Ромул

Житомирский Сергей Викторович

Повозка, подпрыгивая, бежала мимо низких, крытых камышом домов из дикого камня. В это время рыночная площадь ещё пустовала, встречных было немного, и мало кто из них поклонился Нумитору; в большинстве отводили глаза и сторонились, Как видно, опасались доноса и кары Амулия.

Храмовый двор окружала стена, примыкавшая к укреплению Нижней крепости. За ней поднималось круглое здание храма, накрытое островерхой шапкой камышовой крыши. Над храмом курился дымок, знак негасимого священного огня, который поддерживали весталки. Бородатые наёмники-вольски охраняли тяжёлые

ворота и узкую дверку в стене. Нумитор приказал позвать главную жрицу: мужчин за ограду пускали только в особых случаях. Вскоре к гостям вышла Порция, полная степенная старуха в длинной одежде, давняя знакомая Нумитора. Она низко поклонилась ему и пригласила внутрь. Люций остался ждать господина.

Во дворе росло несколько тополей, за ними тянулся длинный приземистый дом с десятком дверей, за которыми жили отшельницы, стояли хозяйственные постройки. Молоденькая девушка, откинув занавесь, вдруг показалась в одном из входов, но, увидев мужчину, в испуге отступила назад.

Порция была расстроена.

— Горе нам, Нумитор! — восклицала она. — Всё открылось вчера, Рея созналась, но твердит, что её посетил бог Марс, и не хочет назвать ни истинного соблазнителя, ни тех, кто ему помогал. Ты знаешь обычаи Весты. В них нет справедливости — грешница должна умереть, а виновник оскорбления божества и предатели из стражи могут остаться безнаказанными! Хорошо ещё, что Рея не была допущена к Огню, и он остался чистым.

— Не верю, что такую кару ввела сама богиня, — сказал Нумитор, — скорее, какая-то её не в меру ретивая служанка. Не пора ли смягчить обычай?

— Я попытаюсь, но боюсь, это не в моей власти, — вздохнула Порция. — Не знаю, как такое могло случиться с твоей Реей, — продолжала она. — Если бы только она призналась мне сразу! Тогда я, может быть, нашла бы средство предотвратить последствия. Но теперь слишком поздно и я ничего не могу поделать.

— Проводи меня к ней, — попросил Нумитор.

— Да, конечно, — спохватилась Порция. — Пойдём, она вон в том доме. Расспроси, может быть, тебе она назовёт преступника...

Порция провела Нумитора вниз по каменной лесенке, бесшумно отвела щеколду и прошептала:

— Войдёшь, когда я поднимусь. Не хочу вам мешать.

Рея сидела на низкой скамье в каморке с крошечным окошком под потолком. Луч солнца падал оттуда ей на колени, и озарённая ткань белого платья освещала снизу грудь и милое подурневшее лицо девушки. Она не двигалась, погруженная в себя, и не заметила, что он вошёл. Слёзы подступили к глазам царя, он так редко видел её за эти два года, с тех пор как простился с ней, семнадцатилетней, у ворот храмового двора. Он неуклюже шагнул к дочери и тихонько позвал её.

— Отец! — вскрикнула Рея, поднялась и осторожно прижалась к нему. — Как хорошо, что ты пришёл. Ты знаешь, я так провинилась, так разгневала богиню! Теперь меня живой закопают в землю?

Нумитор поставил посох в угол, опустился на скамью, посадил Рею рядом.

— Расскажи мне, как это случилось, — попросил он. — Он хоть назвался?

— Да. Всё было так странно. Он появился только раз. Не знаю даже голоса. Он шептал: «Не бойся, я бог Марс и не причиню тебе зла», и ещё много нежных слов. Потом приласкал меня, и я даже не заметила, когда он

исчез.

— А каким он был?

— Не знаю. Всё случилось зимой в новолуние, была страшная темень, я ничего не видела. Мне показалось: юный, с прекрасной гладкой кожей и длинными волнистыми волосами.

«По крайней мере не Амулий», — с облегчением подумал Нумитор и сказал:

— Почему же ты не закричала?

— Так вышло, отец. Сперва я думала, что это сон, а потом поняла, что должна покориться.

Тёплая волна надежды вдруг наполнила сердце Нумитора.

— А скажи, — перебил он её, — как он смог проникнуть к тебе? Ведь собаки, учуяв незнакомца, подняли бы шум.

— Разве богу трудно это сделать? — удивилась Рея. — Он просто появился, и всё.

«Или тихо отодвинул входную занавесь», — подумал Нумитор и спросил:

— Ты рассказала это старшим жрицам?

— Да, но они не поверили.

— Зато я верю. Верю, что ты невинна. Не нам винить и бога, навестившего тебя.

Рея порывисто придвинулась к отцу и крепко его обняла.

— Так ты веришь мне? А они говорят, что вру. Конечно, это был бог! Я чувствовала это...

— Ты же знаешь, — убеждённо продолжал Нумитор, — в древности это случалось нередко. С людьми соединялись и боги, и богини. Даже наш прародитель Эней был сыном Венеры и простого пастуха Анхиса. Что же говорить о дочерях и жёнах царей!

— Да, — оживилась Рея, — он говорил странные вещи. Я спросила, где он живёт, а он ответил: «Между землёй и небом, в мечтах о тебе». Ещё говорил, что увидел мою красоту, полюбил и явился, чтобы мне об этом сказать. Он обещал подарить мне тучные луга с молочными коровами и тонкорунными белыми овцами, плодородные пашни и трофеи одержанных за меня побед... И ещё, когда он появился, комната среди зимы наполнилась запахом цветов.

— Да, он не обманул тебя. Судя по всему, это был действительно Марс, защитник стад и полей, великий воитель.

— Но вот что странно. Ведь Марс уже давно не юноша...

— Глупая! Бог может принять любой облик.

— Но тогда, — Рея отодвинулась и пристально посмотрела на Нумитора, — тогда почему он не защитил меня и своего ребёнка?

— Ах, моя девочка! Не нам судить о заботах богов. И потом, у бога есть ещё возможность помочь тебе. Но многое зависит и от Амулия, который когда-то не пожалел твоих ни в чём неповинных братьев.

— Разве они умерли не от болезни?

— Уверен, что нет. Есть много причин считать, что он отравил их, чтобы Альбанское царство наследовал Асканий. Так что если вдруг он снизойдёт до тебя, будь с ним очень осторожна. Что бы он тебе ни сулил за ложь, не отступай от правды.

Порция дожидалась Нумитора на скамейке под деревом.

— Послушай, близкая к Весте, — начал он, — мне открылось нечто важное. Рея не виновна, я убеждён, что к ней и правда снизошёл Марс! И вряд ли на него за это обидится Веста. А то, что он сделал это тайно, в обычаях богов. Разве не просила Венера Анхиза не разглашать тайну рождения Энея? А когда он проговорился, разве Юпитер не ослепил его молнией? Я знаю Рею с младенчества и верю каждому её слову. Тайны и хитрости не для неё. Обдумай её слова, и сама убедишься, что здесь были замешаны высшие силы.