Розыгрыш
Шрифт:
– Если мне суждено вернуться домой живым, - высказался Кейси наконец, я прямым ходом отправлюсь в психушку - проверяться.
Машина резко вильнула, но тут же выровнялась. Нервишки у Мерфи пошаливали. Он огрызнулся:
– Ну вот, только отвлекаешь меня.
И опять припал к рулю. Несколько миль фары высвечивали только заснеженную пустыню. Скоро обзор сузился до нескольких ярдов. Косые белые полосы окружали их. Снова повалил снег. Сосны, маршировавшие по крутым склонам вдоль дороги, скрылись. Один раз переднее правое колесо угодило-таки
– Мать честная - нету!
– воскликнул он наконец.
– Чего нету?
– Бутылки.
Мерфи автоматически нажал ногой на тормоз. Машину повело из стороны в сторону, потом она выровнялась, описала медленный круг, снова выровнялась и остановилась.
– Куда она подевалась?
– Должно быть, выпала, когда я выталкивал машину из ямы.
– Что же делать?
– А что, черт возьми, тут сделаешь?
– Похоже, что ничего. Где ее теперь искать?
– Давай жми дальше, - заключил Кейси.
Они ехали, а ноги у него мерзли все сильнее. Ему уже было плевать на ИРА, потому что он знал - он все равно умрет от воспаления легких. Раза два Кейси чихнул. Следующие полчаса оба только и думали о бутылке виски, которую постепенно заносит снегом, но вот Мерфи взглянул на их потерю иначе.
– Чего там, - утешил он Кейси, - хорошо еще, что она была неполная.
Наконец они переехали через горбатый мостик в низине и вырулили налево, к автостоянке перед баром Джона-Джо Флинна. Два заправочных насоса походили на снеговиков, окна были занавешены, дверь плотно закрыта. Джон-Джо не поверил своим глазам. Он затащил путешественников в бар и усадил возле камина, там жарко горел огонь, отражавшийся в металлических и стеклянных поверхностях. Несколько раз Джон-Джо повторил:
– Ну, доложу я моему папаше! Мистер Кейси! Мистер Мерфи! Слава тебе, господи!
Он не дал им и слова сказать, а сразу же побежал к стойке и вернулся с двумя наполненными почти до краев стаканами - выпить за встречу.
– Первым делом - прогреться изнутри, - сказал он, - и снять ботинки с носками. Насквозь ведь промокли. Себе он тоже налил и теперь поднял стакан.
– Slainte, - сказал он.
– Slainte Mhor, - ответили они.
– А у вас хороший товар не переводится, - похвалил его Кейси.
– Погодите, - сказал Джон-Джо, - сейчас я еще закусить принесу.
Он скрылся в кухне, и какое-то время они сидели одни. На каменном полу отпечатались их мокрые следы, с висевших на вешалке пальто капало. В комнате пахло бакалеей, спиртным, теплым дымком. В центре потолка висела керосиновая лампа, она высвечивала на полу желтый с черными зазубринами круг. Ее слабенькое шипение успокаивало друзей. Вернулся Джон-Джо - с чайником и тарелкой мяса, которое они мигом проглотили. Говорили о погоде, об общих знакомых, о том о сем. Потом
– А мы по делу приехали, Джон-Джо. Джон-Джо улыбнулся:
– Да я уж понял, что не просто природой полюбоваться. Они посмеялись, потом Мерфи вытащил из кармана "Дейли эко" и разложил газету на столе.
– Вот из-за чего мы приехали. Из-за фотографии, - добавил он, прочитав на лице Джона-Джо полное недоумение.
Джон-Джо напялил очки и с серьезным видом склонился над фотографией.
– Ну, доложу я моему папаше, - сказал он наконец.
– Стало быть, этот малый и не думал шутки шутить.
– Какой малый?
– спросил Мерфи.
Джон-Джо сунул очки обратно в карман. Они мешали ему разговаривать.
– Да тот, что был здесь с неделю назад. Заявляется сюда, словно с неба свалился, здоровенная камера при нем, и говорит с английским акцентом. И меня откуда-то знает. "Вы, говорит, - мистер Джон-Джо Флинн?" "Да, отвечаю, - так нарек меня священник, когда держал в купели, а что вы хотите?" Он глянул по сторонам, будто боялся, что кто-нибудь подслушает. Потом говорит: "Dia Dhuit". Ну, я в ответ "Dia's Muire Dhuit", а сам думаю: вот фокусы какие, англичанин, а знает по-ирландски. Тут он наклонился ко мне и шепчет в самое ухо: "Я от Моськи".
– От Моськи?
– переспросил Мерфи.
– Точно не уверен, но вроде так, - сказал Джон-Джо.
– Сами знаете, какая у этих англичан каша во рту. Ну, я не стал допытываться, о чем это он, и он остался ночевать. А наутро после завтрака и говорит: я, мол, приехал, чтобы сфотографировать учения ИРА.
– А вы ему что?
– Ну что такому психу скажешь? Я ему подыграл. Это, говорю, очень серьезное дело, первого встречного на маневры ИРА не пошлешь, тут надо как следует подумать.
– А он что на это?
– Что и раньше. Я, говорит, от Моськи. По-моему, он на этой Моське немного того. В общем, через полчасика я, чтоб от него отвязаться, сказал: мол, около двенадцати, возможно, возле Рыбачьего мыса что-нибудь да будет. Только, говорю, не дай бог, увидят вас, тогда пиши пропало. А про ребят я забыл вчистую.
– Про ребят?
– повторил Кейси.
– Ну да, несколько дней назад они здесь сговаривались. Джон-Джо навострил уши - послышался рев мощного двигателя, да такой, что задрожали стекла. Потом наступила тишина.
– Это Лар Холохан с помощником. Обождите минутку.
Он пошел отпереть дверь, и Мерфи с Кейси переглянулись. У обоих было чувство, что они оказались в центре очага нелегальной деятельности.
– Он ему сказал "от Маски", - прошептал Кейси, что и так было ясно.
– Знаю, - бросил Мерфи. После выпитого нервы у него и вовсе разгулялись.
Шофер грузовика с помощником уселись рядом с друзьями, а Джон-Джо побежал на кухню за чаем, хлебом и мясом. Суровый выдался вечерок, сказал шофер, не иначе буран будет. Когда они собираются возвращаться?