Роман с Полиной
Шрифт:
Ее звали Полиной. В начальной школе, где она служила директором и единственным преподавателем, не было никакой исторической литературы; я выписал все, что было в каталоге, на 200.000 рублей и дал 300.000, чтобы сделали ремонт к новому учебному году. Что я мог сделать еще? Уже ничего. Возможно, она была той самой Полиной, которая предназначалась мне. Я сказал ей об этом. Она густо покраснела и призналась, что подумала то же самое, едва
Нам никто не мешал, я остался у нее и вошел к ней. Как писали в библии — «он вошел к Руфь и познал ее». Так и я вошел в эту новую для меня Полину и познал ее. Столь покойно и цельно в любви мне никогда не было. Я не пытался ей ничего доказать, и она ничего не хотела от меня утаить…
Сейчас меня уже нет с вами, но я знаю, что она понесла. Это было в июне 2003 года. А в конце февраля 2004-го, ровно 23-го числа, день в день, когда умерли мой отец Николай и ее мама Наира, у Полины родится сын. Она назовет его Николаем и воспитает в строгости, труде и любви. Корабль Вячеслава Горбенко возьмет над ним шефство и ни в чем не оставит его. Коля окончит Нахимовское училище и станет воином. Он начнет новую линию в нашем роду Осс, и она будет лучше прежней, которую чертил я.
Для него я и рассказываю о себе, пусть знает, что родился не на голом месте.
Через две недели, как и предсказывали врачи, Анатолий Осс умер. Это произошло на острове Шумшу, куда он сошел с частью команды, чтобы исследовать его тайны и аномалии. Он спустился в тоннель, куда все боялись спускаться, потому что думали, что он заминирован, и где на поворотном круге стоял законсервированный японцами 57 лет назад паровоз, и пошел в глубину, куда никто не ходил. Через полчаса там прогремел взрыв.
Он умирал полтора часа и радовался, что страдает, потому что тот, кто через страдание и боль переходит в иное, этим страданием очищает себя — так казалось ему и так он думал, ведь так умирал Христос.
Но в последний миг вдруг ушла боль, и он испугался, жалея о ней. Вместо нее по нему разлилась любовь, и он ощутил, как же он любит все: и то, что осталось в свете там, наверху, и то, что окружает его здесь, во тьме — своих матросов, последнего друга Славу Горбенко, помполита Грюнвельда и всех людей, которых он когда-то встречал, скользя по годам своей жизни, любил или же не любил, и все, что он когда-либо видел и на что может быть даже не обращал внимания. Этот пустынный брошенный остров. Океан. Небо. Всю землю. И все, что было с ним. Есть. И будет.
По своему обыкновению анализировать, он сказал себе: если последнее чувство,
И он прошептал: «Любовь…» Это было последнее слово, которое прошептал, умирая, Анатолий Николаевич Осс, 33-х лет от роду, русский по национальности, православный по вере, большой грешник, завистник и ненавистник при жизни. Ему надо было прожить 33 года, отсидеть 9 лет в тюрьме и потерять все, чтобы понять это.
При переходе из жизни временной в жизнь вечную его встречали так любимые им дедушка, отец и Полина. И они были счастливы… им было, что ждать…
Того мальчика с волчьей пастью, который сутками напролет раскачивался в своей кроватке в интернате «Родничок», через агентство Владимира Корина усыновил Давид Вилькельсон. Немногие знают, что Давид В. является начальником личной охраны Президента США и его доверенным лицом. И уж никто, кроме них троих, не знает, что они вычитали о нем у Нострадамуса из центурии, на которую им указал личный астролог Президента.
«На склоне веков, когда закончится второе страшное тысячелетие, в восточном Гиперборее, в стране Ариев, на севере гор, которые отделяют Европу от Азии, родится ужасный мальчик. Родители, испугавшись его необычного лика, откажутся от него, и он будет помещен в приют. Но не напрасно он был рожден таким страшным в такое страшное время — он полностью отвечал ему. Именно про него было решено на самом верху: от того, каким вырастет этот мальчик, будет зависеть судьба породившего его мира — вырастет злым и ужасным, мир погибнет, захлебнувшись в своей ненависти и крови. Вырастет добрым, мир расцветет, и его цветение будет длиться до невидимого предела».
Так перевел астролог эту центурию. И потому Давид Вилькельсон отправился в Россию и, преодолевая все возможные и все невозможные препятствия, отыскал и усыновил его…
Роберт Маасс, поехавший на свой страх и риск за полгода до Вилькельсона, не достиг цели, его убили на полпути от Салехарда до «Родничка» с целью ограбления. Полина и Осс встретили его там, где когда-нибудь встретятся все…
КОНЕЦ.
P.S. Поставив здесь последнюю точку и написав слово «Конец», я вспомнил один замечательный анекдот. Сидят два близнеца в чреве матери и говорят между собой перед самым рождением: «Врут, что там есть какая-то жизнь, никто оттуда еще не возвращался…» Не знаю, кому как, а в меня этот анекдот всегда вселял большую надежду.