Ругисэпра
Шрифт:
Пока монах вел друзей по лестнице из белого мрамора, опоясывающей стену монастыря, они с удивлением разглядывали древнюю кладку, каменные барельефы и галереи. Гилатэриан выглядел особенно растерянно и будто бы специально искал возможность отвлечься от тяжких мыслей.
– Лианланд, а почему лестница в твой храм выстроена в форме серпантина? Я такого нигде не видел, – спросил он.
– На самом деле мои предки строили этот храм в течение многих веков. Возводя каждую ступень, они произносили защитное заклинание, пока храм не был полностью защищен до самой вершины.
– У тебя есть где-то подъемник? – спросил Хломитор.
– Нет, если вы идете с добром, то вы не почувствуете тяжести. Наоборот, вы легко будете подниматься по лестнице.
– А если придет зло? – спросил Гилатэриан.
– Враг сможет подняться только на пару ступеней, и его тело начнет гореть, пока не сгорит дотла. Поэтому недругам лучше сюда не приближаться.
Галатэриан глубоко вдохнул и задержал воздух:
– Как же здесь красиво! – произнес он на выдохе, – водопад и монастырь, высеченный в горе – величественный и неприступный. Хломитор, а ты когда-нибудь видел фиолетово-голубой водопад? – спросил он.
– Здесь правда очень красиво и спокойно. После непростого путешествия нам именно этого и не хватало.
Лианланд и его спутники не заметили, как добрались до последней ступени всего за несколько минут.
– Я же говорил, что это проще, чем вам кажется, – сказал Лианланд.
Перед ними стояла сводчатая арка, а внутри нее – большая потемневшая от времени дубовая дверь. Лианланд коснулся двери, и она открылась.
Гости с монахом проходили через множество белых коридоров, пока наконец не остановились у неприметной низкой дверцы. Лианланд вошел в келью, путешественники последовали за ним. Они увидели перед собой высокое и узкое окно, затянутое золотистой слюдой.
Стены кельи были такими же белыми, как и коридоры монастыря. Убранство самое простое: деревянный топчан, полки с книгами, стол, лавки вдоль стен.
Гилатэриан выглянул в окно и сказал:
– Надо же, уже стемнело. Звезды так близко, будто я даже могу дотронуться до них рукой.
Рядом с монашеским ложем стоял столик, на нем лежал аккуратный маленький букетик из розовых цветов. Лианланд подошел к нему и коснулся лепестков.
– Этот букет мне подарила Ругисэпра, он постоянно цветет. В нем содержится ее солнечная энергия.
– Как же мне ее не хватает… – тихо произнес Гилатэриан.
– Что произошло? На вас нет лица. Где Ругисэпра?
Хломитор вытащил из плаща огненное сердце Ругисэпры, он держал его в ладонях. Объяснений не требовалось – Лианланд все понял, хоть и не поверил своим глазам.
– Это все, что осталось от нее?
– Да, она просила, чтобы ты надежно сохранил ее сердце. Она знала, что тебе можно верить.
– Я выполню ее последнюю волю, – сказал монах тихо, но твердо.
Лианланд позвал друзей за собой и направился в самое защищенное место в храме. Они втроем зашли в крохотную и темную комнату, он положил сердце на лилово-серебряную подушечку, которая находилась на маленьком столике, отошел на пару шагов,
– Здесь оно будет в безопасности. Я о нем позабочусь.
Они втроем стояли совершенно безмолвные, опустошенные. Им очень не хватало уверенности, твердости, тепла и умения находить выход из безвыходных ситуаций. Ругисэпра была их солнцем, которое всегда знало, какие слова подобрать для каждого. Даже в минуты, когда человеку казалось, что он совсем одинок, она согревала его теплом своей души.
Никто из них не осмеливался прервать молчание. Вдруг их что-то привлекло в окне. Среди темного ночного неба появился солнечный луч. Золотистая паутина нарисовала на стекле букву «Р». В эту же секунду они услышали звонкий смех богини. Потом они услышали ее голос:
– Дорогие мои, мое тело сейчас трансформируется и становится эфирным. Я всегда с вами, знайте это. Возможно, вы обо мне еще услышите.
В келье воцарилась тишина.
– Вы что-нибудь понимаете? – спросил Гилатэриан.
– Я нет, – ответил Хломитор. – Одно могу сказать точно: я ей обещал выполнить свое предназначение, и я это сделаю.
– Ты же помнишь, что я с тобой, друг? – спросил Гилатэриан.
– Я рад этому. Миссия сложная, нам нужно держаться вместе. Надежное плечо в этом деле особенно важно.
Лианланд по-прежнему смотрел в окно в надежде услышать еще хоть что-нибудь от Ругисэпры, но больше она ничего не сказала. Он повернулся к друзьям и сказал:
– Вы обо мне не забыли? Куда бы вы ни направлялись, я пойду с вами.
– Ты уверен, что хочешь с нами? Ты обычно не покидаешь свой храм.
– Это вы так думаете. Я буду рад оказаться вам полезным и сделать что могу для Ругисэпры и для спасения нашего мира от Теньчара.
Хломитор и Гилатэриан переглянулись.
– Конечно, Лианланд, мы возьмем тебя с собой, – Гилатэриан пожал его руку.
***
Вечером к Лианланду в библиотеку зашел Гилатэриан. Монах сидел за дубовым столом, погруженный в чтение. Комната была уставлена бесконечными шкафами с книгами, а сверху помещение освещала роза аквамаринового цвета с нежно-розовыми прожилками, посыпанная перламутровыми жемчужинами. Эта роза была помещена в прозрачный шар и прикреплена к потолку.
Гилатэриан услышал голос Лианланда:
– Это Ругисэпра подарила. Она наполнила эту розу жизненной энергией и сказала, что цветок будет гореть вечно. Чудесный подарок! – Лианланд отложил в сторону книгу. – Тебе захотелось поговорить, Гилатэриан?
– Если честно, то был бы рад, – скромно ответил Гилатэриан.
– Я считаю своим долгом уделять внимание гостям, поэтому присаживайся. – Монах показал ему на большое и уютное кресло рядом со столом.
Гилатэриан сел. Из книги, которую читал Лианланд, выбрались две белоснежные чашки с уже налитым чаем, одна из них подбиралась к краю стола, где сидел Гилатэриан. Он сделал глоток и спросил:
– Лианланд, а ведь я о тебе так мало знаю. Расскажи мне о себе.
Монах приподнял брови.