Русский терминатор

По пустынной ночной трассе Север гнал мотоцикл во весь дух. Белов не обращал внимания ни на резкий, все усиливающийся встречный ветер, бьющий в стекло мотоциклетного шлема, ни на ухабы и рытвины, коими богата почти любая российская дорога и на коих «железный конь» подпрыгивал, словно живой жеребец, неожиданно и не к месту жестоко получавший шпоры в бока. Север был целиком погружен в свои мысли — настолько глубоко, что вовсе не замечал ничего вокруг, ведя двухколесного «скакуна» совершенно машинально.

Север

думал: «Моя возлюбленная погибла, чтобы обеспечить мне безопасность… Погибла по моей вине. Пусть косвенной, но моей. История повторяется, она не первая… Трех девушек я невольно погубил… А еще одна — та, которую я любил более всего на свете, которую боготворил, сбежала от меня, как от прокаженного!.. Может, правильно сбежала? Может, она таким образом жизнь себе спасла?..»

Север не замечал того, что едет по встречной полосе. Что постоянно пытается прибавить газу, хотя мотоцикл и так идет на предельной скорости. Север не замечал вообще ничего. Казалось, он забыл, что сидит в седле мчащегося механизма, а не в уютном кресле своей квартиры…

«Может, я проклятый? И моя любовь несет смерть? — думал Север. — Может, мне нельзя больше любить?.. И жить уже нельзя?..»

…Огромный грузовик выскочил из-за поворота слишком неожиданно и слишком близко от мотоциклиста — ни затормозить, ни свернуть Белов просто не успевал…

Девчонку били издевательски, но не жестоко. Пока не жестоко. Пока трое откормленных бугаев-халдеев, по совместительству нередко выполнявших в своем заведении обязанности вышибал, еще только развлекались. Хотя повод для «забавы» был отнюдь не шутейным…

Девчонку выволокли из ресторана под странным названием «Джанг» минут пять назад. Мужики перебрасывались жертвой, как мячиком, угощая ее смачными пощечинами, вполсилы пиная, таская за волосы.

Всхлипывания девушки напоминали короткие резкие стоны, ибо даже толком заплакать ей не давали.

Наконец «игра» приелась. Увесистой оплеухой краснорожий халдей швырнул девчонку на близлежащий газон.

— Так когда ты отдашь бабки, сука? — с усмешечкой процедил малый.

— Отдам… Скоро… — прерывисто выдохнула девушка, размазывая по лицу слезы.

— А нам надо не «скоро», а сейчас! — рявкнул краснорожий. — А ну добавь ей, Сивый!

Сивый приблизился к девчонке и наотмашь ахнул ее ладонью по скуле. Несчастная ткнулась лицом в траву. Сивый отошел.

— Сейчас у меня нет денег… — невнятно выговорила девушка, приподнимая голову и отплевываясь от набившейся в рот рыхлой земли. — Я расплачусь… натурой… хотите?

— Кому нужна твоя драная натура?! Или думаешь, у нас шлюх мало?! — взъярился краснорожий.

— Сем, а я б не отказался! — обратился к нему третий халдей, блудливо скалясь.

— Тебе, Дэн, лишь бы сунуть кому! — раздраженно отмахнулся Семен. — У тебя не болт, а вечный двигатель какой-то!

Денис самодовольно ухмыльнулся.

— Впрочем… —

краснорожий на несколько секунд задумался. — Впрочем, ладно, возьмем натурой! — заключил он решительно.

— Сема, ты чо?! — возмутился было Сивый.

— Молчи, дурак!.. — шепнул Семен сердито. — Заодно и отдерем девку на троих!..

Сивый помотал башкой. Он ничего не понял, однако замолчал: Семену Сивый доверял безраздельно.

— Эй, Янка! — окликнул между тем девушку краснорожий Сема. — Договорились, отдашь долг натурой! Вставай, к тебе пойдем! Посмотрим, как ты живешь! — он хохотнул.

— Зачем?.. — Яна вскинула распухшие от слез глаза. — Зачем ко мне? У вас же в «Джанге» кладовка есть специально для этих дел… Мне Мальва говорила…

— Мальвинке я язык подрежу, чтоб меньше болтала! — окрысился Сема. — А ты не пыли, шалава! Сказано, пойдем к тебе, значит, к тебе! Поднимайся, показывай дорогу, ну!

Девушка начала медленно подниматься на ноги.

— Сивый, слетай, предупреди: мы отлучимся часа на три, — распорядился Семен. — Клиентов сейчас мало, пусть пацаны и телки нас подменят. Скажи, за нами не заржавеет…

Сивый кивнул и резво потрусил к ресторану. Сема и Дэн провожали приятеля взглядами до самых дверей.

Неожиданно Яна сорвалась с места. Воспользовавшись тем, что мужики отвлеклись, она успела достичь угла здания кабака и выскочить на дорожку бульвара, проложенную вдоль пруда, на берегу которого располагался «Джанг». Расчет девчонки был прост: пересечь пешеходную зону, перепрыгнуть невысокую ограду, отделявшую полосу зеленых насаждений от проезжей части, перебежать улицу и уйти дворами: там, в лабиринте подворотен, уже не поймают…

Но Янкин план не удался: Семен сразу среагировал на попытку должницы скрыться.

— Дэн, взять ее! — в ярости выкрикнул Сема.

Денис, занимавшийся когда-то легкой атлетикой, бегуном был отменным. Он настиг Яну в два счета, вцепился ей в волосы и швырнул на асфальт. Тотчас подоспели Семен с Сивым, не успевшим даже войти в ресторан. Девчонку подняли.

— Свинтить хотела, сука?! — заорал Сема. — Ну, ты у нас получишь!..

Избиение началось вновь. Только на сей раз халдеи не шутили…

Худощавый, коротко стриженный шатен издали казался хрупким. Но внимательный наблюдатель, приглядевшись, заметил бы: парень довольно высок, его крепкие плечи пропорционально широки, а кулаки, когда он их сжимает, напоминают гимнастические гири. Внимательный наблюдатель понял бы: даже завзятый драчун вряд ли решится задирать этого парня, если правильно его оценит.

Шатен стоял у пруда и кормил скользящих по воде лебедей, отламывая куски от буханки хлеба и бросая их птицам. Ему всегда нравились лебеди — изящные создания, считал он. Нравился и этот бульвар, так напоминавший московский Чистопрудный, и этот город, казавшийся слегка ирреальным. Не нравилось другое — его нынешнее положение в жизни…