Роза огня
Шрифт:
Роза дочитала до конца главы и собиралась продолжать, но Камерон остановил ее.
— Хватит. — Голос его звучал разочарованно. — Я просто не помнил этого раздела. Здесь нет ничего, чем я мог бы воспользоваться. Пожалуйста, перейдите к следующему тому. Теперь вам придется переводить мне.
Вторая книга подтвердила предположение Розы: это тоже был трактат на оккультные темы, на этот раз напечатанный готическим шрифтом; немецкий язык, на котором он был написан, относился к более позднему периоду. Роза читала так, как всегда читала незнакомые тексты: встретив непонятную фразу, она произносила ее на
— Следующий раздел, — сказала Роза, дочитав отмеченные страницы, — озаглавлен «An den Seele». Это представляет для вас интерес?
Новые обязанности определенно начинали ей нравиться, хотя предмет и продолжал казаться странным.
— Не особенно, — последовал ответ. — Прошу вас, перейдите к следующему тому. И позвольте сказать вам, что у вас удивительно приятный голос. Наши занятия не только просвещают, но и доставляют мне удовольствие.
— Благодарю вас, — ответила Роза и, к собственному изумлению, покраснела; К этому времени за окном сгустились сумерки; Роза никак не думала, что проснулась так поздно: по-видимому, она проспала много дольше, чем ей казалось. Впрочем, если Ясон Камерон предпочитает для работы именно вечерние и ночные часы, то нужно привыкать к такому распорядку.
Когда половина книг на столе была просмотрена, Камерон сам предложил сделать перерыв. По оценке Розы, к этому моменту она прочла уже больше сотни страниц. Горло у нее пересохло, да и голод давал о себе знать.
— Вы слегка охрипли, мисс Хокинс. Мне кажется, вам нужно отдохнуть. Вы хоть представляете, сколько сейчас времени?
— Честно говоря, нет, — призналась Роза. — К сожалению, у меня нет часов, а в этих комнатах я их тоже не заметила. — До сих пор она об этом не задумывалась, но теперь отсутствие часов на камине показалось ей довольно странным.
Однако упущение явно было ненамеренным: в голосе Камерона прозвучала досада.
— Примите мои извинения. Я немедленно это исправлю. — Послышался шум, как будто по полу тащили что-то тяжелое. Звук донесся не сверху, а через переговорную трубку: значит, где бы ни находились апартаменты Камерона, они были не над комнатами Розы. — Сейчас около девяти, — продолжал Камерон после паузы. — Что вы предпочитаете: обедать в собственных комнатах или в столовой? Других гостей в доме нет, да и, учитывая мое увечье, вряд ли будут, но, может быть, вам хочется сменить окружение?
Мысль о том, чтобы сидеть одной за огромным столом, вызвала у Розы уныние. Она даже слегка поежилась: можно и правда почувствовать себя героиней готического романа…
— В моей комнате, если можно, — сказала она Камерону. — Если это не будет затруднительно, я предпочла бы, чтобы мне всегда приносили поднос сюда, за исключением тех случаев, когда я буду выбираться на пикник, если погода позволит. Я привыкла к долгим прогулкам, — добавила она. — Физические упражнения не дают разуму притупиться.
Если бы Камерон собирался держать ее взаперти, он наверняка возразил бы против этого. Однако ничего такого он не сделал.
— Хм-м… В здоровом теле —
— Увы, нет, — призналась Роза. — Я выросла в Чикаго, и у меня никогда не было возможности научиться ездить верхом.
— Ах, значит, и вы все-таки не полное совершенство? — чуть насмешливо протянул Камерон. — Жаль. Было бы хорошо, если бы на моем коне ездил еще кто-то, кроме Поля и конюха. Что ж, придется вам ограничиться пешими прогулками по окрестным полям и лесам. Боюсь, что мой жеребец не для неопытной наездницы — с ним справится лишь твердая рука. Что же до настоящего момента… Не размяться ли вам, осматривая дом, пока Поль распорядится об обеде для нас обоих и исправит печальное недоразумение с часами в ваших комнатах?
— Спасибо, сэр, — ответила Роза, поднимаясь и чувствуя, как затекло все ее тело. — Именно так я и поступлю.
Ей совершенно не хотелось встречаться с надменным секретарем; если уж этого не избежать, то лучше пусть встреча произойдет на нейтральной территории, а не в ее собственных комнатах. К тому же Камерон недвусмысленно предложил ей удовлетворить любопытство, и она не собиралась упускать такую возможность.
Кроме всего прочего, Розе хотелось понять, откуда с ней разговаривает ее наниматель. Ей было уже ясно, что не с верхнего этажа, но голос, который она слышала в переговорной трубке, был громким и ясным, так что апартаменты Камерона не могли располагаться особенно далеко.
Может быть, непосредственно под ее комнатами? Это было бы логично. Роза предпочла бы, чтобы хозяйские апартаменты не примыкали к ее помещению. Секретные проходы, конечно, глупость; а вот глазки сделать до смешного легко. За ней не могли бы следить только из комнат, расположенных ниже, — даже оккультисту едва ли удалось бы что-то разглядеть сквозь толстый турецкий ковер, лежащий на полу.
Выходя, Роза оставила дверь открытой, чтобы Полю Дюмону было ясно — ее в комнатах нет. Оглядевшись, девушка задумалась: в каком направлении пойти?
«Дальше по коридору, пожалуй. Лучше выяснить сначала, что находится на этом этаже».
Ничего неожиданного она не обнаружила. Все двери, выходящие в коридор, были не заперты и вели в комнаты столь же роскошно обставленные, как и ее собственные. Каждое помещение было уникально по стилю и цветовой гамме: цвет морской волны — в китайских апартаментах, коричневый и золотой — в индийских, черно-красный — в русских, где оказались даже иконы и огромный самовар. Еще две небольшие анфилады оказались близнецами ее собственного помещения, только в одном случае отделка была зеленой с серебром и показалась Розе холодной и неуютной, а в другом — фирменных для Камерона красно-золотых цветов, излишне пышных на взгляд Розы. В первом из них она чувствовала бы себя в подводном царстве, во втором — в шкатулке для драгоценностей. В целом же Роза осталась очень довольна тем, что ей были отведены именно ее комнаты.