Ровена
Шрифт:
Ровена быстро замотала головой.
– Нет, я не почувствовала никаких телепатических сигналов. Но я точно знаю, что он хочет пить, причем именно воды.
– Хорошо. – Лузена тяжело оперлась руками о колени и поднялась. – Если этот негодник хочет воды, вода будет доставлена. – Пытаясь скрыть свою радость, она поспешила на кухню и вернулась с банкой воды.
– Я была ужасной, Лузена? – спросила Ровена мягко, извиняясь.
– Не ужасной, Ровена, а ужасно страдающей из-за потери пухи.
– Очень глупо. Оплакивать потерю неодушевленного
– Пурза никогда не была неодушевленным предметом в твоих глазах.
Как только Ровена поставила воду в клетку, раздался стук в дверь. Она еле успела прикрыть клетку, как вошла изрядно обеспокоенная Бралла.
– Я была почти уверена, что у неё есть хотя бы… никогда не думала… извините за вторжение, но она в таком настроении… – Бралла умоляюще переводила взгляд с одного лица на другое.
– О чем ты, Бралла? – спросила Лузена.
Т-4 часто забывала обдумать то, что она хочет сказать.
– Лузена, у тебя ведь есть последние голограммы Ровены? Наверняка вы сделали хотя бы несколько в Приятной Бухте.
– Да, но что случилось?
Лузене было нетрудно найти голограммы, которые она ещё не вынимала из чемоданов. Там была парочка очень удачных. Лузена вытащила одну, на которой улыбающаяся Ровена была сфотографирована у катера, её серебряные волосы развевались на ветру, как сверкающий флаг.
– О, слава Богу! – Бралла на мгновение успокоилась. – Рейдингер настаивает на пересылке твоей последней голограммы, Ровена. Это необходимо сделать немедленно, и могу вам сказать, что Сиглен не в настроении из-за этого. Вот эта голограмма годится!
Она любезно улыбнулась Ровене, старавшейся как можно незаметнее удерживать корабельного кота под упаковкой, которую он настойчиво пытался поддеть головой.
– Отличная голограмма. Хотя не знаю, вернут ли её вам. Может, её скопировать?
– Если нетрудно… – Лузена не была уверена, что Бралла расслышала просьбу, поскольку она уже стремительно вышла, как будто её телепортировали.
– Зачем Рейдингеру моя последняя голограмма? – спросила Ровена, быстро приподнимая крышку над теперь уже визжащим котенком.
Он не хотел вылезать из коробки, но явно обиделся, что ему закрыли обзор. После беглого осмотра комнаты он вернулся к воде.
– Понятия не имею, – сказала Лузена, скрывая свои мысли, потому что точно знала, зачем Рейдингеру понадобился портрет девочки: он хотел телепатически обратиться прямо к Ровене.
О Боже! Должна ли она подготовить девочку к беседе с Рейдингером, известным своей въедливостью в подобных интервью? Лузена посмотрела на свою подопечную, но та полностью ушла в занятия с корабельным котом, и с облегчением вздохнула. Если Рейдингер даст ей хотя бы половину шанса…
Детеныш закончил пить, осторожно съел хлеб, размоченный в молоке, быстро умылся и, свернувшись в клубок, снова задремал. Как только он размеренно засопел, Ровена включила компьютер и запросила всю имеющуюся информацию о корабельных котах, научную и художественную.
– Смотри, это он должен есть. – Ровена показала
Девочка уже была за дверью, когда Лузена спохватилась. Как бы узнать, сколько же времени на Земле сейчас? Лузена стиснула зубы. Она хотела быть рядом с Ровеной, когда – и если – Рейдингер свяжется с ней напрямую.
К вечеру стало ясно, что Плут – так назвали котенка – признал Ровену.
Проснувшись, котенок первым делом разыскал маленькую коробочку (Лузена предусмотрительно приготовила её для «неотложных» дел), потом забрался к Ровене на руки и устроился по-приятельски у неё на плече, зацепившись коготками за ткань блузки.
– Не беспокойся, Лузена, – промурлыкала Ровена, – меня он не поцарапает. – Она засмеялась и повела плечами от удовольствия. – Но его усы колются. Перестань, Плут.
Котенок, казалось, устроился на плече надолго, но вдруг спрыгнул на спинку кровати и перебежал на её дальний конец. Потом повернулся и сел, осуждающе глядя на девочку.
– Что я сделала?
– Почему… – начала Лузена удивленно и замолчала, увидев, как Ровена застыла в напряженной позе.
«Да, Прайм Рейдингер?» «Я намеренно обратился прямо к тебе, Ровена. – Глубокий голос прозвучал так ясно, как будто мужчина сидел рядом на кровати и говорил вслух. – Даже мне, – Рейдингер хмыкнул, – нужен какой-нибудь талисман, помогающий сосредоточиться, и я добавил твою голограмму к моему особому списку. Я, кстати, сообщил Сиглен, что тебе необходимо предоставлять все обычные каникулы, предусмотренные школьной системой на Альтаире. Она может загонять себя, но существуют правила в отношении детей, и их нужно соблюдать».
«Я не возражала. Прайм Рейдингер. Нужно столько выучить…» «Ты благоразумное дитя. Разговор мой, состоявшийся с Сиглен, должен разрешить все недоразумения между вами. Что касается твоей будущей подготовки, я хочу, чтобы ты запомнила раз и навсегда: Ровена, ты имеешь право связываться прямо со мной по любому возникающему у тебя вопросу.
Тебе послана для этого моя голограмма. У тебя есть необходимые способности. – Ровена по голосу поняла, что он улыбается. – Используй их.
Ты также получишь голограмму Дэвида с Бетельгейзе и Капеллы. Тебе не повредит, если время от времени ты будешь связываться с ними телепатически. К тому же это хорошая практика. Они оба учились у Сиглен».
Ровена уловила сухие нотки в его телепатическом тоне и удивилась.
«И ещё: Джероламану будет поручено вести курс «Основы управления Башней», и я хотел бы, чтобы ты присоединилась к его студентам. Управление Башней включает в себя не только телепатию, как тебе известно».
Последовала значительная пауза, и Ровена не знала, что ей делать: благодарить за проявленное внимание или ждать продолжения.
«У тебя детеныш корабельного кота? Ну, моя дорогая маленькая леди, тебе оказана большая честь».