Рыцари
Шрифт:
Это была захватывающая история. Глориана живо представила себе, как все произошло. Вот лавки с разнообразным товаром: яркими тканями, кудахчущими курицами, голубями в клетках. И звон мечей. Нельзя было винить Мариетту за то, что она полюбила своего бесстрашного спасителя. Оказаться на ее месте мечтала бы любая женщина.
Глориана улыбнулась.
— Я рада. Что он спас тебя, я имею в виду. Мариетта поднялась. Одеяло все еще покрывало ее хрупкие плечи.
— Ты добрая, — сказала она. — Теперь я усну, если ты не ненавидишь меня.
Глориана
— Я никогда бы не смогла ненавидеть тебя, — сказала она.
Если бы это было не так, как упростилась бы ее жизнь. Девушки пожелали друг другу спокойной ночи, и Мариетта вышла в коридор, где ее ждала преданная Фабриана. Служанка, поддерживая госпожу под руку, повела Мариетту в ее комнату.
Глориана знала, что не сможет уснуть. Она немного вздремнула, вертясь с боку на бок. Но сон ее был чутким, неспокойным, и она проснулась задолго до — первых петухов. Наскоро умывшись, она оделась и выскользнула из дома, через боковую дверь, которой уже давно никто не пользовался.
Колокола звонили к заутрене, собирая верующих на молитву в часовню. Глориана чувствовала себя слегка виноватой из-за того, что придется пропустить утреннюю мессу, но упрямо шагала в противоположном от церкви направлении. Рассвет окрасил все вокруг в нежно-розовые тона. Глориана шла по тропинке, ведущей через сад к боковой калитке. По обе стороны от нее шелестели на ветру яблони. Наконец она выбралась за стены замка и зашагала по лесной тропинке прямиком к аббатству.
К тому моменту, когда Глориана подошла к монастырю и постучала в деревянные ворота, утренняя служба уже давно закончилась. Приоткрылось смотровое окошко, и пара цепких глаз уставились на Глориану. Сестра открыла ворота, чтобы впустить гостью, но взгляд ее был осуждающим.
— Ваша светлость не должны ходить одна через лес, — проворчала женщина. — На дорогах полно разбойников, а в лесу волков и медведей.
Глориана кротко кивнула в ответ.
— Я была очень осторожна, — солгала она. На самом деле мысли ее были далеки от диких животных и грабителей. Всю дорогу она думала о Дэйне. Но все же монахиня права, сейчас в лесу небезопасно. В следующий раз Глориана решила захватить с собой лук.
— Могу я видеть леди Элейну?
— Она на молитве, — ответила сестра, захлопывая ворота и запирая их на засов. — И вам следовало бы в этот час тоже быть на молитве.
Глориана благоразумно промолчала, хотя могла бы упрекнуть сестру в том же самом. Главная часовня аббатства была вдалеке от тех ворот, через которые вошла Глориана.
— Могу я подождать ее? Мне вчера передали, что она хочет меня видеть.
Монахиня вздохнула.
— Конечно, — ответила она, указывая на маленький внутренний дворик — любимое место Элейны, где она проводила весну, лето и почти всю осень. — Сядьте там, у фонтана, и подождите, пока леди Элейна выйдет к вам.
— Спасибо, — поблагодарила Глориана. Но как только добрая женщина повернулась к ней спиной, она скорчила ей вслед гримасу и показала язык.
Ждать пришлось недолго. Элейна
— Я так долго не была у тебя, — с сожалением сказала Глориана.
Элейна улыбнулась.
— Ерунда. Дэйн вернулся домой, и ты должна быть с ним.
Они сели на прохладную мраморную скамью, все еще держась за руки. Глориана опустила глаза.
— С Дэйном? Он с презрением оттолкнул меня. Он хочет другую.
— Он глупец и сам не знает, чего хочет, — беззлобно сказала Элейна, но вдруг сжала руки Глорианы, и в ее голосе послышалась тревога: — Ты не должна позволить Дэйну взять в жены другую женщину и оттолкнуть тебя, Глориана. Последствия будут трагичными для нас всех.
У Глорианы похолодело сердце. Все вокруг знали, что Элейна сумасшедшая, но ее сумасшествие принесло с собой несколько странных даров, одним из которых был дар предвидения: Элейна могла точно предсказывать будущее.
— Что же мне делать? — прошептала Глориана. — Она не желает меня.
Элейна дрожащей рукой откинула с лица Глорианы непослушные пряди.
— Впереди великие трудности и опасности, — сказала умалишенная спокойным, но вместе с тем резким голосом. — Но у тебя сердце львицы, моя храбрая Глориана. Следуй туда, куда бы оно ни повело тебя, пусть даже в адское пламя, потому что за ним лежит рай, и к нему нет другого пути.
— Я не понимаю, — воскликнула Глориана.
Элейна поднялась.
— Следуй велению сердца, — нежно повторила она и не прибавила больше ни слова.
ГЛАВА 5
Глориана вернулась в замок Хэдлей на маленьком сером муле, которого ей дала аббатиса. Въехав через главные ворота, она увидела, что во дворе возвели павильон, возле которого устроили площадку, где солдаты Гарета упражнялись сейчас в боевом искусстве. Установили платформу, на которой будут стоять герольды, одетые в цвета Хэдлей — красный и золотой. Посреди площадки был вбит столб с мишенью для метания копья. Мишенью служило облаченное в доспехи чучело.
Сегодня, с грустью подумала Глориана, Эдвард будет официально признан взрослым мужчиной. После праздничного завтрака в большом зале во внутреннем дворе состоится церемония посвящения в рыцари, и Эдвард станет воином. Скоро он познает все опасности этой профессии.
Глориана поехала к конюшням, оставила там своего мула на попечение конюха, распорядившись, чтобы животное отослали потом обратно в аббатство.
Потом она зашла в церковь и вознесла краткую молитву, прося прощения за то, что пропустила утреннюю мессу. Задержавшись у фонтана, чтобы ополоснуть лицо и руки прохладной водой, она вошла затем в большой зал.
Эдвард со своими друзьями, которым предстояло посвящение в рыцари, сидели, за длинным столом, поставленным параллельно помосту. Они были одеты в традиционные шелковые одежды: рубашки, штаны, туники и яркие плащи.