С болью в сердце
Шрифт:
Меня сильно вымотали последние две недели. Не высыпалась, уставала. И нервы мне, знатно попортили. Вот организм и дал сбой…
Как скала стоит. Дергаюсь в другую сторону. Не прокатывает.
Что-то я уже устала… Голова начинает кружиться. Ноги подкашиваются. Теряю равновесие. Лечу точнехонько в его объятия.
Не дал упасть. Держит меня.
Наши лица очень близко. Глаза в глаза…
У него такие выразительные глаза. Коньячного цвета. На солнце они будут с золотистым отливом.
Это от головокружения? Ощущение, что я пьяная. Но не от коньяка. А от неизвестного мне чувства. И он тоже пьяный, как и я.
Я это слышу, осязаю…
Это баг. Ошибка системы. Потому что это все нереально…
Чувствую его дыхание на своих губах. Сердце врубает космические скорости. Отбивает свой ритм.
Дежавю. Я помню такую же ситуацию. Или похожую. Когда что-то не дает отвести взгляд. Меня не отпускает чувство, что я его знаю.
— Доигралась? — шепчет мне в губы.
— Что? — не понимаю, возвращаясь назад, с небес на землю.
— Что-что? Пульс зашкаливает… — только сейчас осознаю, что его пальцы на моем запястье. Пульс, он, прощупывает. Капец.
Лохушка, ты, Сандра. Он играет с тобой, а ты ведешься. Почему рядом с ним всегда так? Как он меня гипнотизирует?
Вырываю руку. Резко отстраняюсь. Качает. Опять ловит, усаживает на кровать.
Дальше опять все, как в тумане.
Укладывают на кровать. Врач что-то говорит. Меряют аппаратом давление. Ставят капельницу.
А я… Уплываю опять мыслями к нашему взаимному багу. И не могу отделаться от мысли, что мы знакомы.
Глава 6. Мы в ответе за тех, кого приручили
"Тебе-то это зачем?"
За последние дни, повторял себе эту фразу, раз сто.
Зачем? Мне? Это?
Невыносимая женщина. Чуть не поседел с ней. С больным сердцем бегает по больнице. А я ее ловлю.
С ее несносным характером.
Давно уже, надо бросить все и ехать домой.
Но нет.
С самого утра, я здесь. Как идиот. Что-то не дает ее бросить. Как будто, я за нее в ответе.
Бред, конечно…
Но с утра сдал Мишаню бабушке, а сам сюда.
— Опять ты? — недовольно хмурится.
— И тебе здравствуй… — отвечаю, не обращая внимание на ее недовольства.
— Чего пришел?
— Чего, кислая такая?
— А с чего мне быть веселой? Меня здесь держат из-за тебя. Если бы ты не влез, давно бы договорилась с врачом… — отвернулась к стенке.
Обидчивая какая. Бука…
— Ладно, не хандри… Пойду, поговорю с врачом, о выписке.
Поворачивается обратно. С подозрением смотрит. Подмигиваю.
Прячет улыбку. От этого уже легче…
Договариваюсь
Подопечная моя будет недовольна еще больше.
— Ну, вот, а ты переживала… — запинаюсь на полуслове, возвращаясь в палату.
Вокруг Сандры, в кружочек, сидит, видимо, родня. Мама, папа. И сестра, ее я видел. Все обернулись на меня.
— Извините, я попозже зайду…
— Нет-нет, что вы. Останьтесь… — мама Сандры. Встает. — Вы нашу дочь спасли, а мы вас даже не поблагодарили…
— Пусть идет… — фыркает Сандра.
— Санечка, разве так, можно, с гостем?
А Санечка чуть не взорвалась. Покраснела, насупилась.
— Проходите. Я Ольга, мама Сандры… — протягивает руку.
— Николай. Мы работаем вместе… — пожимаю.
— Александр… — протягивает руку отец. Пожимаем.
— Да-да, Линочка рассказывала. Мы вот, сегодня кое-как, с боем, прорвались сюда. Не пускали, представляете?
Сестры так хитро переглянулись. Тут, видимо, без них не обошлось.
— Да, что вы? Я и сам, кое-как прорвался. Чтоб узнать, как Сандра Александровна себя чувствует… — иронизирую.
Сандра цокает.
— Теперь-то сможем ее навещать, никто не запретит.
— Так Сандру сегодня… — не успел договорить, поймал полный гнева взгляд. Едва заметно, мотает головой. Нет? Что нет? Не говорить про выписку?
— Переводят в обычную палату… — на лету выдумываю я. — И сможете ее посещать в любое время.
Выдыхает.
— Ну и хорошо… Мы сейчас домой, вечером приедем. Что тебе приготовить?
— Ничего не надо! — грубо. — Здесь нормально кормят!
— Все равно подумай, позвони… А мы пока на рынок заедем. Клюквы купим. Морс сварю. Для сердца полезно…
— Я же сказала! Не надо! — срывается на крик.
— Хорошо… — чуть не плача, отвечает Ольга.
Поспешно все уходят.
— Нельзя так, с матерью…
— Тебя спросить забыла. Что там с выпиской?
— Тебя выписывают… — срывается с кровати, начинает собираться. — Но… при одном условии.
Останавливается, насторожившись. Стоит ко мне спиной. Но я чувствую, как молнии пускает.
— При условии, что я буду следить за твоим лечением.
— Что? — поворачивается. Готова испепелить меня взглядом. — Нет!
— Да, ладно тебе… Не такая уж и высокая плата за свободу.
— Это ты придумал, да? — толкает меня в плечо. Наступает. Я пячусь назад. Не могу сдержать улыбку. Это так смешно. — Чего лезешь?
— Да, так… Просто. По-другому, тебя не отпустят. Так, что не кобенься. И собирайся. Жду в коридоре.
Вот, зачем я впрягся? Лучше б с Мишаней на футбол сгоняли.