Розет Тын Тыныч. Пролог

В мире существует много розеток, но таких сказочников как Розет Тын Тыныч вряд ли, где можно откопать. Дед Розет был старой и уже потрепавшейся от времени розеткой. Остатки засохшей еды, шерсти и даже скотча были лучшими друзьями Розет Тын Тыныча. В основном он служил лишь для самого ни в чем не повинного чайника, с которого пила Айнур, по совместительству бабка, живущая с не здравомыслящей розеткой. Тын Тыныч ещё с молодости был выдумщиком и достаточно одарённым мыслителем. Порой его цитаты можно запросто разбивать на мудрые и бессмысленные мысли. Жертвами его фантазии были приборные Вилки, Тарелки, кухонные принадлежности и не только. Чего только не несла наша розетка абсолютно беспамятным существам. Ещё

далеко в молодости, Розет Тын Тыныч был источником питания для огромного лампового телевизора. С тех пор и началась отрадная и в то же время облыжная жизнь розетки.

– Дед Розет Тын Тыныч! – кричала приборная Вилка чайника. – Дед Розет Тын Тыныч!

– ХРРЪ… ХРРРЪ… – громко сопел дед Тын Тыныч.

– Дед Розет Тын Тыныч! Дед Розет Тын Тыныч!

– ХХРРРРЪЪ… ХРРРРЪЪ…

– Дед Розет Тын Тыныч!

– Калейдоскоп жжёный, жуль разорался?! – возмутился Кактус на окне. – Давно что ли не гнули!?

– Да я просто уточнить у деда хотел тут вещь одну… – развернувшись ответила Вилка.

– Что ты там уточнить хотел? Спит Тын Тыныч, неделю подряд с твоим же чайником провозился, дай деду перерыва хоть!

– Я не виноват, что Айнур не умеет отключать приборы!

– Тебя послушай ты ни в чём не виноват.

– Хрръ… Хрръ, кхх, АКХЪ… АААКХХХЪЪ… – прокашлялся Розет Тын Тыныч. – Х… Чуть не замкнул…

– Дед Розет Тын Тыныч! – вскрикнула Вилка.

– Чего тебе от меня ещё надо вампир электронный?!!!

– Да я не виноват Розет Тын Тыныч, это всё Айнур, я ж вам ещё тогда внутри сказал.

– Да хоть Азог Осквернитель! Я когда тебя вижу уже провода начинают окисляться!

– Ну дед Тын Тыныч!

Розет Тын Тыныч был хриплой и порой даже грубой розеткой. К сожалению (или к счастью) это было его неотъемлемой фишкой с самого создания его же. Все это было из–за проблем с проводкой именно в квартире Айнур. Как говорит Розет Тын Тыныч: "Эта БАБКА ничего адекватного кроме постельных клещей и вшей своей блохастой засранки НЕ ПОЛУЧИТ в этом доме!". Живёт Айнур вместе со своей кошкой по имени Люська. Рыжая потаскуха не раз убегала с дома. Она убегала к очередным бродячим котам, от которых потом сама же и окатывалась на десяток другой. Айнур была не против такого пополнения. Она выращивала котят как родных, а следом и брала на рынке за одного котёнка цену в четыре бутылки молока. Она выдавала обычных котят за редких и собственно выводящихся лично у неё в доме. Глупо и наивно. На её аферу никто кроме таких же как она сама (То есть бабушек) никто к сожалению, не вёлся. Обычно коты и кошки приносят своим хозяевам рыбку, (Еду) возможно даже какие–то необычные и ценные вещи с целью благодарности всего проделанного. Кошка Люська принесла в дом вши и мандавошки, которые она подцепила в очередном мусорном закутке. Каждый день вши грызут бабку, от чего та даже и не вдупляет кто же кусает её по ночам. "Да больно ОНА кому нужна!" – к слову.

– Я твоё ж же кормило! – тарахтел Розет Тын Тыныч. – Пожалей ж ты старичка Боровичка, шишка ты берёзовая!

– Да я уточнить хотел у ва… – бубнила Вилка, её говор прервало шорканье тапок по полу.

