будет удобно сейчас и здесь, то есть - у меня дома. Вы одна?

– Да, я одна.

– Тогда записывайте адрес.

– Благодарю вас, не нужно. И женщина прервала

связь.

Боярин удивленно поднял брови и, положив трубку на телефон, пошел в спальню, чтобы переодеться и встретить гостью как подобает джентльмену.

Через двадцать минут по гостиной проплыл низкий звук электрического гонга, и Боярин, взглянув на экранчик связи с калиткой, увидел женщину в белом деловом костюме и большой белой шляпе с вуалью. Не без удовольствия отметив хороший вкус гостьи, Боярин нажал на кнопку, и калитка медленно отворилась. Женщина вошла в сад, и Боярин направился к двери, чтобы встретить ее на крыльце.

Подойдя к дому, Рита увидела, как на просторное крыльцо, сделанное из массивных дубовых досок, вышел господин средних лет в дорогом темном халате, из под которого виднелись безукоризненно выглаженные брюки. На ногах хозяина были туфли за шестьсот долларов, отвороты халата обшиты благородным черным шелком, а сам халат был подпоясан толстым шелковым шнуром с кистями.

Спустившись навстречу Рите, господин улыбнулся и сказал:

– Вы даже не представились мне по телефону. Как мне вас называть?

Маргарита улыбнулась в ответ и ответила:

– Называйте меня Маргаритой. Это мое настоящее имя.

– Мое имя вы знаете, и, увидев вас, я понял, что, к сожалению, не могу называть себя Мастером.

Боярин огорченно развел руки и сделал шаг в сторону, пропуская Риту в дом. Она кивнула и начала подниматься по ступеням. Следуя за ней, Боярин окинул взглядом ее фигуру и восхищенно сложил губы, как будто собирался присвистнуть, однако, конечно же, не сделал этого. Обогнав красавицу у дверей, он распахнул перед ней створки.

Милостиво кивнув, Рита вошла в гостиную и увидела, что на инкрустированном перламутром столике стоят букет цветов, бутылка шампанского и два бокала. Улыбнувшись, она обернулась к Боярину и спросила:

– Владимир Петрович, а если бы я выглядела как продавщица из рыбного отдела - что тогда?

– Тогда я стал бы разговаривать с вами на улице, - нисколько не смутившись, ответил Боярин, который именно так и собирался поступить в том случае, если… - В том случае, если бы ваша внешность совершенно не соответствовала вашему голосу, - тогда на улице, - сказал он и учтиво подвинул одно из стоявших у столика антикварных кресел.

Рита аккуратно сняла большую белую шляпу с изящно изогнутыми полями и ковбойским жестом швырнула ее на стоявший в другом конце гостиной диван.

– Ого!
– усмехнулся Боярин.
– Похоже, вы не такая уж цаца, как это может показаться с первого взгляда.

– Точно, - подтвердила Рита и опустилась

в кресло, умопомрачительно поведя при этом бедрами, обтянутыми короткой белой юбкой.

У Боярина сперло дыхание, и он, не спуская с Риты глаз, уселся напротив нее.

– Я вас слушаю, - сказал он и взялся за бутылку с шампанским, намереваясь открыть ее.

– А пива у вас нет?
– спросила Рита, и Боярину пришлось встать и принести из холодильника на кухне шесть бутылочек пива в картонке и два высоких стакана.

Открыв две из них, он налил себе и гостье. Отпив немного, Рита посмотрела на хозяина и сказала:

– Я обойдусь без предисловий.

– И это правильно, - кивнул Боярин, не притрагиваясь к пиву.

Он не любил эту, как он говорил, ячменную кислятину, и держал ее в доме исключительно для гостей.

– Я работаю на Марафета, - заявила Рита, глядя Боярину прямо в глаза.

Он никак не отреагировал на это неожиданное заявление, и Рита продолжила:

– С некоторых пор я - его правая рука и знаю о его делах все. Или почти все. Я не собираюсь открывать причины, по которым решила нанести вам визит и сказать то, что скажу, и надеюсь, что вы не будете спрашивать о них. Это - личное.

Боярин кивнул и опять ничего не сказал.

– Вам, конечно же, известно о появлении на рынке алмазов по демпинговым ценам. Возможно, вы уже знаете, точнее - предполагаете, откуда они появились. Со своей стороны я, зная ситуацию изнутри, говорю вам, что это - Марафет. Он хочет ослабить ваши позиции, и я думаю, что в определенной мере это ему удалось. Если вы скажете, что ничуть не пострадали от этой его акции, я вам не поверю. Марафет хотел нанести вам финансовый ущерб, и он его нанес.

Боярин молчал.

– Далее. Стрельба по вашим статуям - тоже его рук дело. Точнее - его головы. Ясно, что он не будет лазить по деревьям со снайперской винтовкой. Я знаю исполнителя и думаю, что он вас не интересует. Заказчик - Марафет. Я сама покупала снайперу билеты Майами-Бостон и обратно. Эта акция направлена на то, чтобы обеспокоить вас и подтолкнуть к ошибкам.

Боярин кивнул. В том, о чем говорила ему эта великолепная женщина, для него не было почти ничего нового, он всего лишь получил подтверждения тому, о чем догадывался и сам. И она наверняка знала об этом. Его интересовало, что она скажет дальше. Словно угадав его мысли, Рита сказала:

– Но все это должно быть понятно вам и без меня. А теперь - главное.
– И она без всякой связи вдруг заявила: - У вас дрянное пиво. Можете открыть шампанское.

Боярин вздрогнул и принялся торопливо откручивать проволоку с горлышка «Советского полусладкого».

Следя за его движениями, Рита сказала:

– Я, конечно, скажу банальность, навязшую у всех в зубах, но все-таки наше, российское, шампанское - лучшее из всех.

Она помолчала и добавила:

– Вы не спешите так, у нас есть время.