Рыцарь
Шрифт:
На стене нес дозор Дуэйн.
Обернувшись и увидев своего капитана, Дуэйн кивнул ему и вернулся к наблюдению. Лорн подошел и встал справа от него, держа одну руку на эфесе шпаги, а другую на кинжале на поясе.
Они стояли рядом и молчали.
— Вы никогда не спрашивали, почему меня отправили на галеры, — вдруг произнес Дуэйн, продолжая смотреть вдаль.
Лорн краем глаза взглянул на него.
— Действительно, — поразмыслив, отозвался он. — Это важно?
— Все из-за типа, которого я убил.
Лорн не шелохнулся, услышав
— Он заслужил смерть?
— Нет, — сказал рыжий гигант. — И добавил: — По крайней мере, не за то, что он сделал мне.
Лорн кивнул и задумался.
— Если тебя приговорили к галерам за убийство в Ансгарне, тебя должны были осудить пожизненно.
— На галеры меня сослали не за убийство. Но я-то знаю: Дракон судьбы обрек меня на галеры именно из-за этого убийства.
Лорн счел, что такое объяснение ничуть не хуже других.
— Выходит, он же, Серый дракон, пожелал, чтобы тебя приняли в Ониксовую гвардию?
— Несомненно.
— И почему, как ты полагаешь?
Дуэйн пожал плечами:
— Я не знаю. Но чтобы принять свою судьбу, понимать это не обязательно.
Лорн промолчал. Спустя некоторое время Дуэйн сказал:
— Мы сегодня хорошо сразились.
— Да.
— Благодаря вам.
Лорн перевел взгляд на мерцающий горизонт.
— До завтра, Дуэйн, — попрощался он и пошел прочь.
— До завтра, рыцарь.
Лорн не увидел, как подлетела выпущенная из арбалета стрела.
Лишь краем глаза он заметил, что горло Дуэйна пересекла сверкающая линия, после чего тот вздрогнул, а тем временем еще две стрелы поразили его в спину. Кровь из ран забрызгала Лорна, и он замер в оцепенении. Всхлипнув, Дуэйн рухнул на колени и упал замертво.
Затем все завертелось со страшной скоростью, и рефлексы Лорна одержали верх.
Увидев стрелка с арбалетом, который взял его на прицел, Лорн отшатнулся в сторону. Он хотел унести тело Дуэйна, но на него уже кинулись иргаэрдцы в кожаных доспехах. Он отвел чей-то кортик, снес чью-то голову и обездвижил еще одного противника.
— Тревога! — вскричал он, прежде чем кинуться на винтовую лестницу. — Тревога!
Враг проник сюда, но как? И когда? В каком количестве? Вопросы теснились в его голове, но Лорн не мог думать во время боя. Впрочем, какое это имело значение? Следовало действовать и спасти то, что можно было спасти.
— Тревога! К главным воротам! К оружию!
На лестнице Лорн оказался лицом к лицу с иргаэрдцем, который поднимался ему навстречу. Пинком в грудь он отшвырнул неприятеля и прикончил его ударом оборотной стороны клинка.
— Тревога! — вновь воскликнул он, как только оказался на лестничной площадке.
Но часовой, который следил за подступами к Саарсгарду, лежал в луже собственной крови. Лорн не остановился посмотреть, дышит ли бедняга: он слышал только устрашающий грохот цепей и треск решетки.
Вход в крепость преграждали две двойные двери, установленные
…которую вот-вот поднимут.
— К решетке! К решетке!
Лорн мог только догадываться, сколько нападающих толпится сейчас возле стены, готовясь ворваться в крепость. Несомненно, у людей, которые умудрились проникнуть в Саарсгард, была одна цель: расчистить дорогу основному войску. Лорн надеялся, что защитники успеют помешать им. Но, если решетку поднимут, врагам, ждущим снаружи, больше не потребуется помощь. Они просто взорвут сначала внешние ворота, а потом внутренние, и тогда препятствий на их пути не останется совсем.
Наконец прозвучал набат.
Вбежав под свод, Лорн вынужден был броситься в сторону, чтобы увернуться от двух арбалетных стрел.
Иргаэрдцы крутили лебедку опускной решетки и сумели уже приподнять ее. Другие, человек двадцать, повернулись к Лорну. Он не испугался. Он должен был любой ценой помешать тому, чтобы решетку подняли. В любом случае Лорн должен был продержаться здесь, пока сюда не прибегут его люди.
Один.
Один против двадцати.
Лорн атаковал, парировал, контратаковал, рассек чье-то лицо; подсвеченные факелом зловещие тени метались на стенах и своде. Один удар короткой шпаги слегка задел Лорна, потом второй, но тоже неглубоко; размахивая шпагой, Лорн ранил кого-то в плечо и проткнул чью-то грудь. Его тяжелый клинок не щадил никого. Держа скандскую шпагу обеими руками, Лорн почувствовал, как в крови закипает легендарная ярость его воинственных предков. Убив еще троих, он споткнулся о труп, зашатался и едва не упал; в эту секунду один из солдат противника резанул его по предплечью. Лорн совершил обманный маневр, убил одного иргаэрдца и ранил другого.
Но их было слишком много.
Решетка все поднималась, и Лорн со злостью понял, что не сумеет отстоять ее. Неожиданно он услышал звуки торопливых шагов.
Прибыло подкрепление.
Осажденные во главе с Аланом и Ониксовой гвардией кинулись на выручку Лорну. Иргаэрдцы отступили. Лорн решил, что может передохнуть, и не увидел, как с лестницы в него прицелился арбалетчик. Стрела вылетела и попала Лорну в плечо.
— Лорн! — вскричал Алан, бросаясь в толпу.
Но Йерас уже оттаскивал своего капитана в сторону, а Лайам и Логан прикрывали его.
— Глубокое ранение? — спросил Йерас, усаживая Лорна на каменную тумбу.
Тот помотал головой. Наплечник поглотил существенную часть удара, и кончик стрелы проник в тело не больше чем на сантиметр. Было больно, но терпимо. Лорн сжал зубы и сам вырвал стрелу из раны.
В тот же миг решетка остановилась под потолком.
— Решетка! — скомандовал Лорн. — Быстро! Надо опустить ее, пока они не открыли дверь!
Не дожидаясь остальных, он схватил свою шпагу и устремился туда.
— За мной!