Русалка
Шрифт:
Ирину захлестнула волна радостного возбуждения. Ей тотчас захотелось спрыгнуть с кровати, выбежать на встречу супругу, и кинуться к нему в объятия. Но ничего подобного не потребовалось.
В комнатушку решительным быстрым шагом входил Петр, а за ним по пятам следовала Нина, и глаза у неё были тревожными.
Ирина села. Радостная улыбка застыла у неё на губах, когда она увидела потемневшее лицо Петра с хмурыми бровями. И на какое-то жалкое мгновение ей показалось, что всё кончено, как прежде уже никогда не будет, что ей придется дорого заплатить за возникшее по её вине недоразумение.
—
Сначала Ирине показалось, что Петр не ответит Нине. Некоторое время он молча, не мигая, смотрел на бледное лицо супруги, и от этого взгляда ей делалось не хорошо, к горлу подступала тошнота. Но потом он медленно повернулся к знахарке.
— О чем ты говоришь?
Ирина не узнала голос мужа. Что произошло за то время, что они не виделись? Неужели его привело в бешенство факт её обмана? Но он так незначителен….. Конечно, она доставила ему кучу переживаний и суеты, но за это она готова извиниться сотню раз!
Или…. Или всё-таки та сумасшедшая добралась до Петра и преподнесла случившееся в ином, искаженном свете?
— Я вашу супругу, Петр Сергеевич, нашла на дороге, под проливным дождем. Бедняжка находилась без сознания, лежала на голой мокрой земле, а рядом с ней стола какая-то женщина в черном, и, извините за смелость предположений, намерения у неё были отнюдь не дружелюбные!
Петр прищурил глаза, и слегка ударил хлыстом, который он по прежнему держал при себе, по ладони.
— Продолжайте.
— А чего продолжать? Вы сами всё видите! Ирина Николаевна в целости и сохранности отлеживается у меня. Слава Богу, ни она, ни дитя не пострадало…
При последних словах Петр резко обернулся и пристально посмотрел на Ирину. Та вначале была шокирована его резкостью и неприступностью, ей даже стало немного обидно, но потом она напомнила себе по чьей вине всё произошло, и негромко произнесла:
— Петр, прости меня и не сердись. Я готова всё объяснить….
Ирина оборвала себя на полуслове. Холодный взгляд Петра не смягчился ни на йоту, он продолжал на неё смотреть так, точно перед ним лежала не молодая женщина, а ядовитая гадюка.
— Я на это очень рассчитываю, — медленно, тщательно выговаривая слова, сказал он.
— Ох, тогда вы тут беседуйте, а я пойду, у меня ещё есть не законченные на сегодня дела. А снадобье от тошноты я тебе приготовила, милая, — Нина подбадривающее улыбнулась и вышла из комнаты.
Ирина заметно нервничала, она поудобнее уселась на узкой кровати и сцепила руки. Она попыталась улыбнуться, но улыбка вышла натянутой.
— Я вижу, что ты очень зол на меня, Петр, и твое состояние вполне понятно. Я очень виновата перед тобой и папой. Вы, наверное, очень удивились, когда вернулись домой с рыбалки и обнаружили, что меня нет? Я надеюсь, что рыбалка прошла удачно, и вы все остались довольны и ночевкой и уловом. Девочки, наверняка, в восторге? — Ирина предприняла ещё одну попытку улыбнуться. — Постой, пожалуйста, ничего не говори. Сначала я…. Ты же знаешь, что по утрам я продолжаю чувствовать
Петр не выдержал и прервал Ирину:
— И ты, конечно, не могла об этом сообщить той же Натальи? Она девка ушлая, наверняка, знает про знахарку и не мало!
— Глупо прозвучит, но я стеснялась…. Думаешь, легко говорить о столь деликатных вещах?
— Наталья — твоя горничная!
— Ну и что? — Ирина не пыталась спорить, говорила мягко, а её глаза молили: «Смягчись, не будь столь суров со мной!» — Мне многие вещи в новинку.
— А почему ты не вернулась в имение до темноты? Почему осталась на ночь у знахарки?
— Моя коляска сломалась, а лошади, будь она неладна, удалось порвать сбрую и убежать. Я подозреваю, что мы её больше не увидим, и ты лишился одной из кобылы. Я оказалась на дороги, совершенно одна. При падении меня хорошо тряхнуло, и я почувствовала себя дурно. Мне было тяжело не то что идти, сидеть было больно! — в сердцах призналась Ирина и подалась корпусом вперед. — А дальше и вовсе странные вещи стали происходить, Петр. Появилась какая-то сумасшедшая женщина, которая вместо того, чтобы мне помочь стала смеяться и открыто радоваться, что я мокну под дождем беспомощная и одинокая…. Петенька, она открыто желала мне смерти!
Петр прикрыл глаза. Бланская через Ирину желала причинить боль ему. Он склонялся к мысли, что у Ираиды Михайловны помутился рассудок на почве переживаний за дочь, и она, таким образом, решила отомстить. В этот момент Бланская беседовала с исправником, и Петр надеялся, что капитан сможет по достоинству оценить сие злодеяние.
— Я знаю эту женщину, — признался он и устало вздохнул. — Долго объяснять, кто она и почему оказалась в нашем уезде. Скажу лишь одно, это мне она желала зла. Но будь покойна, Ирина, больше она тебя не побеспокоит.
У Ирины распахнулись глаза. Так вот что…. А она гадала, что плохого сделала этой незнакомой женщине!
— Ты её видел?
— Да, — Петр продолжил не сразу. — У неё хватило наглости явиться в имении и требовать со мной встречи!
Девушка ахнула и прижала ладошку ко рту. Сколько всего навалилось за день!
— Получается, благодаря ей ты нашел меня, — грустно сказала Ирина и почувствовала, как сердце защемило от тоски. Что-то не давало ей успокоения, и она не могла понять что именно, от чего терзалась ещё сильнее.
— Получается, да. Она точно знала, где ты находишься, в отличие от твоей семьи!
— Петенька, пожалуйста, не надо, прошу тебя! Я уже тысячу раз покаялась за свой опрометчивый поступок! Я поступила очень не разумно и сполна поплатилась!
Ирине бы радоваться, что всё разрешилось благополучно. Она осталась жива, не потеряла малыша, рядом с ней находится любимый муж. Но всегда существует некое «но», которое лишает покоя и не дает спать долгими ночами.
Вот и сейчас Ирина увидела, как Петр отрицательно покачал головой, опровергая её слова, и повернулся к ней спиной. Ирина замерла. Она ожидала чего угодно, но не безразличия.