Руна Гибели
Шрифт:
Порождающая в последний раз просканировала окрестности и двинулась к турникету. В последний момент ей показалось, что ее спину сверлит чей-то внимательный взгляд. Замедлила шаг, но не обернулась, только еще раз провела круговое сканирование. Ничего — никаких аномалий или носителей Силы… Все спокойно. Померещилось от избытка напряжения? Быть может и так. Ну, вперед, а то задние уже недовольно ворчат из-за ее медлительности. Вперед, вперед, навстречу, быть может, тому делу, ради которого она и оказалась в этом проклятом мире с его враждебным окружением. Вот оно, ее предназначение, всего в нескольких часах полета отсюда. И порождающая шагнула к турникету.
Она уже не видела высокого мужчину, который внимательно следил за ее продвижением к самолету. Незнакомец был настолько плотно «закрыт»
Перед бурей
Рим. Аэропорт Леонардо да Винчи. 30 декабря 2010 года
«Режим фантома» по-прежнему соблюдался неукоснительно, так как римский аэропорт должен был охраняться лучше петербургского. Смотрящих и стражей тут наверняка больше. Соответственно, увеличивался и риск провала, который здесь, на самых подступах к цели, был бы особенно обидным. Правда, большинству кромешников такое чувство, как обида, в принципе чуждо. Из прибывшего воинства только порождающие являлись исключением из правила. Во-первых, все они имели весьма приличный стаж пребывания в Базовом мире в человеческих телах. В результате поневоле имела место некоторая ассимиляция, которой определенным образом способствовала и повышенная восприимчивость маток к магической, ментальной и эмоциональной энергии, равно как и их более высокий уровень организации по сравнению с низшими. Последние не испытывали практически ничего, помимо голода и удушающей ненависти ко всему в этой Вселенной, которую они призваны были разрушать изнутри.
Но способность испытывать определенные эмоции отнюдь не была слабостью порождающих. Напротив — она открывала им более широкий спектр возможностей как в области маскировки, так и в сфере осуществления своей главной функции — наращивания поголовья кромешников-солдат и их внедрения в людское общество. Именно поэтому порождающие могли осуществлять более сложные операции, чем низшие, умеющие, по большому счету, только убивать. Правда, до сих пор необходимости в подобных операциях не было. Ситуация изменилась с появлением вершащих — харров. Эти уже были способны поставить задачу, ради выполнения которой порождающим потребовалось бы мобилизовать все свои ресурсы, как умственные, так и физические. И теперь, когда такую задачу, наконец, поставили, «матки» из кожи лезли, чтобы выполнить ее максимально полно и качественно, ибо авторитет приказывающих являлся для них непререкаемым.
Осечек, приводящих к различного рода экстриму, вроде того, который имел место в Пулково, здесь, поблизости от цели, нельзя было допустить. Правда о самой цели даже возглавлявшая операцию порождающая не имела ни малейшего представления. Знала она только одно: объект, на который нацелились вершащие, имел настолько мощную охрану, что даже таким могущественным сущностям, как харры, потребовалось подкрепление.
Что же, порождающая его уже почти привела и не допустит, чтобы дело сорвалось в самый последний момент. Все ей подобные примерно поровну распределились по четырем рейсам, на которых прибыла на Апеннины армия пустотных созданий, и все вели свои отряды в режиме тотальной маскировки и жесточайшей дисциплины, ибо прекрасно представляли, по сколь острому лезвию шагают. Если ввяжутся в бой с анхорами здесь, то понесут серьезные потери и, скорее всего, провалят миссию, за что потом со всей суровостью с них взыщут уже вершащие, чей гнев будет поистине страшным.
Пассажиропоток аэропорта Леонардо да Винчи, известного также как Фьюмичино, оказался даже плотнее, чем в Пулково, что кромешникам было только на руку: затеряться в такой толпе существенно легче, пусть даже близость цели и предполагала усиленную охрану.
