Рукопись Ченселора
Шрифт:
– Мне казалось, вам известно, кто такие маньяки. – Питер пил кофе, внимательно поглядывая на О’Брайена.
– Только некоторые из них, – ответил агент. – Мы уже можем поговорить?
– Еще минутку. – Головная боль стихала, но Ченселору требовалось несколько минут покоя, чтобы она окончательно прошла. – Спасибо за заботу об Элисон.
– Не стоит благодарности. У меня есть племянница ее возраста. Они очень похожи. Такое же волевое приятное лицо. Не просто красивое, понимаете?
– Понимаю… – Головная боль у Питера почти прошла. – Что означали цифры, которые называл коридорный?
Агент
– Банальный, но эффектный прием. Вы, вероятно, встречались с ним в шпионских романах. Мы применяем прогрессии или временные промежутки…
– Например?
– Берется простой цифровой код. Я прибавляю к ответу определенную цифру.
Тот, с кем я вступаю в контакт, прибавляет или вычитает свою цифру, причем отвечать он должен довольно быстро.
– А если он не сумеет этого сделать?
– Вы видели, что я уже вынимал пистолет? Мне никогда не доводилось применять оружие в таких случаях, но я бы не поколебался и пристрелил его через дверь.
Ченселор поставил чашку на стол.
– Теперь поговорим.
– Хорошо. Что произошло?
– Бромли выследил меня и пытался убить в поезде. Мне повезло, ему – нет. Он убежал от меня и бросился под колеса поезда.
– Бромли? Это невозможно.
Питер сунул руки в карман и вытащил револьвер, который выбил из рук старика:
– Из этого револьвера был сделан выстрел через сиденье в третьем или четвертом вагоне двухчасового поезда. Я из него не стрелял.
О’Брайен поднялся из кресла и подошел к телефону. Набирая нужный номер, он сообщил:
– Человек, которого мы прикрепили к Бромли, имел официальное задание. Мы можем связаться с ним сразу. – Агент перешел на приказной тон: – Служба безопасности наблюдения по округу Колумбия? Говорит дежурный агент О’Брайен… Да, Чет, это я. Спасибо. Соедини-ка меня… Это О’Брайен. Специальный агент ведет наблюдение за человеком по фамилии Бромли. Отзовите его немедленно. – Куин прикрыл микрофон рукой и повернулся к Ченселору. – Вы не возвращались в отель? Ни Рамиресу, ни кому-либо другому не говорили, что поедете поездом?
– Нет.
– А водителям такси?
– С половины десятого я ездил в такси всего один раз. Водитель довез меня до Бетесды и подождал, пока я освобожусь. Он не знал, что я собираюсь на вокзал «Юнион стейшн».
– Черт побери, но… Да, я слушаю. Не можете? – О’Брайен искоса взглянул на Питера. – Никто не отвечает? Немедленно пошлите дополнительный наряд к отелю «Олимпик». Согласуйте вопрос с полицией, пусть она окажет содействие. Наш человек, возможно, попал в беду. Я позвоню попозже. – Агент повесил трубку, на его лице отразилось явное удивление.
– Что же, по-вашему, случилось? – спросил Ченселор.
– Не знаю. Обо всем было известно только двоим: мне и Элисон Макэндрю. – Агент уставился на писателя.
– Минутку, минутку, если вы хотите сказать…
– Нет, не хочу, – прервал его О’Брайен. – Она была все время со мной, по телефону никому не звонила. Ее звонок не остался бы незамеченным, так как здесь свой коммутатор.
– А люди у отеля? Те, что знают всякие прогрессии?
– Нет. Я дождался отхода последнего поезда, прежде чем сообщить им, что вы можете приехать сюда. О том, каким транспортом
– О чем вы?
Расстроенный О’Брайен присел к столу.
– Бромли знал, где вы с Элисон остановились, и, скорее всего, поджидал вас у выхода. Если это так, то он мог услышать, о чем я говорил Элисон. Мне, пожалуй, придется извиниться, что вас едва не убили.
– Ваши извинения по этому поводу звучат не очень убедительно.
– Что же, вы правы. Ну а Рамирес? Зачем вы к нему ездили?
Переход от Бромли к Рамиресу показался Питеру слишком резким. Ему требовалось какое-то время, чтобы отогнать образ старика. Но он уже твердо решил, что теперь расскажет агенту ФБР все. Он сунул руку в карман и достал окровавленный листок, на котором были написаны имена и фамилии.
– Варак был прав, когда сказал, что ключ к разгадке – Часон.
– Это-то вы и скрыли от меня, когда мы говорили по телефону, не так ли? – спросил О’Брайен. – Из-за Макэндрю и его дочери. Ну а Рамирес, он был в Часоне?
Питер кивнул:
– Я уверен в этом. Они все что-то скрывают. Мне кажется, тут какая-то тайна, о которой знают многие. И даже двадцать два года спустя они не могут отделаться от страха. Но это только начало. Что бы ни скрывалось за событиями в Часоне, мы выйдем на одного из этих четверых. – Он передал листок О’Брайену: – Досье Гувера у одного из них.
Агент прочитал список и побледнел:
– Бог мой! Вы имеете хоть какое-нибудь представление о том, кто эти люди?
– Конечно. Есть, правда, и пятый, но Варак не пожелал его назвать. Он очень уважал его и не хотел причинять ему вреда. Варак был уверен, что кто-то из четверых использовал досье, но пятый этого сделать не мог.
– Интересно, кто он.
– Теперь я знаю это.
– Вы преподносите сюрприз за сюрпризом.
– Я узнал об этом от Бромли, хотя тот и не догадывался, что сообщил мне нечто важное. Дело в том, что я когда-то встречался с этим человеком. Он помог мне выйти из затруднительного положения. Я ему многим обязан. Если вы будете настаивать, я назову его, но предпочел бы сначала поговорить с ним сам.
– Ценю вашу откровенность, однако и вы должны пойти мне навстречу, – сказал О’Брайен после короткого раздумья.
– Выражайтесь яснее.
– Напишите, как зовут этого человека, и вручите записку адвокату, чтобы он передал ее мне по истечении некоторого времени.
– Зачем?
– А вдруг этот пятый убьет вас?.. – Ченселор посмотрел на О’Брайена – тот спокойно выдержал его взгляд. Значит, говорил правду. – Теперь о Рамиресе, – продолжал агент. – Припомните все, о чем он вам рассказывал. Как держался при этом? Какое отношение имел к Макэндрю, к Часону? Как вы узнали об этом? Зачем ездили к Рамиресу?