Руины
Шрифт:
– Вы, джедаи, через свою связь с Силой, уверен, прекрасно знаете, в каком тесном контакте друг с другом находятся все живые организмы. Сегодня вы вошли в такой же контакт с Матерью Джунглей и иторианским народом. Наши судьбы теперь тесно связаны. Мы приветствуем вашу отвагу и искренность. Мы дарим вам нашу поддержку и любовь. Как любая ткань всегда крепче, чем отдельные волокна, так и мы, объединившись, будем сильнее и отразим любую угрозу.
Иторианец еще раз пожал руку мастеру Скайуо-керу, после чего стал пробираться к выходу. По пути он остановился лишь однажды, чтобы по-отечески положить руки на плечи
Люк дождался, пока дверь за верховным жрецом закроется, и выступил вперед.
– Вы все знаете, что конкретная роль в грядущих событиях каждого из вас еще не определена. Оборонительная тактика пока только вырабатывается, и, если хотите, вы можете ознакомиться с несколькими предварительными планами боевых действий, которые содержатся в компьютерной сети. Позднее я каждому из вас раздам персональные задания. Кип хмуро посмотрел на учителя.
– Вы разделили с нами свою ответственность, тем не менее то, как мы будем ее использовать, по-прежнему вне нашей компетенции?
Люк натянуто улыбнулся.
– Я разделил с вами ответственность за свои собственные поступки. Не за деяния военных. Им решать, как будут развиваться события на Игоре, наше дело - только определить, как джедаи могут наилучшим образом выполнить их поручения.
Он обвел взглядом присутствовавших.
– На этом все. Да пребудет с вами Сила! Джедаи разбились на кучки и стали медленно разбредаться. Люк же шел в совершенно конкретном направлении: к двум своим любимым племянникам. Он положил руки каждому на плечо.
– Я очень горжусь вами сегодня. Верховный жрец как-то заявил, что джунгли - не место для детей, так вот, вы двое сегодня своими речами доказали, что уже давно вышли из детского возраста.
Джейсену досталось прикосновение искуствен-ной руки дяди.
– Спасибо, учитель.
– Да, спасибо, дядя Люк, - улыбку на лице Анакина сменило выражение твердой решимости.
– Я готов выполнить любое твое поручение, не важно, насколько сложным оно будет.
Ганнер тихо хихикнул.
– Зная твой опыт в сражениях с йуужань-вон-гами, тебя следовало бы назначить командиром нашего отряда.
Люк удивленно уставился на джедая, так бесцеремонно влезшего в их разговор.
– Не уверен, что он удержит на плечах такую тяжелую ношу. Возможно, в будущем…
Даешара'кор пробилась сквозь толпу джедаев и смущенно застыла в нескольких метрах от Скайуо-кера.
– Мастер, не могли бы вы уделить мне минутку. Люк обернулся.
– Конечно, присоединяйся к нам.
– Да, мастер, - женщина приблизилась еще немного и стала разглядывать пол под ногами. Подергивания лекку отчетливо выдавали ее нервозность.
– Я только хотела поблагодарить вас за доверие, за то, что вы позволили мне прийти сюда, принять участие в этой церемонии. Я много размышляла над собой в последнее время, но если бы меня не заставили сегодня произнести эту клятву, я бы, возможно, так до конца и не осознала, что я могла наделать. Моя ненависть поработила меня так же, как когда-то превратили в рабыню мою мать. Нет, я не сожалею, что стала бороться против рабовладельцев, как и против йуужаньвонгов, просто у меня были неверные побуждения. Надо сражаться во имя свободы, а не в поисках возмездия.
Одобрительный кивок мастера-джедая
– Этот урок должен усвоить каждый из нас. Я рад, что ты снова с нами, Даешара'кор. Чтобы дать отпор захватчикам, нам потребуются лучшие бойцы, и теперь мне кажется, что я собрал здесь самых лучших.
Подключившийся к разговору Корран только добавил:
– Нам остается лишь надеяться, что самых лучших будет достаточно. Я до сих пор не могу избавиться от предчувствия, что битва за Итор может стать последней для многих из нас. И если мы не остановим их здесь, то, возможно, оставшиеся в живых будут завидовать тем, кто навсегда слился с Великой силой.
26
Шедао Шаи извивался в «объятиях боли», но уже не испытывал того сладкого чувства упоения, которое они дарили ему раньше. Он освободился и попробовал уцепиться рукой за один из усиков и повиснуть на нем все телом, отчего плечевой сустав напрягся и захрустел. Но боль почему-то только утомляла, и он бы даже разжал хватку и свалился на пол, если бы не боялся таким образом обесчестить себя и показать слабость в глазах подчиненного.
Дэйн Лиан вошел в его апартаменты на корабле «Наследие страданий» и застыл на пороге. Шедао медленно обернулся.
– Надеюсь, у тебя есть причина, из-за которой ты решил нарушить мое уединение?
– Да, предводитель, их множество.
– Назови мне самую вескую. Невысказанная угроза заставила Лиана содрогнуться, и Шедао Шаи втайне испытал удовлетворение от этого. Его подчиненный не поднимал взгляда и не мог скрыть дрожи в голосе.
– Мой вождь, мы считаем, что выяснили, что же хотели скрыть от нас эти джиидайи на Гарки.
– В самом деле? Вы потратили на это так много времени. Почему ты считаешь, что именно сейчас вы добились успеха?
– Как вы помните, предводитель, у нас были сложности со зверькамизондами, которых мы использовали в работе. Они давали слишком высокую вероятность ошибки. Мы предположили, что во время их разведения мы пропустили какой-то дефект, и решили взять партию из другой кормушки. С тем же результатом.
– Да, я помню, как ты несколько дней подряд утомлял меня извинениями, - гаркнул Шедао.
Лиан нервно переступил с ноги на ногу.
– Те существа, которых мы использовали, сходны по своему строению с вондуун-крабами. Мы внимательно обследовали их и обнаружили в их дыхательных путях крупинки пыльцы, из-за которой происходило воспаление. Наши зонды умирали из-за аллергии на пыльцу. Вондуун-краб также подвержен такой аллергии, причем реакция происходит значительно быстрее, чем у зондов.
Шедао Шаи несколько секунд бездвижно висел на отростке «объятий», совершенно забыв и об усталости, и о боли - настолько его ошеломило известие о том, что его бойцы стали жертвой не позорных джиидайеб и не бездушных машин, а естественного элемента окружающей среды. Но это открытие могло иметь серьезные последствия. Первым из них, конечно, было то, что у неверных появлялось сильное преимущество над его войсками в виде нового биологического оружия. И нет никакого сомнения, что противник воспользуется им. Сам Шедао, по крайней мере, не колебался бы ни секунды над вопросом его применения. Совсем неожиданно любая крупная битва могла обернуться для нею настоящей катастрофой.