Роковые кости
Шрифт:
Нилрем, конечно, мог бы избавиться от этих не правильностей, но они ему нравились. Маг не знал истории этого острова в Океане Ночи и этого древнего, увенчанного шпилем особняка — и знать не хотел. Он унаследовал его от Игромейстера Шанси Дальнобоя, когда тот отправился на заслуженный отдых, и что творилось здесь прежде, Кроули Нилрему известно не было.
С того места, где стоял сейчас маг, космос выглядел достаточно мирно, невзирая на все недавние катаклизмы. Туманности и галактики по-прежнему изливали ослепительное сияние.
Планеты в доступных обзору окрестностях не изменили ни формы, ни цвета.
И все же Нилрем помнил: внешность обманчива, а порой и вовсе иллюзорна.
Он не стал тратить время на созерцание звездного неба. Достав из кармана бутылочку, он высыпал на ладонь немного заранее заготовленной смеси и развеял ее в тумане, прокричав нужное заклинание.
Туман тут же перестал вертеться. Крупицы волшебного порошка повисли в воздухе, как намагниченные снежинки. Затем между ними протянулись силовые линии, и вскоре гигантская паутина энергии охватила весь остров.
Довольный результатом, Нилрем приступил к следующей задаче. Он извлек из другого кармана колоду Таро с египетскими пирамидами на рубашках и, не переворачивая лицом, перетасовал карты. Путешествие может оказаться и быстрым, и не очень — в зависимости от того, в какой момент откроется карта цели.
Нилрем нараспев произнес очередное заклинание, снял верхнюю карту и перевернул ее. Восьмерка кубков. Как удачно! Эта карта означала поиск новых путей. Нилрем подбросил ее в воздух. Карта зависла примерно в двух футах от обрыва и в футе над землей.
Кроули Нилрем встал на нее одной ногой, как на ступеньку. Остров погрузился в стазис, исчез, и маг оказался в незнакомой стране, где вовсю бушевала метель. Задрожав от холода, Нилрем открыл и подбросил следующую карту, даже не глядя на рисунок: это можно сделать и позже, когда использованные карты соберутся с обратной стороны колоды. Ветер и снег сменились пустыней; пески и солнце — облачной пеленой; сырость и дождь — многоцветной радугой. Маг шагал из одного мира в другой, словно по ступеням гигантской лестницы.
Наконец открылась нужная карта — Первосвященник.
Маман посоветовала Нилрему обратиться за советом к самому одухотворенному из Девяти Игромейстеров — Язону Остлопу. Собирать совет Девятки лучше всего в поместье Язона — там всегда царила самая спокойная атмосфера.
Нилрем ступил на карту, и вместо цветущего сада его взору предстало обнесенное забором поле перед деревенской усадьбой.
В лесу по соседству весело заливались щебетом невидимые птицы. Пахло свежескошенной травой, веяло прохладой.
Нилрем подобрал Первосвященника и велел использованным картам вернуться в колоду. Затем он по возможности привел себя в порядок, надеясь, что Язон извинит его за встрепанный вид, приняв к сведению нелегкую ситуацию, в которой оказался его коллега.
На
Усадьба Остлопа коренным образом отличалась от владений Кроули Нилрема.
Достаточно упомянуть, что просторные комнаты этого дома всегда содержались в порядке. Интерьер был подобран в стиле арт-нуво: колонны с причудливыми завитушками, чучела павлинов, драпировки на стенах, изысканные персидские ковры… Все вокруг было отмечено печатью изящества и хранило безупречную чистоту; в воздухе висел едва уловимый запах воска.
— Але! — крикнул Кроули Нилрем. — Есть кто живой? — Странно… Даже слуг не видно… — Остлоп! Эй, приятель! Ты дома?
Нилрем принялся методично обследовать комнаты. Все было на привычных местах, от диванов до половичков. Нилрем припомнил, что Игровая Комната Язона Остлопа находилась в западном флигеле. Маг отправился разыскивать ее, решив, что с учетом недавних событий Язону там самое место.
Вдоль стен коридора красовались парадные портреты предков Язона и прежних владельцев его особняка. Костюмы на портретах поражали взгляд буйным разнообразием, но на всех лицах было совершенно одинаковое выражение надменной снисходительности к миру, столь характерное для Игромейстеров.
«Какого дьявола я выбрал эту профессию?» — раздраженно подумал Нилрем.
Поначалу, конечно, это было очень забавно. Вся работа сводилась к игре, а игра была самой что ни на есть ответственной работой. Ведь именно игра лежала в основе любого творчества!
Неудивительно поэтому, что структура Полимира в конечном счете зависела от Магии Игр. О чем еще мечтать любому здравомыслящему существу, как не о роли владыки Волшебных Костей — этого неиссякающего источника метких ударов случая в игральных залах Бытия?
Но как бы ни увлекательна была такая роль, каждый Игромейстер всю свою жизнь держит тигра за хвост, и сейчас Кроули Нилрем ощутил на своей шкуре зубы этого тигра. Ага! Вот и вход!
Надпись над дверью гласила: «ОСТАВЬ ОДЕЖДУ, ВСЯК СЮДА ВХОДЯЩИЙ».
Остлоп никогда не упускал случая для удачной остроты. Юмор был профессиональной слабостью многих Игромейстеров — работа такая. Чтобы не зарывать в землю свои юмористические таланты, они развлекались созданием совершенно абсурдных и презабавных вспомогательных капсул, где перед общим запуском по всем уровням отрабатывалась тактика и стратегия очередного тура Игры. Остлоп был настоящим специалистом по строительству этих псевдомиров, годных и для развлечения, и для тренировки. Так называемое Казино до сих пор пользовалось беспрецедентной популярностью среди чародеев из всех известных вселенных; и каждый уик-энд в карманы его создателя текли реки денег. Нилрем постучался в дверь.