Руны
Шрифт:
Я огляделась. Не только она оказалась травмирована. Около десятка людей лежали на земле, с некоторыми были родители, а другие с друзьями. Некоторых из них тоже были из команды, другие обычными учениками старшей школы.
— С ней все будет хорошо? — спросила я Эрика.
— Я не знаю, — ответил он довольно грустным голосом. — Когда я добрался до неё, она потеряла сознание. Я пытался привести ее в чувства, но не получилось, потому что все толкались и паниковали.
— Тогда ты прикрыл ее собой, — прошептала я и погладила его руку. Когда он вздрогнул, я отпустила. — Эрик, ты герой.
Он покачал
— Я помог только одной. Торин помог многим.
— Что ты имеешь в виду? — я оглядела парковку, хотя знала, что Торин ушел.
— Дверь аварийного выхода заело. Он выломал ее.
Я замешкалась, говоря самой себе, что это невозможно, но не смогла помочь даже самой себе.
— Как?
— Не знаю. Люди бились в дверь изнутри, а затем ее сорвали с петель снаружи. Я не видел, как это произошло, но Кондор рассмотрел его из парка и сказал об этом. Вероятно, вторую дверь открыл тоже он.
Кондор был выпускником и плавал баттерфляй. Я понимала, что стоит остановиться с расспросами Эрика, но моя любознательность взяла верх.
— Кто он такой?
Эрик посмотрел на меня и нахмурился:
— Что ты имеешь в виду?
— Торин. Он другой, не так ли? Как Эндрис и те девушки.
Эрик нахмурился еще больше:
— Я не знаю, что в нем такого другого, но он из тех парней, кому можно довериться в экстремальной ситуации. Кто такой Эндрис?
Явно Эндрис не произвел впечатление на него.
—Студент по обмену из Норвегии. Мы встретили его в парке.
—Аа, он был с двумя блондинками в парке.
Вот тебе на, он вспомнил девушек. Мужчины. В тот момент, когда прибыла карета скорой помощи, Кети закрепили на носилках и погрузили в машину, появились ее родители. Там было около пяти человек с серьезными повреждениями, но большинство с незначительными, но также им требовался осмотр. Только Кети была без сознания. Вместо того, чтобы направиться домой, мы сели в машину Эрика и последовали за скорой в медицинский центр Кейвилля. Кора находилась с нами с того момента, как Кейт ушел. Его мама позвонила. Мы также сообщили домой и объяснили, куда мы направляемся.
—О, милая, — я слышала, что мама действительно хотела, чтобы я была дома.
—Мы подождем немного с ее родителями, мам. Они все из нашей команды по плаванию, и мы хотим убедиться, что они в порядке.
Мама вздохнула:
—Хорошо, но будь осторожна. Возвращайся домой так быстро, как сможешь.
Первым кого я увидела в приемной больницы, был Торин. Он сидел в самом дальнем углу в зоне ожидания. Мой желудок перевернулся, а сердцебиение участилось. Зачем он был здесь? Он даже ничего не знал о раненых людях. Мои мысли изменились, когда я увидела, кто сидел в углу отделения скорой помощи —Эндрис и его девушки. Малиина одарила меня самодовольной улыбкой. Мне сразу же захотелось пойти туда и врезать ей. Была ли она как-то связана с отключением света? Возможно, они все стояли за этим. Из разговора между Эндрисом и Торином, который услышала, они хотели чего-то от команды по плаванию. Большинство раненых были пловцами Трояна.
Я заметила, что глаза Торина направлены на нас, его присутствие производило на меня тревожный эффект. Крепче сжав руку Эрика, положила голову на его плечо, когда мы сели. Тем временем приходили в норму в комнате ожидания,
У большинства раненых были растяжения и порезы, которые нужно было зашить, но ничего угрожающего жизни. У Кейт был переломы правой ноги, нескольких ребер и кровоизлияние в мозг. Они сразу же отправили ее в операционную, как только мы оказались здесь. Миссис Хансекер сидела в слезах, и не только она. Лучшая подруга Кети, которую я видела в прошлом году на встрече, тоже плакала. Мистер Хансекер держался мужественно, но было заметно, что он держится ради жены.
Он встал и пошел к нам с Эриком. Медсестра уже прочистила и обработала ссадины на костяшках Эрика и зашивала порез над бровью.
—Спасибо, что защитили мою дочь, молодой человек, — сказал мистер Хансекер и остановил Эрика, когда тот попытался встать. —Нет, не вставайте. Как вас зовут?
—Эрик Севилль, — Эрик протянул левую руку, и мужчина осторожно пожал ее.
—Мистер Севилль. Меня зовут Сет Хансекер, отец Кети, а вон там, — он указал на мать Кети, — моя жена Салли. Мы бы хотели, чтобы вы знали, что вас всегда рады видеть в баре The Oyster.
—Я, эм, спасибо, сер. Я думаю, что все поступили бы так в подобной ситуации.
—В этом вы не правы, — мистер Хансекер взглянув на его жену, затем спросил. —Вы плаваете с Кети?
—Мы все, —Эрик указал на пловцов в комнате.
—Спасибо, — мистер Хансекер посмотрел на нас, его глаза расширились. — Всем вам за то, что вы с нами в эту ночь. Это очень много значит для нас.
Когда он снова вернулся к жене, студенты, которые не знали, что Эрик спас Кети, пристально смотрели на него. Мой взгляд встретился с Торином, не воспетым героем этой ночи. Мне стало интересно, как он чувствовал себя, когда все не замечали его. Выражение его лица не изменилось, даже когда Кора пошла и села рядом... Она оставалась с ним, пока не пришло время уезжать.
Был уже час ночи, когда они вывезли Кети из операционной. Нам не разрешили увидеть ее, но доктор сказал родителям и сестре идти домой. Она была стабильна.
Уличное освещение не работало, я кивнула, когда мы выехали из госпиталя. Кора настояла на том, чтобы поехать домой, и почти валилась с ног, когда мы высадили ее у дома.
—Ты зайдешь? — спросила я, когда Эрик вел меня к моей двери.
—Не сегодня. Сейчас я хочу поехать домой и поспать.
Я коснулась пластыря у него над бровью. Фиолетовое пятно на щеке выглядело ужасно. Я хотела поцеловать его, но не смогла из-за разбитой губы, поэтому легко коснулась его щеки:
— Спокойно ночи. Спасибо за великолепный сюрприз ко дню рождения.
Он скривил лицо:
—Только он закончился довольно дерьмово.
— Не думай так. Он был прекрасным, и я навсегда запомню его. Ты тоже был потрясающим сегодня.
Он нахмурился, ему явно было неудобно из-за моего комплимента. —Я позвоню тебе завтра, — он быстро чмокнул меня в лоб и пошел прочь.
Мама спала на диване в гостиной, свечи стояли на каждой поверхности в гостиной и на кухне. Я задула их, остановилась, когда увидела подарок Эрика, который еще не открыла. Зажав его под мышкой, я разбудила маму.