Розы любви
Шрифт:
Чувствуя, что от великого облегчения ей хочется петь, Клер наклонилась и обняла Эдит.
— Да благословит тебя Бог за то, что веришь в меня. Не могу сказать, что мое поведение всегда было безупречно, но я не совершила ничего ужасного. Кстати, как идет учеба в воскресной школе?
Оуэн как староста кружка заметил с мягким укором:
— Дамы, поговорить вы можете потом, а сейчас пора начинать собрание. Давайте споем гимн Господу.
Клер с благодарностью расслабилась, отдавшись знакомому ритуалу, состоящему из пения общей молитвы и обсуждения. Когда подошла ее очередь говорить, она коротко сказала,
Когда собрание завершилось, все остались, чтобы попить чаю с пирожными и послушать, как Клер рассказывает о своей поездке в Лондон. Попотчевав их рассказами о Тауэрс, механических монстрах и посещении первой молельни Джона Уэсли, она с сожалением встала.
— Мне пора идти.
Группа начала расходиться, и тут Оуэн вдруг сказал:
— Я провожу тебя в Эбердэр, Клер. Не хочу, чтобы ты так далеко ехала одна.
Клер посмотрела на него с легким удивлением — ведь в долине всегда было очень спокойно и безопасно, однако сразу же согласилась. Пока они ехали обратно в Эбердэр в ее повозке, он объяснил, что его главная цель — переговорить с Никласом. Нет, то что он собирается сказать, не представляет собой ничего важного, но может быть, лорду будет интересно это узнать.
Услышав, как открылась парадная дверь, Никлас вышел из библиотеки в вестибюль, как будто только и ждал возвращения Клер. Увидев Оуэна, он широко улыбнулся н крепко пожал ему руку.
— Какое удачное совпадение! У меня как раз возникло несколько вопросов, на которые я надеюсь найти у тебя ответ.
— У меня тоже имеется несколько вопросов, — сказал Оуэн.
— Мне уйти или остаться? — поинтересовалась Клер.
— Остаться, — ответил Никлас, ведя их обоих в библиотеку. — Оуэн, первая очередь твоя.
— Возможно, все это пустяки, но несколько дней назад я видел здесь неподалеку кое-что странное, — начал Оуэн, усевшись в одно из удобных, обитых кожей кресел.
И он рассказал про хижину, которую вместе с Хью видел в имении Кеньона.
— Интересно… — задумчиво произнес Никлас, когда Оуэн закончил. — У тебя есть какое-нибудь мнение насчет того, что все это может значить?
— Сдается мне, что хижину используют для переработки высококачественной металлической руды, — медленно проговорил Оуэн. — Может быть, содержащей золото, но скорее всего серебро.
— Разве это возможно? — изумленно спросил Никлас. — Я знаю, что время от времени в Уэльсе находят золото и серебро, но всегда понемногу и к тому же не в наших краях.
— Иногда очень чистое серебро находят в виде комков, которые называются проволочным серебром, — объяснил Оуэн. — Как-то раз я видел образчик, найденный неподалеку от долины Эббоу. Удивительная это была штука — не руда, а металл, да такой чистый. Для того чтобы делать из него слитки, достаточно было бы одной очень жаркой печи вроде той, которую я видел в хижине в лесу. Не думаю, что серебро встречается в угольных пластах, но помнишь тот заброшенный штрек, о котором я тебе говорил, что угольный пласт там сходит на нет и затем начинается другая порода? Не исключено, что в этой породе есть и серебро. Никлас сдвинул брови, задумавшись.
— Наверное, Уилкинс наткнулся на серебро и сообщил о нем только одному человеку — Мэйдоку. Если металл встречается в виде небольших самородков
— Но почему Уилкинс пошел к Мэйдоку, вместо того чтобы оставить такую цепную находку себе? — спросила Клер.
— Най Уилкинс недостаточно умен для того, чтобы плавить и продавать серебро в одиночку, без опытного компаньона, каким и является Мэйдок, — ответил Оуэн. — Если наши догадки верны, эти двое кладут себе в карман неплохие деньги.
— Это как раз то, что мы искали! — От возбуждения Клер чуть не вскочила со стула. — Договор аренды разрешает арендатору добывать из земли только уголь, но не передает ему права на добычу других минералов. Если Мэйдок и Уилкинс выносят из шахты серебряную или какую-то иную ценную руду, то у вас есть все основания расторгнуть договор. Даже если лорд Майкл не знает о том, что делают его работники, все равно его компания наверняка несет юридическую ответственность за присвоение ими того, что принадлежит вам.
На мгновение в комнате воцарилась тишина, затем Никлас издал торжествующий вопль, вскочил со стула и сгреб Клер в охапку, чтобы поцеловать. Однако он вовремя вспомнил, что поцелуй этот должен быть коротким и невинным.
— Я встречался с лордом Майклом Кеньоном в Лондоне, — повернувшись к Оуэну, сказал Никлас. — Он был в армии, воевал на Пиренейском полуострове, поэтому и не занимался делами шахты. Поскольку в нашем разговоре он наотрез отказался предпринять какие-то меры, чтобы изменить ситуацию к лучшему, мы с Клер ломали голову над тем, как отобрать у него право на аренду. И теперь, слава Богу, у нас есть для этого повод — благодаря тебе и Хью. Оуэн улыбнулся.
— Вот именно — слава Богу. Ты должен благодарить его, а не меня. Трудно поверить, что Хью отыскал дорогу к хижине и привел туда меня всего лишь по воле случая.
Не желая отклоняться от темы и углубляться в теологию, Никлас сказал:
— Но пока что все это только догадки — а нам нужны свидетельства очевидцев. Ты не мог бы еще раз взять меня с собой в шахту? Если мы двое сможем под присягой дать показания, что видели, как там незаконно добывается что-то помимо угля, я обращусь в суд, расторгну договор аренды с Майклом Кеньоном и стану управлять шахтой сам.
Оуэн нахмурился.
— Спустить тебя в шахту будет непросто. После того как Мэйдок запретил тебе появляться на территории шахты, он приказал немедленно сообщить ему, если тебя там заметят. Рукоятчик, который работает возле устья главного ствола шахты, — человек порядочный, но он никогда не пойдет против Мэйдока.
— А как насчет того, чтобы спуститься ночью? Когда мы окажемся под землей, нам будет уже все равно, который час.
— После твоего первого посещения Мэйдок велел обнести территорию шахты забором, и по ночам се охраняет сторож да еще и сторожевая собака: Мимо них мы, может, и пробрались бы, по нам все равно не удастся незаметно запустить лебедку — это невозможно. Все шахтеры считают, что Мэйдок малость помешался, раз тратит столько усилий, чтобы не пускать тебя на шахту. — Оуэн пожал плечами. — Правда, мы и без этого всегда считали его слегка помешанным.