Рудимент
Шрифт:
Милый Питер, я так шучу, это страшный юмор, я понимаю, но если тебе надоест жить, попроси Роби нарисовать что-нибудь.
Он ведь добрый, он тебе удружит! Прости, прости, милый, я совсем не хотела тебя стращать, просто я выпила и несу всякую чушь. Да, представь себе, я выпила настоящего виски! Кошмар! Впрочем, теперь почти неважно, проживу я на пару дней дольше или нет. Какая разница, что вредно, а что — смертельно вредно? Самым вредным, ха-ха-ха, было знакомство с тобой… Пожалуйста, не обижайся, милый. Я счастлива, что именно ты стал моим первым, но это правда. Если бы не ты, я не сбежала бы из Крепости.
Уже скоро… Уже совсем скоро я закончу приготовления, и если все пройдет удачно, ты станешь
Я люблю тебя, сладкий мальчик.
Ты будешь меня вспоминать?
22. НАСТЕННАЯ ТОСКА
Я знаю относительно Роби гораздо больше, чем Дженна. Но с некоторых пор я предпочитаю не проявлять излишнюю осведомленность. Куколка не способна держать язык за зубами.
Я никогда не забуду, что именно с ней потерял невинность, и вечно останусь ей за это благодарен. Хотя в книгах и кино педалируют фразу, что за секс, мол, не благодарят, что это удовольствие на двоих… К моему случаю это не относится. Я реально смотрю на вещи. Ни одна женщина не пойдет за меня замуж и не погубит жизнь на уход за уродом. Я знаю, что тут есть проститутки, специализирующиеся на обслуживании таких, как я. Более того, мне попался на глаза материал с предложением сниматься в порно; находятся извращенцы, которые бы выложили пару сотен, чтобы подрочить, подглядывая за нами с Куколкой. Так что, если моих мозгов не хватит на чужие рефераты, дипломные работы и разгадывание кроссвордов, я смогу переквалифицироваться в порнозвезды. Опыт имеется.
Что бы с нами не случилось, Дженна останется моей женщиной. И неважно, что всю, так сказать, мужскую работу ей пришлось взять на себя. Она столь трогательно заботилась, чтобы я не почувствовал себя хуже, ведь за три года у меня случились-таки два припадка, но не сильные… Куколка невероятно старалась, хотя сама ничего не умела, подозреваю, что я был к тому времени гораздо больше озабочен и в десятки раз лучше подкован… Подкован благодаря мудрому Пэну Сикорски, который придумал для нас с Винченто новую работенку. После невинных серий с обжиманиями в раздевалках предстояло озвучить кое-что похлеще. Могу лишь одно сказать: здорово, что я не свихнулся на почве секса, все к тому и шло. Я имел глупость приоткрыть перед Дженной самый краешек наших творческих исканий, и глаза у нее превратились не просто в блюдца, а скорее, в начищенные сковородки…
Милая Куколка, она так старательно строила из себя опытную даму, а сама боялась не меньше моего.
— Зачем тебе нужен урод? — теребил я ее. — Ты можешь начать интимную жизнь с красивым парнем, заиметь семью и счастье…
— А я, по-твоему, не урод? — надулась она. — Я восемь месяцев в году провожу в Крепости. Это как назвать? И при чем тут парни, если я тебя люблю?
— Нельзя любить инвалида! — сопротивлялся я больше для проформы, конечно, мне льстило ее внимание. Иногда я думал, что было бы, окажись на ее месте другая девушка. Тоже стала бы со мной, от скуки, возиться, и пошла бы на секс-эксперименты, чтобы потом нашептать подругам о таком необычном опыте? Ведь женщин тянет к необычному, я об этом много читал.
Грандиозная фраза, следует запомнить…
Интересно, что у меня и Дженны были совершенно разные цели, когда она стянула с меня штаны и, закусив губу, устроилась сверху. Я находился в полной прострации, вглядывался в ее перекошенное личико и даже не успел поймать момент, когда для меня все закончилось. Вряд ли Дженна испытывала страсть, среди девушек это редкое явление, хотя я сужу по книгам. Она задумала — и осуществила ритуал. Обряд конфирмации и одновременно — акт неподчинения всему, что над ней тяготело.
Я читаю ее сумбурные, пьяные исповеди и со стыдом признаю, что так и не удосужился проникнуться ее проблемами. Меня ни разу не удивила ее самоотдача, я
Я осведомлен слишком хорошо. А не знаю я пока одного — как половчее прикончить малыша… Ведь он не слышит приказов.
Роби восемнадцать, в нем почти двести фунтов веса, полно лишнего жира, а его рыхлая кожа напоминает медленно варящийся гороховый суп. Несмотря на сбалансированное питание, он ухитряется игнорировать наиболее ценные продукты: или выплевывает, или незаметно выбрасывает. Он остается большим ребенком, остановившимся в развитии на уровне пяти лет. Но он не кретин, он всего лишь пятилетний мальчик с присущими возрасту маленькими хитростями. Он способен, например, сделать вид, что проглотил кусок рыбы, а потом отойти, выплюнуть ее на клумбу и закопать. Его выдержки хватает, чтобы ходить с этой рыбой во рту не меньше часа. Как следствие авитаминоза, у него постоянно возникают на коже фурункулы. Волосы на лице почти не растут, я подозреваю, что половой зрелости он никогда уже не достигнет. В этом его счастье. Быть мужчиной и не иметь возможности реализовать либидо — это изнурительное наказание. От этого Роби спасен.
Я в достаточной степени изучил его способности. Сомневаюсь, что Куколка меня поймет. Все дело в изображениях.
Изображение, с научной точки зрения, это ощущение, возникающее в организме под действием электромагнитной энергии на зрительный анализатор. Данное ощущение вызывает ответное действие, и не только в мозгу, но и на уровне подсознания. То есть, когда я смотрю комедию, голова моя переваривает увиденное в смех, и поднимается настроение, но в то же время в организме идут более глубокие процессы. Например, желудок лучше переваривает котлету. Подсознание незаметно воздействует на внутренние органы. Потому что изображения, будь то телевизор или рождественская открытка, активны по отношению к организму.
И многие из них агрессивны.
Я прочел несколько десятков статей по данному вопросу. К сожалению, приходится часто обращаться к словарям: мой английский еще хромает. Что такое агрессивные изображения? Вариантов много, но самыми опасными признаны периодические структуры, полоски, квадраты, повторяющиеся мелкие рисунки. В живой природе, в естественной среде, они практически не встречаются.
Самый простой пример — фасады небоскребов с бесконечными одинаковыми рядами прямоугольных окон, глазу не за что зацепиться. При постоянном, многолетнем воздействии подобных структур на зрение у человека развиваются неврозы, психозы и банальные стрессы. Три четверти урбанизированного населения планеты ежедневно подвергаются агрессии. Но никто не умирает, так как нервная система активно выбрасывает в кровь вещества-компенсаторы. Тот же самый адреналин, к примеру. Мы живем и наращиваем число умалишенных, не догадываясь даже о корнях явления.
В процессе видения глаз бессознательно совершает разные движения, пытаясь зацепиться за точку фиксации. Когда глазу не за что зацепиться, обозревая периодические структуры, возникают утомление и значительная нервная перегрузка.
Я видел рисунки Роби.
Они не способны довести человека до могилы. Куколка во всем видит крайности. Но злой гений Роби переносит на бумагу квинтэссенцию беспокойства.
Для желающих умереть его рисунки — прекрасное подспорье.
Винченто проворонил, что паренек рисовал для меня. И навел на мысль подговорить малыша к творчеству на свежем воздухе не кто иной, как Барков.