Романтик
Шрифт:
— Куда меня? В Забайкалье, как Недорозия?
— Нет, на гору Курук пост создавать. С каждой роты по взводу выделяют на три поста. Расчет миномета — трех бойцов, скоро комбат их представит. Зибоева с ПК возьмешь. Сколько у тебя своей пехоты?
— Вместе с писарем роты шесть солдат и сержантов.
— Без писаря! Ему и тут работы до боевых невпроворот. Итого: ты, сержант и восемь солдат. Хватит вполне!
— Вполне хватит, что бы что? Геройски погибнуть?
—
Завязалась ожесточенная схватка между Сергеем и Вероняном. Гога старался сплавить все старое, подозревая, что ничего не вернется обратно, а Острогин хотел все новое или хотя бы целое. Шум-гам, крик, визг старшины.
— Чертов «ара», сейчас будет Серого обжуливать, — вздохнул Ветишин, — а он как без замены?
— На месяц ты его заменишь, затем замполит, — ответил Эдик. — Если разрешат, я слетаю, думаю: там будет как в доме отдыха.
Механики отправились в парк, а вся оставшаяся рота двинулась на стрельбище. До полигона два километра, сегодня по плану пристрелка оружия — начинается десятидневная программа боевой подготовки. Эти планы все время меняются: то недельные, то восьмидневные, то десятидневные, то двухнедельные. Расписание под копирку писать не получается, все время что-то новое.
Не успели мишени расставить, примчался посыльный за мной и за Грымовым. Срочно на плац!
Быстрым шагом вернулись. Целая толпа тыловых и штабных вокруг трех групп пехоты.
— Вы где болтаетесь? Все брошено на старшину и этого лейтенанта! Полный развал! — орал заместитель командира полка.
— Не лейтенанта, а старшего лейтенанта! — огрызнулся Сергей.
— Как, старшего лейтенанта? — сбился с мысли майор Губин.
— А так, приказ пришел два месяца назад, а ни зачитать, ни погоны вручить ни полк, ни батальон не соизволил. Строевик сказал номер приказа, вот и все.
Слегка смутившись, заместитель, тут же вновь перейдя на крик, «перевел стрелки» на меня.
— А почему упущение такое, замполит, эта вина ваша!
— Да нет, я два раза напоминал в батальоне, а сам лично Острогина поздравил!
— А где приемник для заставы, где боевые листки, где походная лен-комната? Бездельничаете?
— Мы на стрельбище убыли, на занятие, — вступился Грымов. — Я лично его забрал работать с людьми, занятия плановые, Ростовцев на учебном месте руководитель.
— Обоим будет взыскание сейчас за пререкания. Быстро устранять недостатки!
Пришлось отдать единственный приемник
Улетели… Уф-ф-ф.
Совсем обезлюдела рота. На следующий день Голубев, так как его заменщик в дивизии пристроился, решал вопрос об отъезде домой. Комбат согласился его отпустить, если мы подберем в полку себе нового взводного. Эх-ма, где ж его найти, балбеса, на такой взвод!
Пред обедом мы со старшиной повели солдат наполнять фляжки отваром из верблюжьей колючки — профилактика от гепатита и дизентерии.
У котла орудовал черпаком здоровенный прапорщик. Я знал, что он недавно прибыл и служит в нашем батальоне, зовут Игорем, а какую должность занимает, не знал.
— Игорь, ты чего тут черпаком в котле мешаешь?
— Да вот, бурду варю, всем раздаю.
— Игорек! Ты кто по должности?
— Техник взвода обеспечения, а вообще, «куда пошлют» и «что изволите». Надоело, хуже некуда! Еще по пьянке комбату нагрубил, теперь живым съест.
— Старшина! Возьми черпак, я с человеком одно дело обсудить хочу, пожалуйста!
— Вах! Возьми черпак! Он больше меня, мне делать нечего что лы? Сэржант! Дубино! Разливай чай!
— Игорь! Пойдешь к нам в первую роту взводным ГПВ? Голубева мы домой отпустили, а где замену найти, не знаем. Выручай! В рейд скоро идти некому будет, — сказал я.
— А из АГСа пострелять дашь?
— Настреляешься, хоть завтра стреляй!
— А из ПК и «Утеса»?
— Из всего, что стреляет!
— А в горы их таскать мне придется?
— Игорь! Для тебя это ведь как автомат или пистолет, ты такой здоровый!
— Шахтер потомственный, из Донбасса! Кайло, кувалда, отбойный молоток — все знакомо! Уговорил! Только забери меня быстрей отсюда, ради бога!
— Сейчас же пойду решать вопрос, только извини, как твоя фамилия, а то все Игорь да Игорь.
— Бодунов — моя фамилия, Игорь Владимирович.
— Бодунов от слова «бодаться» или от «бодуна».
— Нет-нет. Я к пьянству не то чтобы равнодушен, но все в меру. (Понятие «мера» впоследствии оказалось у каждого свое.).
Начальник штаба, зам. по тылу не возражали, комбат сморщил нос,
Скривился.
— Что, одного пьяницу решили поменять на другого?
— А есть варианты? Есть другие кандидатуры пулеметы таскать на себе? Он, можно сказать, добровольно, с желанием идет.
— Ну, что ж, бери-бери. Потом не жалуйся, на полную катушку будешь получать за него. Забирай, в штабе полка я все утрясу.