– Проголодалась Суська Люська… – бормотала себе под нос Айнур. – Ну иди иди, кскскс… КСКС…

Люська неохотно перебиралась за Айнур ведь она уже наперед знала, что сегодня будет есть. В основном её же хозяйка наливала кошке только заваренный крепкий и горячий чай, а на закуску бросала ей обертки от сосисок. Это было живодёрство, со стороны Айнур, но кто кому что докажет?.. Кошка докажет?.. У неё лапки, что она может доказать?.. Нуу… Только если обращаться в пушистый патруль… Хотя…

Бабка схватила

Вилку в свою старую и дряхлую руку и потянулась к розетке. («Вот скотобаза!») – подумал Розет Тын Тыныч. Вспомнив про то, что чайник пустой, Айнур бросила Вилку и схватила чайник. Она поднесла его к раковине и включила воду. Вилка упала в раковину, на дне которой был жирный и ржавый осадок подсолнечного масла с примесью гречневой каши и волос. Она набрала полный чайник воды и мокрыми руками подобрала грязную Вилку. («ТЫ ЖЕ НЕ СОБИРАЕШЬСЯ ВСТАВЛЯТЬ МОКРУЮ ВИЛКУ?!») – непроизвольно возник вопрос у Тын Тыныча. Айнур как в ни в чем не бывало вставила мокрую вилку в розетку. («#@%# ТЫ #@%=&*!!!») Из розетки послышался тихий, но очень выразительный треск. Он был схож с постреливанием сучьев деревьев, которые были брошены в костёр. Ничего нового, Айнур не обратила внимания на душераздирающий треск розетки, она включила чайник и открыла холодильник достав из него упаковку сосисок.

– Со… Сосис… Сосиски… У д, дома…

Стоя перед бабкой, сквозь брови кошка глядела на безнадежные надежды человека в попытки чтения хоть чего–то. Ей было лет может шестьдесят два, ну это так, к слову. Не исключено что и на старости лет разум человека немного подсыхает, но… В данном случае я так не думаю…

Айнур медленно повернулась до Люськи и будто дразня смотрела на неё. Вскрыв упаковку сосисок своим ногтем, та достала одну из сосисок. Она демонстрационно надорвала обертку и извлекла оттуда сочную и по внешнему виду туалетную сосиску. Держа ее в двух пальцах, она все также продолжала дразнить кошку тряся самой сосиской. Чайник закипел, Айнур заметила, она пригнулась до кошки, и прямо перед её же мордой съела сосиску. Поплямкивая и ухмыляясь она встала из–за стола и выключила чайник. Достав из кухонного ящика небольшое блюдце, Айнур налила в него кипятка, наверх которого бросила обёртку от сосиски.

– На еш… – пробубнила Айнур, аккуратно поставив блюдце на пол.

Жалостными глазами кошка глядела на Айнур и пыталась выудить хоть одну сосиску, но алчности бабки было достаточно чтобы обрушить все планы Люськи. Бабка выключила чайник и пошаркивая тапками, ушла обратно к себе в комнату, напевая под нос какую–то непонятную песню, на своём же выдуманном мозгом языке.

– #@!*%= *#@&!= ! – ругался Розет Тын Тыныч.

– Та угомонись ты дед, – спокойно произнёс Кактус. – Её уже ничего не изменит.

– Кх… Хх… Фуууух… В следующий раз я этой *#@%= такой сюрприз устрою! Организую ей встречу с роднёй #@%=!

– Я была бы явно не прочь такому сюрпризу! – сказала Люська, запрыгнув на стол.

– А ТЫ ЧТО МОЛЧИШЬ?! – воскликнул Розет Тын Тыныч. – НИ ШИША НЕ ДЕЛАЕШЬ!?

– Хе, – ухмыльнулась Люська. – А что, по–твоему, я должна сделать?

– Вцепится в эту котлету за икру и расцарапать до мозга костей!

Кошка закатила глаза и пошла прочь со стола.

– Дед Тын Тыныч, а, дед Тын Тыныч! – вновь продолжила Вилка. – Ну до расскажи же ты историю, ну я прошу тебя!

Розет Тын Тыныч глубоко вздохнул и усталыми глазами взглянул на Вилку от чайника.

– Вот знаешь, – произнёс он. – Вот ты как шило в заднице, тобой бы кошельки делать!

– Ну Розет Тын Тыныч!

– Ладно… – снова вздохнул Розет Тын Тыныч, глубоко погружаясь в свою историю.

Хоть Розет Тын Тыныч и был целиком и полностью сказочником и выдумщиком, истории, которые он выдумывал на ходу были бесценны. Сюжет таких историй менялся за считанные фразы, вопросы, только стоило кому–то хоть что–то произнести как сюжет тут же набирал новые обороты и так могло продолжаться вечно. Грань фантазии Розет Тын Тыныча, к сожалению, существует, но когда она настигнет его, остаётся лишь только догадываться.