Роза для киборга
Шрифт:
Однако это не останавливало предприимчивых теневиков.
Бизнес расширялся, захватывая все новые и новые миры.
Правительства десятков планет, поначалу просто выражавших свою озабоченность, увидели в этом серьезную угрозу. Зороаста стремительно и неумолимо становилась криминальным галактическим центром. Сюда бежали бандиты и изгои, авантюристы и помешанные, непризнанные гении и военные преступники.
В три тысячи пятьсот пятом году, незадолго до официального создания Галактического сообщества и подписания его учредительных документов,
Силы трех космических флотов обрушились на Зороасту.
Планета была оккупирована в течение семи суток.
На восьмой день оборвалась связь. Конфедерация, победившая во Второй галактической войне, была в шоке.
Восьмой ударный космический флот в экстренном порядке переместился к планете.
На орбитах Зороасты кружили пустые корабли штурмовых групп. Неизвестный вирус выкосил экипажи в течение суток.
После создания Галактического сообщества Зороаста, как мир, не подписавший ни одного межпланетного соглашения, еще долгое время находилась в политической и экономической изоляции, но и вновь созданное объединение планет оказалось не в состоянии содержать сотни космических кораблей для эффективного осуществления блокады, так что эмбарго так и осталось действенным лишь на бумаге.
Истории планеты известно только одно ее официальное обращение к Галактическому сообществу, когда в 3590 году на планете случилось нечто, выходящее из ряда вон. Биологические машины, сконструированные специально для отражения космических десантов, по непонятной причине внезапно вышли из-под контроля своих создателей.
В архивах Звездного Патруля сохранилась копия отчаянного призыва о помощи от гибнущих людей, и сухая официальная справка о десантировании на планету группы специального назначения.
Назад вернулось всего двое бойцов. Ситуация была взята под контроль, и власти планеты отказались принять инспекторов Патруля.
В 3678 году Зороаста обзавелась собственной системой противокосмической обороны, и теперь даже самые рьяные ее ненавистники могли лишь развести руками после выдаваемых компьютерами оценок вероятных потерь при штурме планеты. Единственным действенным средством оставалась ядерная бомбардировка с дальних подступов, но на такую акцию не могли решиться ни одна из планет, ни все сообщество в целом.
О проблеме предпочли забыть.
Тея Сент-Иво стояла в навигационном отсеке флагманского крейсера и смотрела через электронные умножители на серо-розовый полумесяц Зороасты.
Мир ее второго рождения. Планета ненависти и скорби.
Тея сжала кулаки, так что побелели пальцы. Она сотрет в порошок это осиное гнездо. Никогда ей не забыть той ухмылки, в которой ясно читалась наглость и вседозволенность, когда очередной ублюдок склонялся над ее телом.
Ничего… Она в состоянии показать им, что такое настоящий беспредел!
Бортовой компьютер постоянно дополнял картинку, и все больше
Тея радовалась ощущению внутренней и внешней свободы. Слишком долго ей диктовали и навязывали свою волю другие. Теперь она просто не хотела знать никаких ограничений… Но в ее радости была обреченность.
Она понимала, что больше не является человеком.
У нее не было ничего, кроме этой ненависти. Душа опустела.
Оторвавшись от окуляров умножителей, Тея пересела к панели оперативной тактической связи. Отсюда она будет руководить первой фазой атаки.
Все экипажи девяти крейсеров первой волны были переведены на борт резервной группы. Она поделила свой флот в соотношении девять к одному, почти интуитивно выбрав из тысячи вариантов атаки один, совершенно обоснованный ход.
Система противокосмической обороны была полностью автоматической, а значит, и бороться с ней должны машины. Ни один человек или киборг был не в состоянии выдержать тех перегрузок, которые способны «пережить» компьютеры. Экипажи были помехой, они только снизят боевую эффективность классных машин.
Программы были введены. Она нажала кнопку и отвернулась.
Ее не интересовали битвы титанов. Тее нужны были конкретные люди.
Однако спустя минуту она изменила свое решение.
Ожидание результатов атаки предполагало свободное время. Но она уже убедилась, что не в состоянии оставаться наедине с собой. Ей было необходимо постоянно находиться в действии, доводя себя буквально до изнеможения, иначе она чувствовала, что начинает сходить с ума.
Отчего? От той боли, что давно сгорела в ее груди? Или от того, что она делала или собиралась сделать? Или от тяжкого предчувствия, родившегося после того, как она установила для себя точную дату реального времени?
Если рассуждать здраво, то Андрэ давно должен был уйти в могилу.
Тогда кого она убила в Башне?
Тея, стиснув зубы, повернулась к оперативным экранам.
В действии была ее жизнь.
Хищные контуры крейсеров, повинуясь ее воле, рванулись навстречу защитному кольцу планеты.
Она поняла, что сделала верный выбор.
На обзорном экране боевые корабли давно превратились в расходящиеся полумесяцем искры, но на множестве тактических информов она могла наблюдать почти детальные изображения, передаваемые с видеокамер самих крейсеров.
Рядом, на ровной шеренге мониторов, дублировались все команды компьютеров атакующих машин.
Теоретически штурмовой крейсер класса «Предтеча» мог стереть с лица планеты целый континент всего за стандартные сутки. Тея же рассчитала боевой ресурс на пять минут активной атаки. Ее не волновала дальнейшая судьба машин.
На центральном пульте мелькали цифры.
Ускорение атаки 23G!
Такая перегрузка раскатала бы человека в блин.
Команда оружейным отсекам: «Максимальная интенсивность огня».