Рыжее счастье
Шрифт:
“Дура ты, Ника, — разочарованно протянуло мое второе я. — Так одна и помрешь за своим ноутбуком!”.
«Заткнись, а? И не одна я. У меня Крыся есть. И Волчок».
Кстати, этот поганец вчера так и не съел кашу! Явно деликатесов ждет, паразит!
До вечера я успела установить елку, украсить кухню еловыми лапами, приготовить в духовке мясо с картошкой, и напечь блинов. А еще добить и отослать последнюю статью.
Все. Больше можно было не думать о работе — завтра праздник,
Егор пришел ровно в шесть.
— Это вам, — протянул мне пакет с фруктами.
Апельсины, бананы, яблоки... Настоящий витаминный набор.
— Спасибо. Вы проходите на кухню. И давайте сюда вашу шубу.
Егор покосился на меня немного насмешливо и сам повесил на крючок дубленку.
— А где ваш кот? — усевшись за стол, спросил он.
— Сейчас появится. Как только услышит стук приборов, сразу прибежит.
И точно. Стоило мне вытащить из духовки противень, как кошарик нарисовался на пороге кухни.
— Мря-у!
Рыжая усатая морда уставилась на мясо.
— Похоже, он у вас вечно голодный, — хмыкнул Егор.
— Угу. Это его перманентное состояние.
Я выложила на тарелку ломтики картофеля, сверху украсила их кусками свинины и запеченным луком и водрузила блюдо в центр стола. Рядом уже стояли салатники с квашеной капустой и порезанными овощами, новая посуда сияла ярко-красными бликами, создавая настоящее новогоднее настроение, и я невольно залюбовалась накрытой “поляной”.
— Выглядит аппетитно, — оценил гость.
— Я положу?
— Да, конечно.
Егор попробовал и посмотрел на меня с одобрением.
— А знаете? Вкусно, — заявил он.
Я только понимающе хмыкнула. Мясо по бабушкиному рецепту еще ни разу меня не подводило.
Егор с аппетитом уминал еду, а я сидела напротив, на найденном на чердаке венском стуле, и с умилением за этим наблюдала. Все-таки есть в подобной картине что-то глубинное, древнее. Приготовить для своего мужчины, накормить...
“Никуша, окстись! Какому своему?! — некстати проснулся внутренний голос. — Егор тебе никто! Поест и свалит. А ты тут останешься со своими дурными фантазиями. И, вообще, может, у него жена и трое детей, а ты млеешь!”.
— Вы давно здесь живете? — отмахнувшись от неприятных мыслей, спросила у гостя.
— Давно, — загадочно усмехнувшись, ответил тот.
— А почему тут так тихо? Ни машин, ни людей. Такое ощущение, будто вымерли все.
— Многие разъехались на праздники. А остальные, — Егор едва заметно поморщился, — заняты, видимо.
— Понятно.
Я замолчала, не решаясь задать давно интересующий меня вопрос, но потом, махнув рукой на приличия, спросила:
—
Егор ответил не сразу. Усмехнулся каким-то своим мыслям, потом посмотрел мне в глаза и ответил:
— Можно сказать, что с семьей.
— Здорово, — кисло протянула я.
“А чего ты ждала? Чтобы такой мужик — и один был?!” — снова влезло второе я, начисто забыв о том, что само мне Егора сватало.
— А почему вы хотели мой дом купить?
— А я и сейчас хочу, — хмыкнул мужчина.
— Зачем?
— Чтобы участок увеличить.
— А, так это ваши хоромы мне свет загораживают?
— Ника, давайте поговорим разумно.
Егор отложил вилку и посерьезнел.
— Вы приехали в незнакомое место, поселились в старом, разваливающемся доме, денег у вас нет, работы, судя по всему, тоже.
Он замолчал, видимо, ожидая, что я попытаюсь возразить, но я не проронила ни звука. А чего спорить-то? Он абсолютно прав, все так и есть.
— Неужели вам нравится такая жизнь? — тихо спросил Егор.
— А если я скажу, что нравится?
Я тоже отложила вилку и уставилась в окно. Мороз уже успел разрисовать его тонкими узорами. Красиво. По-новогоднему.
— Простите, Ника, но я вам не поверю, — мягко произнес мужчина.
— Да пожалуйста, — пожала в ответ плечами. — Не верьте, но, тем не менее, это так.
— Ника, послушайте...
Егор поймал мой взгляд и неожиданно замолчал.
Зрачки его расширились, крылья крупного носа чуть дрогнули, губы едва заметно шевельнулись, но он по-прежнему не проронил ни звука.
— Что? — не выдержав, спросила я. В душе поднималось проклятое, глубинное, женское...
— Уезжайте, — хрипло выдохнул Егор и рывком поднялся из-за стола. — Я дам вам хорошую сумму, но вы завтра же должны уехать. Вот бумаги, тут нужна только ваша подпись, — он выложил на стол какие-то листки с гербовыми знаками.
Ах ты ж... Приземление вышло болезненным.
— Даже не подумаю!
— Ника, вы не понимаете! — повысил голос Егор. — Вам нельзя здесь оставаться!
— Да что вы?!
— Не глупите, — почти прорычал он.
В его янтарных глазах зарождалась буря.
— Это сейчас я говорю с вами по-хорошему, но ведь могу и по-другому.
Егор грозно нахмурился, и я только сейчас заметила, какие огромные у него руки, как перекатываются под тонкой толстовкой бугристые мышцы и каким натренированным выглядит крупное, гибкое тело.
— Уходите, — устало прошептала я.
Он молча вышел из кухни, схватил с вешалки дубленку и громко захлопнул за собой дверь.
А я уткнулась в скомканный фартук и расплакалась.