Низшие по приказу порождающих просто ушли вглубь своих человеческих тел, оставив лишь минимальные управляющие нити, чтобы не дать их прежним хозяевам самовольничать. А сами порождающие максимально заблокировали собственную
Но дело в том, что на эмоции порождающей накладывались эмоции изначальной владелицы этого тела — Ольги Стебеневой, которой в режиме маскировки пришлось дать довольно значительную свободу. Порождающая лишь тонко манипулировала ее сознанием, внушая рекламщице мысли, не позволявшие последней действовать вразрез с планами кромешницы. Да и что другое, кроме страха и смятения, могла та испытывать после очередного и весьма долгого провала в памяти, к тому же, оказавшись в чужой стране?! А посему, с ее чувствами приходилось мириться, и тщательно отслаивать их от собственных эмоций, чтобы в критический момент они не помешали принять правильное решение. Впрочем, ее следовало слегка успокоить, ибо дергалась она слишком уж явно, чем могла привлечь внимание службы безопасности Фьюмичино, что было совсем уж нежелательно: ведь в ее составе почти наверняка есть анхоровские агенты.
Но успокаивающий импульс слегка запоздал: один из охранников аэропорта приблизился, аккуратно коснулся локтя Стебеневой, испытующе заглянул ей в глаза и спросил на ломаном английском:
— С вами все в порядке? Помощь не нужна?
— Не нужна — спасибо! — выдавила из себя Ольга, подчиняясь управляющим импульсам кромешницы.
Однако паника в ее глазах, видимо, говорила о противоположном, и сомнения сотрудника службы безопасности только усилились. Даже тот минимум особого восприятия, который оставила себе порождающая в «режиме фантома», позволял понять, что охранник этот был самым обычным, и никакого отношения к прихвостням светлых Вторых не имел. Вот только успокаивало все это слабо: если он не отцепится, ею могут заинтересоваться и его куда более проницательные коллеги из числа смотрящих. Ситуацию еще более осложнило то, что шагавшие мимо двое низших притормозили возле них. Если они решат вмешаться, мелкая заминка из потенциальной проблемы мигом перерастет в самую что ни на есть реальную катастрофу. Порождающая внутренне застонала: из «режима фантома» отдавать им телепатические приказы она не могла, опасаясь демаскировать весь отряд, но позволить этим холодным убийцам перейти к активным действиям, пожалуй, было еще хуже.
Идея мелькнула в самый последний момент, когда решение нарушить режим уже почти созрело. Так… Чуть больше нитей управления в свои руки… аура пока не меняется, и глаза не темнеют. Легкое излучение «волны страха» — самое примитивное воздействие, потребляющее минимум энергии, но на обычных людей действующее безотказно. Тоже, конечно, риск, но однозначно меньший, чем прямые ментальные приказы низшим с активацией «кода вершащего».
Видно, что подействовало, так как охранник вдруг изменился в лице. Похоже, больше всего ему сейчас хотелось оказаться подальше от этой странной приезжей.
— Извините, — пробормотал он, отвернулся и спешно направился к выходу из зала.
Позволив себе легкую усмешку, порождающая вновь ушла вглубь, предоставив Ольге относительную свободу в прежних пропорциях. Низшие заняли позиции по бокам, словно охрана, и, похоже, так и намерены были далее эскортировать порождающую, которая, в общем-то, против этого ничего не имела. Так оно даже спокойнее будет.
Несколько секунд спустя она ощутила на себе скользящий маги-взгляд откуда-то со спины и внутренне съежилась, загоняя свое пустотное «я» в самые глубины плотской оболочки. Оба низших непроизвольно приблизились к ней, видимо, тоже чувствуя угрозу. Но взгляд лишь пробежал по ней и устремился дальше. С невыразимым облегчением порождающая «вынырнула» и снова дала легкого ментального «пинка» притормозившей, было, Ольге Стебеневой, после чего та продолжила движение.