Русский Союз
Шрифт:
Сосчитав до пяти и подняв голову, я тут же наткнулся на глаза главного механика.
«Леша, только не сейчас. Ты же знаешь, как он работает. Не заменю: некем заменить».
«А травма? Сам убьется и людей угробит! И пример какой?»
«Я же здесь… Послежу. Он спец, давай после».
Вот такой обмен. Следи, следи, механик…
Я уже докурил, когда Заветный Синий Чемодан наконец-то притартали, в полутьме тихо звякнули замки, и уже через три минуты яркий свет залил помещение. Проход-пробой, под купольным сводом которого уже витала поднятая
— За ним зал, квадратный или прямоугольный. Большой.
Ого! Как много я не знаю про свой… стоп, это говорил уже, повторяюсь.
— Короче, так. Готовили помещение под монтаж резервных генераторов на втором посту, — начал было объяснять Дугин, но тут же прервался, вспомнив важное: — Секунду… Ринат! Пулей дуй ко мне на склад, ключи вот держи. В пятой кладовке — в пятой! — берешь комплектный телефон полевой связи, катушки знаешь где стоят? Хорошо… Катушку забираешь. Конец — девчонкам в диспу, а сами сюда! Олега и Фаню забирай. Фаня, елки! Я про тебя говорю, слушай! И бегом назад…
Гареев обрадовался. Точно, похмелится он наверху.
— Начальник, я тама у вас куруклакупцы видиль. Можна будит их…
— Не трогай там ни хрена! Ни пальцем, понял, убью! Бегом! На волоске висишь, гад!
— Пигим уже, пигим!
Грамотно Евгений Иванович убрал раздражителя, грамотно. Умница, чего там.
— Когда Серега с Горынычем, — главный инженер, почти успокоившись, кивнул на двух молодых людей в синих с красным комбинезонах, запыленных, давно обмятых, — засверливались под крепеж кабель-каналов, в одном месте бур ушел в пустоту. Постучали, прикинули. Что делать? Известно что, стали разбирать, и — опа… Ну и вот, короче, нашли подземный ход. Как в книжке.
В два хреновых фонаря мы начали пробовать рассмотреть незнакомое помещение, не дожидаясь, пока мужики перетащат противно скрипящие по камню треноги светильников.
— Ну че, поздравляю тебя, Женя. Ты прямо сталкер у нас, катакомбы нашел. Метро-два. Ковтонюк уже в курсе дела?
По жесту Дугина можно было легко понять, что ему сейчас не до конкурентов.
— Да не до того было, сам понимаешь. Азарт ведь, Леш… Видишь, как быстро все уже разобрали, причем ручками! Генос вон даже взрывать предлагал, умный, блямба… А инженеру и диспетчера сообщат.
— Рация, не?
— Что ты…
— Ты б за ТБ тут последил… Подземные работы, а у вас даже касок нет, — покачав головой, предъявил я для порядка. — А если на репу кто примет? Ладно…
— Газоанализатор скоро принесут научники, — не совсем в тему добавил Женя. — И огнетушители.
Напуганный Ринат с заданием управился в рекордно короткий срок. Вроде ведь только что ушел! Неужели и в диспетчерскую протянул? Недаром говорят, что выпивающий работник наиболее ценен в авралах. Масса факторов на это работает. Хрен с ним, пусть Женька разбирается, его люди.
— Пошли, че тут топтаться, — скомандовал я и, забрав у ребят Дугина один из мощных аккумуляторных фонарей,
Не вышло. Не дали мне стать первопроходцем.
— Стоять всем! — оглушительно заорали позади, и меня почти тут же буквально вырвали из тесноты прохода.
— Все назад, стоять-бояться, не мешать спецуре! — Вооруженный до зубов Гоблин был настроен очень серьезно.
Что-то промелькнуло, я вновь ощутил толчок, но уже слабый.
P-раз! И передо мной артхаусно возник внезапный Кастет. Всплыл из ниоткуда!
— Командор, р-разворо-от! — Он с наглой решительностью руками помог мне выполнить команду. — И пять шагов вперед. О-так! Без обид, Главный, мы первые, как положено. Сталкеры ж, на.
Обстановка сразу стала военной.
— Да вы че так возбудились! — огрызнулся я. — Никого там нет.
— Это неприемлемо, — отрезал Костя. — Нет, есть — увидим… Командор, не стоит, даже не начинай. Под руки отведем. И дугинцы нам помогут.
Я оглянулся — помогут ведь, паразиты. Плюнул на пол, вытащил еще одну сигарету.
— Делайте что хотите. Смотреть буду.
И сел на корточках у стены.
Анклав невелик численностью, все и всех знают, событий мало, сплетен много.
Но сталкеры стоят отдельно. Рабочий люд не видит их работы, не представляет, какова она в реале: где-то лазят, с кем-то воюют, что-то добывают да разведывают некие «новые земли». Героические люди. Однако случись что с ними — никто из стоящих тут работяг этого не заметит: сталкеры не в коллективе, они не от мира сего. В тусовках практически не участвуют, в самодеятельности тоже, в спорте — по наличию времени. Домов своих у мужиков нет, как и хозяйств, и тут они не в круге. Одни героические легенды и слухи.
Недавно в анклаве начал работать театр.
Вы не ослышались, театр, самый настоящий, Русский драматический. Появился у нас, понимаете, новый потеряшечный человек, оказавшийся режиссером провинциального театра. Пока кадровики мучительно думали, куда бы его пристроить (зовут Феофан Арно, между прочим, причем это не псевдоним, Уксус проверял: вот куда его?), он ждать не стал, быстро набросал хозяйственный и творческий план, составил репертуар, умело выстроил схему и подвел базу. Собрали комиссию, думали недолго — создаем. Ибо зрелищ народу остро не хватает. Да и работа с массами.
Артисты все самодеятельные, как завещали нам герои фильма «Берегись автомобиля», в штатке числятся всего два человека: режиссер и ассистент. Труппу набирали быстро, но трудно, желающих оказалось неожиданно много: кто в ТЮЗе играл, кто в СТЭНе, кто в КВНе, — богат наш народ талантами. Так вот, туда и Гоблина приглашали… на специфические роли. И он реально хотел! Но работа не позволяет: планированию она никак не поддается, а системно срывать спектакли никто не позволит.
Кстати, завтра труппа уезжает на первые гастроли — в Берлин.