Роковые кости
Шрифт:
Ян отвернулся от тачки с трупами, зажав нос и решив наконец, что завтрак лучше сохранить при себе.
— Привет, Хэнк.
— Кстати о собаках, — произнес живодер, почесывая брюхо. — Не видал ли ты, часом, моего Мрака? Вечно он за тобой бегает. Со вчерашнего утра он как в воду канул. Хорошо хоть, не попал в мой утренний урожай.
Ян покачал головой.
— Говорил же я ему: «Не шляйся ты за этим чудиком Яном, это тебя до добра не доведет», — продолжал Хэнк. — На тебе ведьмина метка, парень. Не знаю, хорошо это или плохо, но хочется держаться от тебя подальше. — Живодер коснулся-пальцем своего красного
Или вытопить лишний жирок из тебя самого, кривобок!
Ян отвернулся, сдерживая дрожь.
Но в этот момент из двери показалась Хиллари Булкинс с улыбкой на свежеумытом лице.
— Доброе утро и вам, барышня, — проговорил живодер, сдернув с себя шляпу в притворной учтивости. — Нет ли у вас дохлятины, от которой надо избавиться?
Хиллари побледнела при виде груды мертвых животных.
— Нет, сейчас нет, Хэнк.
— Запомни, Фартинг: увидишь моего пса — скажи ему, чтоб бегом бежал ко мне на двор! — И с этими словами живодер двинулся дальше, вниз по Нищебродскому переулку, бдительно приглядывая за своей поклажей, чтобы не потерять ни одной драгоценной крысы.
— О Боже, Ян, — прошептала Хиллари, в ужасе вытаращив голубые глаза. — Ты думаешь, он…
— Пустая болтовня, — перебил ее Ян, пытаясь сам в это поверить. — Откуда этому типу знать, что случилось с Мраком? В жизни не выяснит. — Ян с кряхтением поднялся на ноги. — Вперед, Хиллари, на турнир! — воскликнул он, стараясь, чтобы голос его прозвучал достаточно бодро. — Иди-ка помоги… тачка тяжелая!
— А я-то думала, ты меня подвезешь! — шутливо возмутилась Хиллари, прыгая вокруг тачки и размахивая подолом длинной юбки.
— У нас сегодня трудный день, и я не намерен тратить силы на то, чтобы возить в моей тачке какую-то нахальную капризулю!
— Ладно, Ян Фартинг, хватит болтать. — Хиллари взялась за одну ручку тачки. — Будем надеяться, что барон Ричард вообще принимает просителей.
— Да, Хилли. Мы должны постараться изо всех сил. — Ян похлопал себя по карману куртки. — Я взял на всякий случай ту штуковину. Вдруг она действительно окажется волшебной палочкой и принесет нам удачу!
— С твоей удачей да моим нахальством, Ян Фартинг, — отозвалась Хиллари, когда Ян схватился за вторую ручку, — мы будем непобедимы!
Ян неодобрительно покачал головой, и друзья двинулись за город, к ристалищу.
Глава 9
Леди Аландра, Королева Зари, Трижды Благословенная и Трижды Бесценная Принцесса Радуги, Ключ к Неведомым Вратам и Супруга Моргшвина — могущественнейшего из Властителей Темного Круга, — проснулась тем утром в самом отвратительном настроении.
Рассветные лучи, пробивавшиеся сквозь клочья тумана над горной грядой, лишь подчеркивали унылое однообразие этой хмурой земли. Единственным красочным пятном, хоть как-то оживлявшим пейзаж, было яркое одеяние самой Аландры (да и оно уже порядком истрепалось и перепачкалось).
Как же быть приличной девушке без сменной одежды?! Аландра понимала, что ей следовало прихватить с собой что-нибудь дорожное и удобное, а не это чертово платье.
Да уж, эти руны!
При этой мысли рука Аландры мгновенно метнулась к кошельку, висевшему на поясе. Слава Богу, ее каменные советчики никуда не делись: они по-прежнему лежали в своем уютном мешочке.
Аландра бросила взгляд на норхов. Гробонос еще спал, Грызноклык стоял на страже, время от времени кося тусклыми глазами в сторону пленницы: не взбредет ли ей в голову сбежать?
Да, ей удастся улучить минутку, чтобы посоветоваться с рунами. Аландра взмолилась всем богам, чтобы норхам не вздумалось отобрать у нее это сокровище.
Наверняка ее похитители решили, что от таких маленьких камешков вреда быть не может; кроме того, им должно быть известно, как дороги ей эти руны. Руны имели непосредственное отношение к ее Ключевой Важности… Хотя один Бог разберет, с чем эту самую Важность едят! Она пыталась добиться ответа от Моргшвина, но тот хитрил и мямлил. Так что Аландра предпочитала считать себя простой рядовой принцессой, обреченной в силу какого-то злосчастного пророчества на несчастный брак с омерзительным Черным Властителем. Будь ее воля, она бы на все плюнула и стала бы просто наслаждаться жизнью. Никому не мешая. Жизнь — она ведь для того и создана, чтобы ею наслаждаться, — а что, не так?
Аландра повернулась к норху спиной, дабы без помех заняться рунами. Она развязала шнурок на черном бархатном мешочке и как следует встряхнула его, чтобы вывести их из спячки.
Из кошелька донеслось возмущенное покряхтывание. Проклятые сони!
Аландра приоткрыла мешочек, поднесла его ко рту и скомандовала:
— Равняйсь! Смир-р-рно! Проснитесь, лежебоки! Вы заварили всю эту кашу, вы и расхлебывайте! Я хочу выбраться отсюда.
Послышались перешептывания и постукивания. Аландра дала им пару секунд, чтобы прийти в себя, а затем опустила в мешочек три пальца.
— Подать сюда первоклассный совет! — приказала она. Один из камешков скользнул к ее пальцам. Аландра извлекла его на свет. Это был плоский кусок песчаника, на одной стороне которого был вырезан символ. Аландра сразу же узнала ее: Плотвичка, руна Ошибок, Глупостей и Неуместностей.
— Ну, так в чем же дело? — требовательным шепотом спросила принцесса и торопливо приложила камешек к уху.
— Ваше высочество, — раздался нервный писклявый голосок, — я прошу у вас прощения от имени всех рун. Мы, жалкие ошметки недостойного камня, умоляем не выбрасывать нас в пучину, где нам придется дожидаться конца времен в сырости и беспросветном мраке. О, прекрасная принцесса… я хотела сказать, великая королева… мы готовы вновь принести вам обет вечного служения, только смилуйтесь над нами и скажите, что даруете свое прощение недостойным осколкам…