Рональд I
Шрифт:
Дети покинули дом довольно давно. Молли уехала в Вестерос, где и осталась на должности главного колдомедика форта "Угрюмый", что является самой северной колонией Британии. Там мордредовски холодно, водятся белые медведи, но и опыт для медика специфический. За тем она туда и пошла.
Вернувшись, Рон увидел летящего почтового ворона. С возвращением полноценной магии и появлением магов, эти птицы здорово поумнели, отчего их начали дрессировать, что вылилось службу целевой доставки почты.
На стол перед Роном упало запечатанное письмо из Администрации. Рон с любопытством открыл его.
Сим уведомляем, что Джон I Таргариен, суверен
— Вот суки! Добились-таки! — раздраженно прошипел Рон. — Ведь чувствовал, что к этому и идёт! Ах ты ж жопошник, Джонни!
Джон не один раз предлагал Рону передать королевство Эриннон в состав Британии, чтобы скинуть с плеч эту хлопотную державу. Нет, дела у него шли хорошо, королевство богатело и цвело, но… Джону эта правительственная волокита не по душе, о чём он Рону говорил не раз и не два. Видимо, он нашел какой-то рычаг давления на Хьюго, раз тот решился на такой геморрой с принятием полномочий. Властолюбием он никогда не отличался, поэтому, скорее всего, аргументация у Джона была старковская.
Письмо написал Квайен, причём собственноручно. Рон буквально видел, с каким удовольствием лорд-менеджер это писал и с какой улыбкой укладывал письмо в конверт.
Позиция Квайена была однозначна — надо сливать два королевства воедино. А Рон не хотел! Это же такой геморрой, управлять таким здоровенным куском земли. Это в десять раз больше просителей и в десять раз больше споров. А бумаг там сколько! Рона это отпугнуло ещё тогда, годы назад. Ведь есть же разница. То ли дело управлять небольшим куском земли, где один большой город и десяток маленьких, то ли дело править целой страной, где сотни городов, сотни тысяч жителей и почти у каждого из них есть что попросить.
Государство от этого только выиграет, ведь у Квайена давно всё просчитано. Рон махнул рукой: это не его проблемы уже тридцать лет.
Однозначно, Джон поселится с Бриенной где-нибудь у чёрта на куличках и они будут вместе проводить томные вечера после совместных тренировок. Детей так-то у них уже восемь, один из них, Эддард Таргариен, даже умудрился погибнуть во время дипломатической миссии в Эссос, подавившись оливковой костью. Парню было пятьдесят два года — считай расцвет лет, а оно видишь как…
Тётя Джона, Дейнерис Таргариен, отъехала в иной мир десять лет назад. Детей она так и не заимела, зато получила преемника, разум которого уничтожил Корлис и стал править страной.
Делить с Валирийской империей Британии нечего, поэтому последние пятьдесят лет этакий вооруженный нейтралитет, при котором активно торгуют и взаимодействуют, но не доверяют.
Корлис на удивление благоразумный дух, теперь не ограниченный некоторой степенью самодурства Дейнерис и творящий что захочет. Пока есть Корлис, Валирия не угроза, так как он как никто другой представляет истинные возможности Британии в целом, и армии магов в частности. Ему не победить, поэтому он не полезет. А так, он завоеватель по натуре, поэтому на дальнем востоке не утихают бесконечные локальные конфликты с дикими племенами.
Но достаточно об этом. Рон вошел домой, спустился в подвал и достал бутылку вина из погреба.
Делать особо нечего, они живут с женой день за днём, время летит незаметно, так как они счастливы. Но иногда Рону хочется отправиться в путешествие, или в параллельный мир, где можно изведывать новое, принимать героическую позу и вообще спасать всех от всех.
Рон взглянул на дверь портальной комнаты. Затем на бутылку вина "Болтон Рислинг". Затем снова на дверь
27
В общем, мир, в который вернулся Тарквиний — Невендаар, сеттинга Disciples. Сюжетные события там уже произошли, поэтому происходящее при Тарквинии — авторский произвол.
Эпилог
*Год 1789 от Завоевания Эйегона. Британская системная федерация. Естественный спутник Муннос*
— … эти ублюдки с Планетоса совсем зажрались! Повышают пошлины, сокращают поставки еды! — вещал мужик, стоящий на стационарном блоке подзарядки лежащего рядом робота-уборщика. — Хватит это терпеть! Восстань, лунник! Планетарная аристократия устала считать деньги, полученные за счёт твоего труда! Фронт освобождения Мунноса набирает добровольцев в освободительные отряды! Мы отвоюем наш дом у зажравшихся ублюдков и сами будем диктовать им свои торговые условия! Долой федератов! Долой!
Столпившийся вокруг импровизированной трибуны народ горячо поддержал оратора одобрительными выкриками. Никто не слушал вещающего с голоэкрана телеведущего, который рассказывал о шокирующей стычке кораблей Космического Флота Британской Системной Федерации с гигантскими неопознанными кораблями, которые не вступили в переговоры и сразу же открыли огонь. Никому не было до этого дела.
Вокруг был довольно потрепанного вида город: панельные жилые дома и здания из экстрапластика, дорожное покрытие из того же материала, клумбы с растениями, часть которых уже успела умереть без надлежащего ухода, но главным и самым примечательным был купол. Огромный прозрачный купол, за которым терпеливо ждал вечный космос.
Поселений на Мунносе очень много — семьдесят восемь крупных мегаполисов, занятых добычей Гелия-3, так необходимого для работы тысяч мегареакторов на Планетосе. Населения на Планетосе много — двадцать миллиардов, многие из которых, добровольно и не очень, скоро отправятся к Глазу Ледяного Дракона, ближайшей звезде, вокруг обнаружили целых три условно пригодных к жизни планеты. На первой, названной в честь основателя Британского Королевства, Рональд-Прайми, основан форпост, где специалисты системной федерации уже готовят места для первых трёхсот миллионов колонистов. Капля в море, которая не решит проблемы перенаселения, но начало положит. Следующими для колонизации готовятся Рональд-Джойси и Рональд-Селекта. Там условия для обитания примерно те же, под куполом, но перспектива терраформинга гораздо хуже. Хотя, для колонистов разницы не будет, так как даже на Прайми в самых оптимистичных прогнозах, от куполов удастся отказаться только через триста-четыреста лет — столько нужно для создания пригодной атмосферы.
Толпа на площади бушевала. Шум нарастал, недовольные выкрики превратились в непрерывный гул. Роботизированная полиция уже окружила площадь, но приказа о подавлении митинга ещё не поступило.
Среди толпы начали распространяться электромагнитные бомбы-липучки, шоковые дубинки, огнестрельное оружие и виброножи.
Не прошло и пары минут после окончания речи оратора, как первые бомбы-липучки полетели в бездействующих роботов, оцепивших площадь. Три единицы человекоподобных "модулей сопровождения закона" рухнули с сожженной электроникой, а остальные, получив команду, врезались в толпу и начали заниматься своими функциональными обязанностями — обезвреживанием нарушителей.