Шрифт:
Берег Днепра. Мельница
Мельник, дочь его.
Ох, то-то все вы, девки молодые,
Все глупы вы. Уж если подвернулся
К вам человек завидный, не простой,
Так должно вам его себе упрочить.
А чем? разумным, честным поведеньем;
Заманивать то строгостью, то лаской;
Порою исподволь обиняком
О свадьбе
Беречь свою девическую честь –
Бесценное сокровище; она –
Что слово – раз упустишь, не воротишь.
А коли нет на свадьбу уж надежды,
То всe-таки по крайней мере можно
Какой-нибудь барыш себе – иль пользу
Родным да выгадать; подумать надо:
«Не вечно ж будет он меня любить
И баловать меня». – Да нет! куда
Вам помышлять о добром деле! кстати ль?
Вы тотчас одуреете; вы рады
Исполнить даром прихоти его;
Готовы целый день висеть на шее
У милого дружка, – а милый друг
Глядь и пропал, и след простыл; а вы
Осталися ни с чем. Ох, все вы глупы!
Не говорил ли я тебе сто раз:
Эй, дочь, смотри; не будь такая дура,
Не прозевай ты счастья своего,
Не упускай ты князя, да спроста
Не погуби самой себя. – Что ж вышло?..
Сиди теперь да вечно плачь о том,
Чего уж не воротишь.
Почему же
Ты думаешь, что бросил он меня?
Как почему? да сколько раз, бывало,
В неделю он на мельницу езжал?
А? всякий божий день, а иногда
И дважды в день – а там все реже, реже
Стал приезжать – и вот девятый день,
Как не видали мы его. Что скажешь?
Он занят; мало ль у него заботы?
Ведь он не мельник – за него не станет
Вода работать. Часто он твердит,
Что всех трудов его труды тяжеле.
Да, верь ему. Когда князья трудятся,
И что их труд? травить лисиц и зайцев,
Да пировать, да обижать соседей,
Да подговаривать вас, бедных дур.
Он сам работает, куда как жалко!
А за меня вода!.. а мне покою
Ни днем, ни ночью нет, а там посмотришь:
То здесь, то там нужна еще починка,
Где гниль, где течь. Вот если б ты у князя
Умела выпросить на перестройку
Хоть несколько деньжонок, было б лучше.
Ах!
Что такое?
Чу! Я слышу топот
Его
Смотри же, дочь,
Не забывай моих советов, помни...
Вот он, вот он!
Входит князь. Конюший уводит его коня.
Здорово, милый друг.
Здорово, мельник.
Милостивый князь,
Добро пожаловать. Давно, давно
Твоих очей мы светлых не видали.
Пойду тебе готовить угощенье.
(Уходит.)
Ах, наконец ты вспомнил обо мне!
Не стыдно ли тебе так долго мучить
Меня пустым жестоким ожиданьем?
Чего мне в голову не приходило?
Каким себя я страхом не пугала?
То думала, что конь тебя занес
В болото или пропасть, что медведь
Тебя в лесу дремучем одолел,
Что болен ты, что разлюбил меня –
Но слава богу! жив ты, невредим
И любишь все по-прежнему меня;
Не правда ли?
По-прежнему, мой ангел,
Нет, больше прежнего.
Однако ты
Печален; что с тобою?
Я печален?
Тебе так показалось. – Нет, я весел
Всегда, когда тебя лишь вижу.
Нет.
Когда ты весел, издали ко мне
Спешишь и кличешь: где моя голубка,
Что делает она? а там целуешь
И вопрошаешь: рада ль я тебе
И ожидала ли тебя так рано.
А нынче: слушаешь меня ты молча,
Не обнимаешь, не целуешь в очи,
Ты чем-нибудь встревожен, верно. Чем же?
Уж на меня не сердишься ли ты?
Я не хочу притворствовать напрасно.
Ты права: в сердце я ношу печаль
Тяжелую – и ты ее не можешь
Ни ласками любовными рассеять,
Ни облегчить, ни даже разделить.
Но больно мне с тобою не грустить
Одною грустью – тайну мне поведай.
Позволишь – буду плакать; не позволишь –
Ни слезкой я тебе не досажу.
Зачем мне медлить? чем скорей, тем лучше.
Мой милый друг, ты знаешь, нет на свете
Блаженства прочного: ни знатый род,
Ни красота, ни сила, ни богатство,