Рота террора
Шрифт:
Краем глаза она видела, как Нуич бросился на Римо, как раз когда включала телевизор. Их схватка происходила под аккомпанемент голоса телевизионного комментатора.
Она вдруг поняла, что это схватка не на жизнь, а на смерть. Ну и дела! Она ощущала себя королевой Гиневрой. Кажется, так звали супругу короля Артура?
Нуич был бесподобен. Он с виду медленно выбросил руку вперед и сразу же попал в Римо. Римо был крупнее и сильнее его, но, кажется, уступал ему в стремительности. Он попытался нанести удар, но промахнулся,
Нуич свел над головой руки, как одержавший победу спортсмен, и прыгнул на Римо, прижавшегося к перилам. Но Римо успел отскочить, и кулаки Нуича обрушились на перила с таким треском, как будто кто-то выстрелил из пистолета. Мрамор раскрошился, осколки полетели на пол.
Римо вспрыгнул на перила, и Нуич последовал за ним. Они двигались взад-вперед, нанося друг другу удары и промахиваясь. Римо попытался ударить противника ногой, но не попал и потерял равновесие. От падения вниз его спасло только то, что он ухватился за трос, на котором висело чучело громадного кита. Дважды перевернувшись в воздухе, он опустился на спину кита, висевшего на расстоянии двадцати пяти футов от пола.
Нуич тоже уцепился за трос, перевернулся в воздухе и мягко приземлился на спину кита. Они яростно сражались, но, как ни странно, ни один из них не мог нанести противнику решающий удар. Может, они вовсе и не такие уж бойцы. Она не обращала внимания на телевизор, следя за схваткой и повизгивая. Сражайтесь, рыцари! Мое сердце достанется победителю.
Наконец Римо удалось схватить Нуича за запястья. Нуич отшатнулся, затем рванулся вперед. Его тело поднялось в воздухе вверх ногами и пролетело у Римо над головой.
Как чудесно! Они сражаются за нее. Ей захотелось бросить им платок, чтобы победитель приколол его к своей груди. Но у нее не было платка. У нее была только мокрая бумажная салфетка. Она бросила ее.
Нуич приземлился позади Римо, спиной к нему, его руки были свободны, он сохранял равновесие, но прежде, чем он успел повернуться, мокрая салфетка упала ему на плечо. Джоан захихикала. От легкого прикосновения скомканной бумаги Нуич потерял равновесие и упал на спину кита. Прежде чем он сумел подняться на ноги, Римо занес над ним локоть и ударил.
Схватив Нуича за шиворот, Римо потащил его как чемодан к голове кита.
Победитель! Он сражался за королеву Гиневру и победил. Досадно. Она надеялась, что ее спасителем будет Нуич. Ну и ладно. По крайней мере у них с Римо сексуальная совместимость.
– Детка, – крикнул ей Римо, – включи телевизор погромче!
Глава двадцать вторая
Римо связал Нуичу руки за спиной, воспользовавшись для этого кожаным поясом Нуича, и повесил его под нижней челюстью
Затем он спрыгнул на пол, мягко приземлившись на ноги и, даже не остановившись, чтобы перевести дух, устремился к лестнице.
Он поднялся по ступеням и подошел к Джоан Хэкер, которая засовывала под верхнюю губу новую порцию кокаина.
– Хочешь понюхать? – хихикнула Джоан.
– Нет, спасибо, – сказал он. – Я предпочитаю рис.
– Да? Рис, наверное, тоже ничего, но я никогда его не нюхала. Поздравляю тебя с победой. Мое тело принадлежит тебе.
– Засунь его себе в рот и помолчи. Ты не даешь мне слушать.
Голос комментатора сообщил:
«Здесь по-прежнему царит замешательство. Толпу на улице удается сдерживать. Мы располагаем точными данными, что внутри здания ООН была открыта стрельба. Однако, как нам сообщили, никто из дипломатов не пострадал. В результате перестрелки пострадала группа офицеров, личность которых в настоящее время устанавливается. Мы ожидаем дальнейших подробностей».
Римо с ненавистью отвел глаза от телевизора. Никакой ясности! «Замешательство», «дальнейшие подробности». Ему хотелось крикнуть: «Что с Чиуном?»
Сбоку послышался стон. Римо обернулся и встретился взглядом с Нуичем. Маленький азиат свисал, как кусок мяса, из огромной пасти кита.
Его глаза источали ненависть.
– Если бы не она, я бы победил, – прошипел он.
– Это всего лишь предположение, – сказал Римо. – А теперь перейдем к фактам. Я не знаю, что с Чиуном, жив он или нет. Но если нет, я вернусь и сдеру с тебя шкуру. Моли Бога, чтобы твои люди промахнулись.
Римо резко повернулся, собираясь уйти.
– Ты не можешь так уйти, – кричала Джоан Хэкер. – Ты выиграл меня. Мое тело принадлежит тебе!
– Может быть, твое тело и принадлежит мне, но твоя душа, как я понимаю, всегда будет принадлежать «третьему миру».
– Нет, Римо, – сказала она. – Теперь уже нет. Я устала от «третьего мира». Я хочу домой. Отвези меня домой.
Под воздействием кокаина она вдруг снова почувствовала себя маленькой девочкой.
Римо стало жаль ее.
– Сначала я должен кое-что выяснить, – сказал он. – А потом отвезу тебя домой.
Спускаясь по лестнице, Римо услышал обращенный к девушке тихий голос Нуича.
Римо распахнул входную дверь и по ступеням вышел на улицу.
Вдали послышался вой сирен. Он становился все более громким – значит, машины направляются сюда. Вскоре он увидел знакомое желтое такси, лавирующее в потоке машин, срезающее углы, подпрыгивающее на бордюрах тротуара. Позади мчались полицейские машины, преследующие водителя-маньяка.
Такси поравнялось с Римо, заехало на тротуар и резко затормозило. Дверца открылась, и из такси вышел Чиун.
– Можете быть свободны, господин П. Уортингтон Розенбаум, – сказал он водителю.